Джин Вулф - Воин тумана

Мы бежим через равнину, одни обгоняют других; те, у кого вооружение легкое, убегают далеко вперед, оставляя тяжеловооруженных людей позади, и вот я уже не вижу вокруг ни одного знакомого лица – только пыль, топот ног, а впереди сверкающая бронзой стена гоплонов, ощетинившаяся копьями…

Ио меняла у меня на лбу влажную тряпку, когда вдруг прямо надо мной склонился вражеский воин в красном плаще, с султаном из конских волос на шлеме. Я потянулся было за мечом, но моя Фальката куда-то исчезла…

– Все хорошо, лежи спокойно, господин мой, – послышался голос Ио. – Все хорошо.

Вражеский воин выпрямился, и я узнал в нем Эвтакта.

– И давно он в таком состоянии? – спросил Эвтакт.

– Нет, – ответила Ио. – Когда он упал, Басий сразу послал за тобой слугу из гостиницы.

Я хотел сказать, что чувствую себя хорошо, однако с языка срывались слова моего родного языка, непонятного эллинам.

– Он все время что-то говорит, – продолжала Ио, – да только понять ничего нельзя. И по-моему, он нас не видит.

– Мне уже лучше, – удалось выговорить мне на их языке.

– Вот и хорошо! – Эвтакт опустился возле меня на колени. – Что же с тобой случилось? Может, Басий тебя ударил?

Я совершенно не понимал, о чем он спрашивает.

– Мы бежали, шло наступление, – попытался я объяснить ему, – но как только перед нами снова возникла стена из гоплонов, мы превратились в обыкновенное стадо. Мидийцы, правда, бросились на щиты с копьями, прорвали защиту и погибли. От стрел никакого проку не было, а Фальката моя куда-то запропастилась…

– Это его меч, – пояснила Ио.

Я рассказал им еще о том, что Марка убили, а Умери я отыскать не сумел – видно, не следовало нам ходить в Речную страну.

– Уж не колдовство ли это? – сказал Эвтакт. – Где тот колдун?

– Вон там, спит прямо за столом, на улице, – указала рукой Ио.

– Может, и спал, да только теперь его за столом что-то не видно. – Эвтакт бросился к двери. Я медленно сел.

– Тебе лучше, господин?

Личико Ио было таким озабоченным, что я не мог сдержать улыбки:

– Конечно лучше! И я тебя знаю. Только не помню, кто ты и как твое имя.

– Я Ио, твоя рабыня. Меня тебе подарил Светлый бог.

Я огляделся: комната была тесная, темная, и в ней пахло дымом. Я сказал:

– Этого я не помню. А где это мы?

– Просто в гостинице.

Вошла высокая безобразная женщина с короткими черными волосами и сказала:

– Здравствуй, Латро. Помнишь меня?

– Латро? – переспросил я.

– Ну да, ты Латро, а я твой друг Эврикл. Большой приятель Каллеос. Ты помнишь Каллеос?

Я покачал головой.

– Кое-кто считает, что я могу тебя вылечить, – сказала странная женщина с мужским именем. – Впрочем, и мне того же хочется, только я не знаю, что тут произошло, пока я спал. Может быть, ты мне расскажешь, девочка? Мне бы это здорово помогло.

– Ты помнишь, как они боролись с Басием? – спросила Ио.

– Да. Басий два раза уложил Латро, а потом Латро два раза уложил Басия.

А когда Басий уложил его в третий раз, поединок закончился. Мы еще, помнится, выпили по этому поводу, и Басий пошел в гостиницу чем-нибудь смазать поврежденное плечо, а Латро собирался сделать запись в своей книге…

Я с беспокойством посмотрел на Ио и попытался встать. Она поспешно сказала:

– Она у меня здесь, господин. И твой стиль тоже.

– …а мне что-то спать захотелось, – продолжал этот Эврикл, который на самом деле был женщиной, – вот я и уснул. И больше ничего не помню. А что произошло потом?

– Басий вернулся, и они еще выпили вина, и Басий спросил у Латро, есть ли у него доспехи. – Ио посмотрела на меня. – Это Басий взял твой меч, господин мой. Он его сохранит для тебя.

– Продолжай, – велел ей Эврикл.

– А я сказала, что сейчас их у него нет. А потом Латро попросил Басия рассказать о каком-то сражении, и Басий сразу понял, о каком сражении идет речь, и стал рассказывать о спартанских царях и о том, где и как стояли войска. – Ио умолкла и перевела дыхание. – Потом Латро вдруг закричал, сбил кувшин со стола, пролил вино, а Басий обхватил его сзади и попытался уложить на землю, но Латро вырвался. Тогда Басий и слуги из гостиницы бросились на него, повалили, и он кричать перестал, но без конца говорил что-то непонятное, и они перенесли его сюда. Басий сказал, что Латро мало воды добавлял в вино, но это не правда: он разбавлял вино очень сильно, куда сильнее, чем сам Басий.

Эврикл кивнул и сел со мной рядом на низенькую постель.

– Что это было, Латро? Почему ты кричал?

– Там все кричали, – возразил я. – Бежали навстречу врагу и кричали.

Они отступали – наше войско было куда более многочисленным; казалось, еще один хороший удар – и войне конец. И тут они остановились и повернулись к нам, выставив щиты и копья, точно лось свои огромные рога…

– Понятно. – Из подбородка у странной женщины с мужским именем торчало несколько курчавых волосков; она потрогала их пальцем. – Эвтакт считает, что это колдовство, однако я сомневаюсь. Скорее, злой умысел кое-кого с Олимпа. Пожалуй, нам следует принести жертву богу войны. Или… Латро, у спартанцев есть лекарь по имени Асклепий. Ты когда-нибудь о нем слышал?

Я покачал головой.

– Он самый лучший из спартанских лекарей, а поскольку ты находишься под опекой спартанцев… Я поговорю с Эвтак-том. А сам составлю заклинание, способное призвать на помощь некие силы. К здоровью людей, правда, они обычно отношения не имеют… И все же надо попробовать – вдруг хоть немного помогут.

Когда Эврикл, которого я все-таки считал женщиной, ушел, со мной осталась Ио и ни за что не хотела уходить, хоть я бы предпочел, чтобы она сходила и выяснила, что происходит, а потом обо всем мне рассказала. Она наконец согласилась, но сперва по моей просьбе принесла мне табурет, чтобы удобнее было писать. Эвтакт поставил у моей двери двух гоплитов, однако дверь разрешил держать открытой, и я уселся так, чтобы свет падал на лист папируса.

Вернувшись, Ио рассказала, что рабы спартанцев строят алтарь богу-врачевателю, о котором говорил этот Эврикл, который на самом деле женщина. Она сказала также, что Басий бывал в храме этого бога на острове Пелопоннес и велел, чтобы я, после того как Эвтакт принесет жертву во имя моего исцеления, всю ночь провел у алтаря. В отсутствие Ио я перечитывал свои записи, откуда и узнал, что уже ночевал однажды в храме и то был храм богини зерна.

Уже завтра Эвтакт намерен был отправиться в Элевсин вне зависимости от того, явится мне божество или нет. Из Элевсина есть хорошая дорога прямо на Пелопоннес.

Я спросил Ио, что это за безобразная женщина с мужским именем Эврикл, которая обещала сотворить для меня заклятие. Девочка удивилась и сказала, что никакая это не женщина, а действительно Эврикл из Милета, мужчина, хоть и носит пурпурный плащ. Это показалось мне очень странным.