Александр Лайк - Синий, как море

Но вот уже меч Даргиша, покинув ножны, запел в воздухе и был встречен когтями. Нет, они не ломались. Возможно, они были даже прочнее стали. Меч со звоном отскочил в сторону, а вторая лапа метнулась к плечу лейтенанта, пытаясь ухватить его за наплечник. Даргиш поспешно отпрыгнул, но кончики лезвий все же ударили по металлу и оставили на нем глубокие борозды.

— Меч, Райдок, меч! — Альбе было не до субординации. — Твакке, ниш!

Второй дьявол выбрал жертвой именно Витязя, и воздух вокруг них натужно свистел, отмечая могучие удары когтей — пока что все они шли мимо цели. Альба уворачивался, изворачивался и ускользал.

Я схватился за рукоять Ванаира. Тот дьявол, которого я заметил первым, неумолимо шел прямо на меня. Хвала всем богам, он двигался медленно, поэтому я успевал отреагировать. В основном, быстро пятиться. Но в медлительности этого дьявола ощущалась такая мощь, такое искреннее, убийственное ехидство, что выглядел он даже пострашнее сородичей. Те всего лишь сражались — а этот шел убивать. Убивать не торопясь. Со вкусом. Убивать меня.

— Твакке, гайс!! Луда! Гах! — судорожно кричал своим демонам Альба, пытаясь выбраться на дорогу. Его противник неутомимо загонял его на траву, мокрую от ночной росы. Витязь уже поскользнулся один раз и едва уберегся от удара ноги. Или нижней лапы, черт их разберет. Но когти были и на ней, пусть покороче, зато очень толстые и кривые. И не верилось мне, что более тупые.

Вырвавшийся сбоку Орбен на миг оказался между мной и дьяволом. Но убийца из ночи нанес резкий удар сбоку, и паж кубарем отлетел на два десятка шагов. Я поднял Ванаир перед собой, держа его двумя руками, чтобы не выбили с первого соприкосновения. Мой добрый клинок прямо-таки дрожал от предвкушения, он звенел, он пел, он хотел драки. Иногда говорят, что клинки ждут крови, они мечтают напиться в бою. Возможно. Но Ванаир сейчас не думал о благодатных струйках на лезвии. Он хотел просто драки. Яростной, упоительной, сверкающей схватки!

И дьявол понял это. Он еще больше замедлил движения, почти остановился, и с ненавистью ощерился. В его зелено-желтых глазах появились красные искры. Я не посмел упустить этот миг.

Стремительный выпад был направлен в одно из многочисленных колен выдвинутой вперед ноги. И он прошел! Ванаир радостно зашипел, пронзая нечто плотное — не то чешую, не то пергаментную шкуру. И по клинку побежали мутные капли белесоватой жидкости, чуть более густой, чем молоко. Жидкость эта дымилась, совсем как то, что текло в моих жилах, но в отличие от него, не испарялась.

Дьявол пронзительно вскрикнул. Отдернув раненную ногу, он отступил на шаг и… Возможно, мне показалось. Но по-моему, он плюнул себе в ладонь. Плюнул и стал разминать и раскатывать свой плевок.

Рядом со мной вдруг оказался один из гвардейцев Даргиша.

— Плохо, — задыхаясь, сказал он, занимая оборонительную позицию.

— Йа-а!! — со смертельной яростью взвизгнул дьявол и метнул в него то, что вертел в лапах.

Словно черная молния ударила рядом со мной. Тонкое черное щупальце, такой же лезвийной остроты, мгновенно обвилось вокруг воина и стало сжиматься с неотвратимой силой.

— Принц!.. — едва успел выдохнуть гвардеец, но было поздно. Поздно было уже в тот момент, когда эта мерзкая штука прикоснулась к нему.

Сломался, словно перекушенный драконьими челюстями, меч. Щупальце с хрустом рассекло панцирь, а затем…

Парализованный ужасом, я смотрел, как падает в траву у моих ног кисть правой руки, в разрубленной перчатке, все еще сжимающая обломок меча. Левая рука, выпустившая кинжал. Плечо вместе с частью грудной клетки… Тело погибающего воина еще билось в тисках гибели, но это были уже посмертные конвульсии. Умер он несколько мгновений назад, вместе с последним хриплым зовом выдохнув и жизнь.

И тут же дьявол воспользовался моим оцепенением, рванулся вперед и нанес мне жестокий, самую чуточку неточный удар.

Я отлетел далеко в траву, как совсем недавно Орбен, инстинктивно зажимая левой рукой разодранную правую, впрочем, так и не выпустившую Ванаир. В следующий миг кровь моя обожгла меня невыносимым холодом и я с воплем оторвал ладонь от раны.

Дьявол снова плюнул в лапу. Сделал несколько привычных комкающих движений и швырнул в меня какой-то крошечный комочек.

И ничего не произошло.

Дьявол изумленно каркнул. Я осторожно, сцепив зубы, поднялся на ноги. Руки страшно болели — левая больше.

Дьявол, глядя на меня с каким-то суеверным ужасом, медленно пятился, невнятно бормоча то ли ругательства, то ли заклинания. Потом нервно мурлыкнул и, по-кошачьи втянув когти правой лапы, потянул из ножен тонкий узкий меч. Я быстро глянул на свое правое предплечье — над раной, голубея в лунном свете, дико клубился призрачный дымок. И тут я кое-что вспомнил и все понял.

Сагастен жаловался, что моя испаряющаяся кровь выпила его силу. Я ведь и сам спрашивал у Данка, что будет, если этой жидкостью плеснуть на вражеского мага или демона. И вот только что мы с коллегой, в смысле, с дьяволом выяснили, что будет. Плохо ему будет!

А тут как раз подоспели наши демоны.

Магия теперь не действовала ни у кого, и битва нечисти выродилась в безобразную рукопашную свалку. Дьяволы были быстрее, демоны — куда мощнее. Дьяволу, попавшему в ручищи одного из демонов, приходилось крайне нехорошо. Демон выкручивал и выжимал его прямо на дорогу, как цитрон в пунш.

— Не спите, принц! — закричал откуда-то сбоку Альба. — Ванаир к бою!

Я вскинул лезвие, ухватив рукоять двумя руками — одной бы и не удержал, пожалуй — и шагнул навстречу своему противнику. Снова протяжный и мелодичный дьявольский вой покачнул звезды, и на этот раз в нем явственно слышалась смертная боль. Дьявол передо мной вздрогнул и на долю мгновения повернул голову в сторону погибающего товарища. Этого было достаточно. Мощная хватка возникшего из темноты демона связала его сзади за плечи, а Ванаир, дрожа в моей ладони от восторга, ворвался в серебристо-черное горло и резко опустился через грудь до живота.

Лениво хлынул дымный молочай, сворачиваясь еще в воздухе странными белесыми змейками. Трава под ним тоже задымилась, но почему-то не пожухла, а словно даже стала более пышной и свежей. Дьявол невнятно всхлипнул и рухнул мордой вперед, к моим ногам. Почти одновременно с этим на дороге раздался странный звук, как будто с балкона на мраморную террасу уронили мешок с виноградом.

И все кончилось.

Альба стоял перед поверженным дьяволом, и морщась, растирал правое предплечье. Его меч засел меж ребер противника, но он не спешил извлечь оружие — надо полагать, не ждал нового нападения. С другой стороны трупа на корточках сидел один из демонов. Демон тяжело дышал и двумя руками держался за живот. То ли ему особенно туго пришлось в стычке, то ли просто бежал слишком быстро. Я вдруг спохватился.