Клиффорд Саймак - Миры Клиффорда Саймака. Книга 9

— Им нужна не месть, — возразил Конрад, — а Дэниел и Крошка.

— С чего ты взял?

— Кто откажется от боевого коня и сторожевой собаки?

— Пожалуй, ты прав. Я им не завидую. Наши животные не согласятся поменять хозяина за здорово живешь.

— Что будем делать?

— Разрази меня гром, если я знаю. Они направляются к югу?

— Почти. Долина немного уклоняется к западу.

— Значит, мы повернем на восток. Обогнем деревню и постараемся оторваться от бандитов.

— Чем дальше, тем лучше.

Крошка вскочил, повернулся влево и издал низкий горловой рык.

— Пес что-то почуял, — заметил Данкен.

— Человека, — отозвался Конрад. — Он всегда так рычит, когда чует человека.

— Откуда ты знаешь?

— Я знаю все его повадки.

Данкен посмотрел в ту сторону, куда уставился Крошка. На первый взгляд там никого не было.

— Друг мой, — проговорил юноша, — на вашем месте я бы вышел сам. Мне не очень хочется натравливать на вас собаку.

Какое-то мгновение все оставалось по-прежнему, затем кусты зашевелились, и из них показался человек. Крошка кинулся вперед.

— Ко мне! — крикнул Конрад.

Незнакомец был высок ростом и бледен, как смерть. Его облачение составляла потрепанная ряса темно-коричневого цвета, ниспадавшая до лодыжек; на плечах топорщился капюшон. В правой руке человек сжимал длинную, сучковатую палку, а левой стискивал пучок травы. Кожа столь туго обтягивала его череп, что поневоле чудилось, будто из-под нее выпирают кости. Лицо обрамляла жидкая бороденка.

— Я Эндрю, отшельник Эндрю, — произнес незнакомец. — Увидев вас, я испугался и поспешил спрятаться. Понимаете, я собирал травы, чтобы было из чего приготовить ужин. У вас, случайно, не найдется сыру?

— Случайно найдется, — буркнул Конрад.

— Я грежу о сыре, — объяснил отшельник. — Просыпаюсь ночами и вдруг сознаю, что думаю о нем. Я так давно не пробовал сыра!

— В таком случае, — сказал Данкен, — мы рады будем угостить вас. Конрад, сними-ка с Красотки мешок с припасами.

— Подождите, подождите, — воскликнул Эндрю. — Не надо торопиться. Вы ведь путники, правильно?

— А то по нам не видно, — пробормотал Конрад.

— Переночуйте у меня, — предложил отшельник. — Знаете, я стосковался по человеческим лицам и голосам. Правда, у меня есть Призрак, но говорить с ним — вовсе не одно и то же, что беседовать с человеком из плоти и крови.

— Призрак? — переспросил Данкен.

— Да, самый обыкновенный и весьма порядочный. Не бряцает цепями, не стонет по ночам. Он поселился со мной с того дня, как его повесили. Дело рук Злыдней…

— Понятно, — протянул Данкен. — А вы каким образом ускользнули от них?

— Я спрятался в своей пещере, — ответил Эндрю. — Я называю ее кельей, однако она не такая маленькая и убогая, какой следует быть настоящей келье. Мне кажется, меня можно и нужно упрекнуть в отступлении от правил. Я не умерщвляю плоть, как то положено истинным отшельникам. Поначалу моя пещера была крохотной, но с годами я расширил ее, и она стала просторной и удобной. Там вполне хватит места для всех. К тому же, она надежно укроет вас от посторонних глаз, что, по-моему, немаловажно для тех, кто путешествует по Пустоши. Скоро вечер, вам так или иначе придется выбирать, где остановиться на ночлег, а лучшего прибежища, нежели моя келейка, клянусь, не найти.

— Что скажешь? — справился Данкен, посмотрев на Конрада.

— Прошлой ночью вы совсем не спали, — отозвался тот. — Сдается мне, отказываться не стоит.

— А Призрак?

— Призраков я не боюсь, — ответил Конрад, пожимая плечами.

— Ладно, — решил Данкен. — Отец Эндрю, показывайте дорогу.

Пещера располагалась примерно в миле от уничтоженной пожаром деревни; чтобы добраться до нее, пришлось миновать кладбище, которое, судя по многочисленности и состоянию надгробий, некогда использовалось весьма широко. Посреди него возвышалась гробница, сооруженная из местного камня. На ней возлежал развесистый дуб, поваленный, должно быть, особенно яростным порывом ветра; падая, он разбил установленную на крыше гробницы статую и слегка сдвинул плиту, что перекрывала доступ внутрь. Почти сразу за кладбищем высился холм, в крутом склоне которого и находилась пещера отшельника. Склон зарос деревьями и кустарником, так что, сколько ни смотри, заметить пещеру было невозможно; перед ней струился ручеек, сбегавший далее в глубокий овраг.

— Вы идите, — сказал Конрад Данкену, — а я расседлаю Дэниела и сниму поклажу с Красотки.

В пещере было темно, однако даже во мраке чувствовалось, что ее размеры довольно внушительны. В очаге теплился огонек. Отшельник пошарил у стены, отыскал свечу, зажег ее от пламени и поставил на стол. Свеча осветила толстый слой тростника на полу, грубый стол со скамьями, кособокий стул, множество корзин, соломенный тюфяк в одном углу и шкаф со свитками манускриптов — в другом.

Поймав взгляд Данкена, отшельник сказал:

— Да, я почитываю. Так, по чуть-чуть. Когда выдается время, я зажигаю свечу и сижу, разбирая слово за словом, пытаюсь постичь смысл речений древних отцов Церкви. Впрочем, вряд ли я постигаю его; не с моим скудным умишком стремиться к этому. Вдобавок, славные отцы, как мне порой мнится, придавали гораздо больше значения словам, чем смыслу. Я уже говорил, отшельник из меня никудышный, но я стараюсь, хотя иногда спрашиваю себя: каков на деле истинный отшельник? Бывает, мне чудится, что он — глупец из глупцов, самый никчемный человек на свете.

— Однако вы же не станете отрицать, что для отшельничества необходимо призвание? — полюбопытствовал Данкен.

— Когда я погружался в размышления, мне приходило в голову, что люди становятся отшельниками, чтобы избежать тягот жизни, — ответил Эндрю. — И впрямь, ведь удалиться от мира проще, нежели добывать пропитание собственным горбом. Я задавался вопросом, не это ли побудило меня отринуть мирские радости, и вынужден был признать, что не знаю.

— Вы сказали, что спрятались здесь от Злыдней. На мой взгляд, концы с концами здесь как-то не вяжутся. Неужели они не обнаружили вас? Мы не встретили никого, кому удалось спастись, за исключением шайки бандитов, захватившей поместье и сумевшей, благодаря то ли своей многочисленности, то ли простому везению, отстоять его.

— Вы разумеете Гарольда Потрошителя?

— Да. Откуда вы знаете его?

— Пустошь полнится слухами, тем более что есть кому их разносить.

— Что-то не понимаю.

— Малый Народец. Эльфы, гномы, тролли, феи, брауни…

— Но они же…