Академия отступников (СИ) - Блашкун Елена

— Спасибо, — сдержанно поблагодарила Рина и направилась к дверям. Вдруг, она обернулась и спросила: — В прошлый раз вы сказали мне результаты проверки, а в этот — нет. Почему так?

Фелиция присела на край стола и, закусив дужку от очков, усмехнулась:

— Во-первых, я и в первый раз ничего не говорила — это мои коллеги передавали друг другу информацию, чтобы быстрее все оформить. Во-вторых, мы не обязаны сообщать эти данные ученикам, ну, а, в-третьих, — мне бы хотелось как можно быстрее распрощаться с тобой, так что давать лишний повод для продолжения разговора, я не собираюсь.

— Как видите, я справилась и без повода, — робко улыбнулась Рина. Фелиция хмыкнула и, встала прямо, с интересом окинув девушку взглядом.

— А ты изменилась. И я сейчас не о магии, — на всякий случай уточнила она.

— Возможно, — замялась гела, и пристальнее, чем прежде, стала рассматривать уложенную на полу плитку. Затем, решившись, она подняла голову и сказала: — Простите, в прошлый раз я вела себя отвратительно. Вы действительно были правы.

— О чем ты?

— Да обо всем. Мне было неприятно осознавать, что сила не так уж высока, как хотелось бы, да и репутация у Ашхема не самая хорошая. Сами понимаете — это не то место, куда хочет попасть любая девушка, — улыбнулась Рина, и Фелиция вдруг улыбнулась в ответ.

— Да уж, лучшим курортом Круса этот остров сложно назвать. Единственное, что их объединяет — наличие моря, да и то, пожалуй, спорный момент. — Замолчав на несколько долгих секунд, Фелиция, казалось, взвешивала для себя какое-то решения, а после добавила: — Я понимаю твою реакцию. Хорошенько поразмыслив над всем, я пришла к выводу, что она была вполне ожидаемой — ты ведь оказалась в чужом месте, одна, без каких-либо перспектив вернуться домой в ближайшее время. У тебя был шок, и слова, что ты сказала — лишь его последствия. Но пойми меня правильно, для большинства из тех, кто тут работает, Ашхем — родной дом. Кое-кто из нас в прошлом был учеником академии и просто решил не покидать ее стены. Слышать, что твой дом называют гадюшником… неприятно. Но, повторюсь, я работаю с новоприбывшими, и должна была предвидеть твою реакцию и отнестись к ней с пониманием. — Фелиция снова замолчала. Сделав глубокий вдох она вдруг признала: — Но я этого не сделала, и в этом была моя вина. Та ситуация, не скрою, мешала мне увидеть все со стороны, так что теперь настала моя очередь извиниться и поблагодарить тебя.

— За что? — удивилась Рина.

— За то, что дала понять, что я ошиблась. По крайней мере в том, что ты можешь измениться.

— Похоже, Ашхем влияет на меня сильнее, чем хотелось бы.

— Так и должно быть. В академии мы учим не только как развить силу. В этом случае бы отсюда выходило немало сумасшедших магов, желающих захватить мир, — засмеялась Фелиция. — Главное — это научить жить в обществе и брать на себя ответственность. Я рада заметить, что у тебя это неплохо получается.

— Спасибо. Ну… Я пойду? — решив, что больше им нечего обсуждать, спросила Рина. Фелиция кивнула, но напоследок добавила:

— С магией у тебя тоже все хорошо. По крайней мере ты развиваешь свой дар. Но подробности, думаю, тебе лучше обсудить с Римусом. То есть с профессором Глоссом, — спохватившись, исправилась проверяющая. То, как порозовели ее щеки, не укрылось от взгляда Рины, но она решила не заострять на этом внимание. В конце концов, у всех есть свои сердечные дела.

«По-моему, пока все складывается просто отлично», — заметил Дар.

«Похоже на то. Скажу честно — я очень боялась этой встречи»

«Я тоже. Кстати, не хочешь посмотреть, что там написано?» — пес ткнул мордой в папку, и на долю секунды Рина всерьез задумалась над тем, чтобы подсмотреть результаты проверки. Но, одумавшись, тряхнула головой и твердо ответила:

«Нет. Уверена, что Глосс и так мне обо всем расскажет. Да и я видела, что почти все преподаватели накладывают защитные чары на документы. Скорее всего, эта папка — не исключение»

Пес скривил недовольную морду, давая понять, что лично он бы уже давным-давно утолил свой интерес.

