Тайные кланы 3 (СИ) - Тарс Элиан

Что происходит с людьми, проглоченными граймами? Их души и тела растворяются внутри граймов, вот и всё. Есть ещё теория, что души граймы переваривают сами, а энергию от тел передают родному миру, за счёт чего он и живёт. Есть ещё одна теория, весьма мрачная и…

Мои размышления прервал звук открывающейся двери. В палату заглянула улыбающаяся Марина Сергеевна Фролова. Глядя на неё, каждый раз думаю, как же повезло Добриным, что ведущий врач их клиники ещё и вайлорд с редким лечебным амулетом.

— Приветствую, Стас. Зачастил ты к нам, — проговорила она, подходя к моей койке.

— Сам не рад. Без обид, Марина Сергеевна, врачи у вас прекрасные и сервис хороший, но я бы предпочёл иной отдых.

— Да какие же тут обиды, — усмехнулась она.

Женщина провела мне беглый осмотр: проверила реакцию глаз, нервных окончаний, послышала дыхание и сердце.

— В общем-то, ты здоров, — изрекла она. — Только истощён. Сейчас тебе поставят ещё одну капельницу. А дальше… можешь остаться у нас до завтра. Но в общем-то, если за тобой вечером приедут, я тебя выпишу. Отдыхать можешь и дома. Да и отдых в домашней обстановке будет гораздо эффективнее больничного.

— Спасибо большое, — кивнул я.

Вскоре после её ухода пришла знакомая мне медсестра — я запомнил её в прошлое своё посещение клиники, когда она отказалась от подкупающего подарка Наты. Проведя незамысловатые махинации с капельницей, женщина уточнила, беспокоит ли меня что-нибудь, и оставила меня в гордом одиночестве.

Я снова заснул. И снова, как наяву, услышал полный боли голос Насти. Сердце леденело, но я не мог понять, холодно ли мне или, наоборот, очень жарко. Хотелось кричать, но рта будто не было и…

Острая боль пронзила правую руку.

Как сквозь пелену я слышал другой знакомый женский голос:

— Очнитесь! Проснитесь, Станислав Георгиевич!!!

Резко распахнув глаза, я увидел лицо медсестры.

— А? Что произошло? — выпалил я.

— Станислав Георгиевич? С вами всё хорошо?

— Эм… — я прислушался к собственному телу. — В порядке я.

— Фух… — выдохнув, она выпрямилась и произнесла: — Вы кричали во сне и метались по кровати. Это очень опасно, когда у вас игла от капельницы в вене.

— Понял… — задумчиво протянул я и натужно улыбнулся. — Простите, кошмар приснился.

— Я сообщу об этом Марине Сергеевне. Думаю, вам нужно успокоительное.

— Э нет, спасибо, — запротестовал я. — Со мной всё хорошо. Правда. Давайте без успокоительных.

Медсестра посмотрела на меня оценивающим взглядом, а затем забрав с собой стойку капельницы, удалилась. Как пить дать, не послушала моих причитаний…

Я оказался прав, через десять минут в палату вошла Фролова. За это время я успел размять мышцы и суставы, а заодно и привести себя в порядок в санузле.

Фролова вновь провела осмотр, а затем я несколько минут убеждал её, что со мной всё хорошо, а кошмары от переутомления не такая уж и большая редкость.

В конечном итоге женщина согласилась с моими доводами. Ну а я подумал, что она не в курсе о моём путешествии в мир граймов. Хотя свидетелей было достаточно.

И вновь я остался в палате один. Перед уходом Фролова сообщила, что позже вольёт в меня ещё одну капельницу. Контрольную, так сказать.

Наконец-то я смог немного расслабиться и связаться с товарищами. Отписался всем, что со мной всё хорошо, поговорил со Светой, которая перезвонила сразу же как получила сообщение, и выслушал от сестры, какой я неосторожный болван, совершенно не заботящийся о своём здоровье и чувствах близких.

Когда я только-только положил трубку, в дверь постучали.

Странно, врачи обычно заходят без стука. Посетитель? Но из тех с кем я переписывался, никто не собирался прямо сейчас ко мне прийти.

— Войдите, — подобравшись, произнёс я.

