Елена Лобанова - За Пределом

Нэрнис волне правильно оценивал спутников. Пелли слишком добрая. Она не сможет найти солому на всех, но попытается. А потом будет плакать. Сульс, пожалуй, начнет объяснять крестьянам низменность их устремлений с точки зрения художника. Расти может подсказать, где недостающую солому украсть. Свищ, конечно, местный житель, и в деле устройства крыш разбирается, но он будет заботиться в первую очередь о своей собственной. Орки — не в счет. Умом и сообразительностью они никогда не отличались. Светлый даже подозревал, что исторические бредни орков — вовсе не их изобретение. Не иначе как люди подсунули шутки ради. Оставался Верд. Ему Властелин и поручил навести порядок в дележе. Этот бывший ходок за Предел изменялся прямо на глазах. И откуда что появилось? Селяне пока не видели разницы между родственником Свища недельной давности и сегодняшним Вердом. А она была огромна. Верд два дня гонял по дороге трех орков и уже считал себя особой приближенной к Властелину. Даже со своим родственником стал заносчив. Еще немного, разберется с положением Сульса и начнет на него покрикивать. Солому Верд поделил быстро, а возмущаться запретил.

Всю дорогу к предгорьям Даэрос поздравлял Властелина с первым, после разрушений, верным поступком в новой должности. По словам Полутемного, он, Нэрнис, одним своим словом разделил крестьян села на счастливых и недовольных, а так же породил такое качественное зло как распря между городом и деревней. Даэрос советовал и впредь поступать именно так: власть над селянами передавать горожанам, а над горожанами — селянам. Описание далеко идущих последствий было таким полным, что Светлый совсем расстроился. Но самое большое расстройство ожидало его впереди.

Заехав к гномам и распорядившись насчет запасов еды и топлива для Синих Чертогов, Даэрос сразу по возвращении помчался рассказывать Инэльдэ о новостях и планах. Планы заключались в постройке помещений необходимого вида и назначения. Полутемный не собирался провожать будущие делегации «верных» орков в Синие горы. Властелину предстояло принимать своих подданных ближе к подножию первого хребта. Вот там Даэрос и собирался воздвигнуть Цитадель и такое замечательное место, как площадь для массовой присяги. Место он уже присмотрел. Как всякий, хотя бы слегка Темный, брат не собирался создавать нечто однозначное. Площадь идеально простреливалась с шести нижних выходов и в зависимости от обстоятельств могла стать заодно и местом массовой казни. Как при помощи Нэрниса, так и в его отсутствие.

Пока Даэрос излагал свои идеи и живописал будущие грозные твердыни Властелина, все шло почти неплохо. Инэльдэ слушала с интересом и одобряла. Но когда Полутемный перешел к новым сведениям об орочьих традициях, вот тут и выяснилось, что сведения эти немилосердно устарели — задолго до первого появления в этих краях Великого Открывающего.

Нэрнис, как излишне Светлый, наивно предполагал, что замкнутая жизнь в горах никак не позволяла Темным иметь полноценные знания о прочих жителях за-Пределья. Но не иначе как под воздействием нежных чувств, его Полутемный брат забыл о такой возможности все узнать, как пленные орки. За столько лет «охоты» было бы странным, если бы ни один представитель зловонного племени не был допрошен. Не говоря уже о том, чтобы за столько лет ни один слух не просочился в Синие горы при помощи гномов. Аль Арвиль готов был признать себя жертвой Темного коварства. Расслабился, общаясь с Даэросом, и забыл, что брат отличается от своих сородичей не только цветом глаз. А подгорная мнительность и подозрительность, о которой Ар Ктэль столько рассказывал, осталась где-то на задворках сознания.

К прочим местным Темным, кроме самой правительницы, претензий не было. Подданные Инэльдэ не были сплошь скрытными. Но и повода обсуждать новость шестисотлетней давности как-то не возникало. Да и возникни он, за Даэросом пришлось бы бегать, чтобы поговорить. То он через Предел и обратно спешил, то метался по разным уровням, стремясь успеть как можно больше. А вот сама Инэльдэ имела совершенно другие причины для молчания. И эти причины она изложила, нисколько не стесняясь. По её мнению, тот, кто в состоянии разметать орочий клан, вовсе не нуждался в рассказах о том, каковы здесь эти орки. Светлый… А Светлый «злее будет». В качестве запасного выхода, на случай их гибели, поначалу предполагалось использовать тот пустой ствол. Теперь же имелся совершенно замечательный проход на ту сторону Предела — закрытый коридор. Так вот прямо и заявила, что открыть коридор даже в её силах. Подумаешь, раздвинуть две тупиковые стенки. Даже без неё — достаточно собрать всех, в ком есть эта способность хоть в зачаточном состоянии, и путь за Предел будет открыт. Хотя, конечно, то, что два самоубийцы благополучно вернулись — радость для всего народа. Значит, они действительно смогут обуздать орочьи орды. Как говорится, и так хорошо, и по-другому — неплохо. И мило улыбнулась.

Нэрнис поначалу не мог взять в толк, почему их разведка по окрестностям, не самым дальним, была приравнена к попытке самоубийства. На его взгляд Инэльдэ Ар Туэль их с братом недооценила. Но на её взгляд им просто очень повезло. Кланы в осенний набег отправлялись не всегда одним и тем же путем. Особенно, если они шли вместе: и степные центральные и прибрежные. А сейчас как раз осень. Самое время. Еще два-три дня и орки будут в предгорьях. Вовремя вернулись, получается.

Своего коварства, граничащего с Темной неблагодарностью, Инэльдэ не стеснялась. Наоборот — гордилась. Это был самый сомнительный способ продемонстрировать своё превосходство Даэросу. А она, нисколько об этом не подозревая, с видом гордой правительницы прохаживалась по открытым верхним Чертогам вдоль арок. Эта манера ходить туда-сюда с надменным видом и вещать наглым тоном очень напоминала Полутемному одну известную личность. Оставалось только завести чаши для цветов и научиться, не отвлекаясь от темы, выщипывать сорняки.

Первое, что сделал Даэрос — попытался оскорбить деву. Нэрнис нисколько не сомневался, что название «Амалирос в юбке» является оскорблением. Тягчайшим. Даже несмотря на то, что Инэльдэ предпочла встретить их в штанах. Ножи, как водится, прилагались к ней в большом количестве. Можно было даже сказать, что это Инэльдэ прилагалась к ножам. Наверное, внушительный арсенал, который она на себе принесла, должен был внушать уважение. Даэросу не внушил.

Когда Инэльдэ сочла сравнение с Выползнем комплиментом, Полутемный послал дипломатию куда подальше. Яд сочился буквально из каждого его слова и действия. Сначала он попросил Нэрниса показать, каким именно способом Светлый изничтожает встречных орков. Пришлось испортить кувшин. В кувшине была вода, поэтому заодно испортилась и прическа Инэльдэ. Даэроса это небольшое дополнение порадовало. А чтобы Дева думала не о прическе, а о самом способе изничтожения, сообщил, что количество орков значения не имеет. И следом поблагодарил за радость по поводу их возвращения вовремя — Светлому было бы очень тяжело становиться «массовым убийцей и мясником». Для его нежной психики — травматично. Пока — нежной. Так что два орка для начала — как раз.