«И не проси. Тем более, что я и так знаю главное — мой уровень уже стал выше»

«И что, тебя нисколько не интересуют подробности?»

«Я готова подождать еще немного, чтобы узнать обо всем от Глосса»

«Скучная и вредная. И как тебя еще кто-то терпит?» — фыркнул спутник.

«А никто кроме тебя меня так долго и не терпит» — едва не засмеялась Рина. Единственное, что ее сдержало, так это то, что они уже пришли к кабинету куратора. Двери в комнату были открыты, и гела прекрасно видела, что профессор сидит за столом и что-то пишет. Гора папок перед ним была не меньше, а, может, и больше, чем у Фелиции. Что же здесь происходит? Неужели это все — дела новоприбывших? Хотя, по слухам, большинство комнат уже были заполнены до предела, а к Рине никого не подселили только потому что ее спальня была самой маленькой из всех возможных. Да и места для спутников тут отводились согласно их размеру и потребностям.

Одно неловкое движение, и Рина выдала себя. Мужчина поднял голову, и на его лице девушка заметила странное выражение, будто он был рад тому, что может наконец отвлечься от рутинной работы.

— Здравствуй, Рина, проходи, — он любезно указал на кресло перед столом, а сам, поднявшись, быстро закрыл двери и взял папку из рук ученицы. Гела заметила, как легкое марево качнулось над папкой, и тут же скосила глаза на пса.

«Я же говорила!» — победно сообщила она и Дар заворчал.

Несколько минут ушло на то, чтобы Глосс ознакомился с результатами проверки, и еще столько же — чтобы сравнил их с прошлыми. Наконец, положив перед собой оба документа, он посмотрел на Рину.

— Все хорошо?

— Более чем. Твой уровень поднялся вдвое, а это значит, что он уже составляет почти 7 из 10.

«Как у Айи!» — тут же понял Дарий.

— То есть, я хорошо учусь?

— Да, безусловно. Но дальше будет сложнее, так что не думай бросать все и считать себя классным магом.

— Честно говоря, даже мысли такой не было.

— Это правильно. Не скрою, ты меня приятно удивила, потому что обычно подобный путь ученики проделывают за год, а иногда и полтора. Ты же справилась всего за шесть месяцев. Это говорит по крайней мере о твоем высоком желании действительно развить свою силу, и это радует. Но проблема в том, что если условно поделить весь потенциал на три равные части, то они развиваются с совершенно разной скоростью. Первая усиливается практически сама собой — маг создает заклятия интуитивно, узнает, что такое магия вообще и к чему у него талант. Вторая часть делает мага более сильным в конкретно его области и помогает овладеть базовыми заклятиями, такими как бытовые и боевые заклинания. Конечно, это не означает, что любой станет в них мастером при должном желании, но все-таки, этот вид магии дается легче тем, кто уже чувствует свою силу.

— А третья? Я же так понимаю, две первые части я уже, скажем так, прошла? — с интересом спросила Рина. Она вообще заметила, что в Ашхеме куда больше систематизаций и разъяснений, чем дает любой преподаватель в их кругу.

— Так и есть. Последняя часть, как ты уже могла догадаться, дается с куда большим трудом, чем остальные две. Маг, завершивший свое обучение может владеть своей силой даже без заклинаний, отдавая лишь мысленные приказы или создавая соответственные образы. К примеру, если это артефактор, то он может создать сложный магический предмет, только просчитав в уме, как именно должны в нем быть установлены составляющие. Дальше они сами соединяются между собой, а задача мага — напитать артефакт нужной энергией.

— А мне? Как же менталисты?

— Хороших менталистов не так уж и много. Должен признать — большинству из вас мешает совесть, — хмыкнул маг.

— Что? Как это? Почему? — тут же засыпала его вопросами Рина.

— Сила менталиста измеряется в том, скольких спутников он может одновременно приручить, какого они размера, или степени разумности. Большинство настоящих талантливых менталистов с большим потенциалом предпочитают работать с теми существами, которые умеют мыслить самостоятельно и живут не за счет инстинктов. Но в этом и загвоздка, ведь в этом случае создание понимает, что его волю угнетают, а его самого заставляют покориться. Иногда это происходит без особого труда — к примеру, единороги спокойно соглашаются служить кому-то, но вот зловредные виверны… Тут уже совершенно другая история. То есть, как ты понимаешь, все зависит от того, готов ли маг сломать волю кого-то, чтобы достичь своей цели.