Каково же было моё удивление, когда я увидел моложавую улыбающуюся женщину со светлыми волосами, собранными в сложную причёску на макушке. Одета она была в бежевый юбочный костюм, очерчивающий фигуру. Своим обольстительным видом эта женщина могла бы покорить многих мужчин, но не меня. Я знал, сколько ей лет, ведь её внучка всего лишь на два года младше меня.

— Софья Петровна, какой неожиданный сюрприз, — приподнявшись с кровати, я обозначил поклон.

— Стас, рада тебя видеть, — от улыбки этой женщины как будто исходило ощутимое тепло. — Как ты себя чувствуешь?

— Стараниями ваших врачей превосходно, — кивнул я, жестом приглашая её присесть за стол, что бабушка Виты и сделала.

Я сел рядом.

— И всё же ты сам большой молодец, — серьёзно произнесла Добрина. — Если бы не твоя воля к жизни, так быстро ты бы не восстановился. Особенно учитывая, что ты сражался с граймом-кошмаром, граймом-бедствием, да ещё и побывал в их мире.

О, а вот она знает.

На эти слова Добриной я лишь с серьёзным видом кивнул.

В дверь постучали, и на пороге показалась всё та же медсестра. На этот раз она держала в руках поднос с чайничком, чашками, пряниками и конфетами.

— Ты же не откажешь старой женщине в компании? — спросила Софья Петровна.

— Ну какая же вы старая? — я изобразил удивление. — Если бы я не знал, кем вы приходитесь Вите, подумал бы, что её старшая сестра.

— О-хо-хо, — прикрыв рот ладошкой, рассмеялась она. — Дамский угодник. Не удивительно, что некоторые юные девочки от тебя без ума.

За чаем мы беседовали о всякой ерунде — о погоде, о том, что летом нет спектаклей в театрах и операх, отчего порой бывает скучно, о том, что можно было бы отдохнуть на море, да дел хватает… Притом о самих делах ни слова.

Как и о других Добриных.

Зато меня поздравили с созданием синдиката и пожелали дальнейших успехов.

Однако я прекрасно понимал, что не просто попить чай приехала эта занятая женщина. И мне было очень интересно, что же ей от меня нужно. И почему вообще именно она? А не Вита, например, с которой у меня сложились хорошие отношения. Что там задумал дуумвират Добриных, который явно меня недолюбливает?

Когда с чаем было покончено, я первым поднял не самую приятную тему:

— Позвольте поинтересоваться, как здоровье Льва Алексеевича?

Женщина тяжело вздохнула и посмотрела на стену, на которой висела картина с изображением деревянного домика.

— Всё так же, — произнесла она спустя секунд пять. — В себя он так и не приходил, до сих пор спит сном вайлорда. Хоть врачи и говорят, что его тело практически восстановилось, неизвестно когда он очнётся.

— Если с телом всё в порядке, значит скоро отроет глаза, — подбодрил я.

Она грустно улыбнулась.

— Да уж, с нетерпением жду этого благостного момента. Лёва нужен всем нам. Без него клан… будто бы и не клан Добриных вовсе!

— А что насчёт Ильи Львовича? Как он?

— Вернулся с отдыха, — покачала она головой. — Вроде бы выглядит немного лучше, но всё равно тень себя самого. Отдалился от клана, поселившись с семьёй в Добрейке.

В этой деревушке, насколько я знал, живут некоторые работники Добриных и члены дальних ветвей вайродских родов. Одним словом, не лучшее место для наследника клана.

— Я пробовала с ним поговорить, достучаться до него, — продолжила делиться наболевшим женщина, — но ему будто бы всё равно. Потеря Алексея больно ударила по всем нам, но по Илюше больнее всех.

Женщина замолчала. Вспоминая сейчас мужа и старшего сына, она будто бы мгновенно постарела лет на двадцать.

— Эх… — выдохнула она. — Если бы кто-нибудь из них сейчас управлял бы кланом, то об этой идиотской свадьбе и речи не было.

— О какой свадьбе? — непонимающе спросил я.

Она подняла на меня взгляд и секунд десять пристально смотрела мне в глаза.

— Ты, правда, не знаешь? — уточнила вдруг женщина.

Я отрицательно покачал головой.

— Хм… везёт тебе, — проговорила Добрина, а затем огорошила меня новостью: — Завтра Вита выйдет замуж за Кирилла.

— Какого Кирилла? — не понял я, но мгновенно припомнив всё, что мне было известно о клане Добриных, округлил глаза: — Кирилла Добрина?