Трой Деннинг - Чародейка

– О нашей гостье, – пояснила Раин. – Прямо перед тем, как мы схватили ее, Магнус подслушал ее разговор с юношей из Клана Невидимых. Ее настоящее имя Садира, Садира из Тира.

Колдунья выругалась про себя. Она понимала, что Раин пытается выбить Хайара из колеи и спасти ей жизнь, но она предпочла бы, чтобы все это было сделано по-другому.

Хайар в полной растерянности уставился на Садиру. Сзади него послышался нестройный гул голосов изумленных не меньше Хайара воинов:

– Ты – дочь Фенеона? Та самая, что убила Калака? А он знает, что ты его дочь?

– Я – дочь Бараках из Тира и вашего вождя, – с достоинством произнесла Садира, печально глядя на своего забывшегося в пьяном сне отца. – Хотя после того, как ваш предводитель бросил мою мать и она была продана в рабство, родив меня в неволе, у него нет никакого права считать меня своей дочерью.

– Фенеон сам позаботится о своих правах, – ответил Хайар. – Но твое объяснение меня не убеждает. Возмож-но, твой друг из Клана Невидимых имел кинжал.

У нее дома, в Тире, ни одна из жриц не признала бы правомерными логические построения эльфа, но кол-дунье по ходу разговора становилось все более очевидным, что Хайар и не собирался искать правду. Его единственной целью было любой ценой найти козла отпущения.

– Я не убивала твоего брата, но вижу, что ты ничего не желаешь слышать, – решительно сказала Садира, опуская руку в свой заплечный мешок. – Поэтому или попробуй расправиться со мной прямо сейчас, или больше никогда не возвращайся к этому делу.

– Я не дурак, – ответил Хайар, с тревогой глядя на опущенную в мешок руку Садиры. – Но я не позволю, чтобы мой брат остался неотмщенным.

– Никто тебя об этом и не просит, – сказала Раин.– Но не тебе судить, кто должен быть наказан. У нас есть вождь, или ты забыл об этом? Тогда я напомню тебе, что его зовут Фенеон.

– Я ничего не забыл, – ответил Хайар. Он дал знак одному из воинов, стоявших рядом с телом Гейфала.

– Разбуди вождя, Джейла, – попросил он. Этим воином оказалась молодая женщина с копной каштановых волос и тремя костяными кольцами в одной из ноздрей. Она зло посмотрела в спину Хайара, но не решилась возражать и подошла к Фенеону. Положив на всякий случай руку на рукоять его кинжала, Джейла потрясла вождя за плечи.

– Фенеон, – тихо позвала она. – Нам нужна твоя помощь.

Фенеон что-то сердито пробормотал в ответ, слегка приподнял голову и открыл глаза, обнажив пару остекленевших зрачков. Он попытался сконцентрировать взгляд на лице женщины, и на мгновение ей показалось, что вождь сможет выйти из ступора. Затем он громко засто-нал, как будто испытывая ужасную боль, и его голова снова бессильно свесилась на грудь. Глаза его оставались открытыми, но их взгляд был бессмысленным и пустым.

– Он все еще мертвецки пьян, – объявила Джейла. Хайар недоверчиво покачал головой и сам подошел к отцу.

– Я так не думаю, – сказал он, запуская руку под его одежду.

– Он мертв? – испуганно спросил кто-то из воинов.

– Нет, болен. Сердце его едва бьется, а тело холодно, как сама ночь, – ответил Хайар. Вынув руку, сын вождя внимательно посмотрел на Садиру. – Хотелось бы знать, сколько еще бед принесет твое возвращение к Бродягам Песков? – громко произнес он.

– Я не могу нести ответственность за жадность фенеона, если это то, что ты имеешь в виду, – возразила Садира. – Он украл у меня вино, или, может быть, ты запамятовал об этом?

– Хайар, говори прямо, если у тебя есть что сказать, или помолчи, – вмешалась Раин. – Только трус намекает на то, о чем боится сказать открыто.

– Раин права, – поддержал ее Магнус. – Садира является гостьей Фенеона, и тебе не следовало бы забывать об этом.

Поначалу Садира думала, что они оба защищали ее в благодарность за ту помощь, которую она им оказала, но потом до нее дошло, почему они на самом деле стремились спасти ее. Насколько она теперь понимала, их задача заключалась в том, чтобы любой ценой подорвать влияние Хайара среди членов клана и облегчить Раин возможность унаследовать власть отца, оттеснив Хайара на второй план.

Злобно взглянув на единокровную сестру, Хайар пробормотал:

– Я никогда не был трусом. Что же касается гостьи отца, то я не сомневаюсь, что она заколдовала его. Другого объяснения быть не может.

– С какой же целью, Хайар? – резко спросила Садира, решив защищать себя сама.

Хайар шагнул к ней, и его лицо оказалось в нескольких дюймах от ее лица.

– Разве ты не сказала мне вчера, что у тебя есть свои собственные причины, чтобы вернуться к нам? – ответил он вопросом на вопрос.

– Да, я говорила это, – признала Садира.

– Я думаю, что ты вернулась только для того, чтобы заколдовать Фенеона, – сделал вывод Хайар. – И это было тебе нужно, чтобы заставить нас проводить тебя к башне Пристан.

Раин бросила быстрый взгляд на неподвижное тело Фенеона.

– Что бы ни случилось с Фенеоном, он не жертва колдовства, – сказала она. – Если бы у тебя хоть немно-го работала голова, ты бы понимал это.

– Можно подумать, что она у тебя работает, – возразил Хайар. – Сама-то ты всего лишь обманщица и мошенница.

– Можешь не сомневаться, я сумею поставить тебя на место, – выкрикнула Раин. – И мне для этого не понадобится никакая магия.

Хайар шагнул к своей единокровной сестре, стиснув в ярости кулаки. Магнус оказался быстрее и преградил ему путь.

– Мы члены одного клана! – зарычал он. – И ведите себя соответственно.

Хотя он притворялся, что говорит с ними обоими, его черные глаза были обращены на Хайара.

Прежде чем Хайар мог ответить, в комнату влетел юный воин, спустившийся сверху.

– Сюда приближаются жрицы! – закричал он. Хайар сделал знак воинам, стоявшим около тела Гейфала.

– Задержите их и займитесь канками, – приказал он. Когда те бросились вниз по лестнице, сын вождя перевел взгляд на Садиру и с ненавистью произнес: – Меня не удивит, если выяснится, что это тоже твоя работа. Что-то больно быстро они добрались до нас.

– Нам нужно поскорее выбираться из башни, а не заниматься выяснением того, почему жрицы оказались здесь, – вмешалась в их спор Раин, взбегая вверх по лестнице. – Пошли, у нас нет времени.

Хайар взвалил тело брата на плечи и бросился вслед за ней.

– Куда они побежали? – удивленно спросила Садира. – Мы же окажемся в ловушке. Магнус покачал головой.

– Эльфы всегда могут убежать,– ответил он, направляясь за Раин и Хайаром.

– Подожди! – обратилась к нему Джейла. – Я никак не могу поставить Фенеона на ноги. Нам придется нести…

Тяжелый удар встряхнул башню, прервав Джейлу на полуслове. На мгновение в башне воцарилась тишина, почти тут же прерванная громкими криками раненых и умирающих эльфов, доносившимися с нижнего этажа. Не теряя ни секунды, Магнус бросился к лестнице.