Джоэл Розенберг - Спящий дракон

– А смысл? – Карл нахмурился. – Не хочу критиковать командира, но ты ведь не поставишь меня впереди? Чем никогда не занимался – так это спелеологией.

Проклятие, Карл, дашь ты мне договорить? Не перебивай, сделай милость – хотя бы ради разнообразия.

– Ты пойдешь сразу за мной. Мне свет не нужен. Я вижу в темноте, помнишь?

Если эти проходы такие древние, как утверждали Ореен и этот Карлов дракон, Ахире, возможно, не будет нужды идти первым: все, что могло в них обвалиться и осесть, давным-давно обвалилось и осело.

Но рисковать не стоит. Кроме того, этот путь легок для Ахиры. Гномы созданы бродить по туннелям. Люди, оставшись без света, запутаются в собственных ногах.

С мечом в руке Ахира подошел к Дории и присел перед ней.

– Дория?

Она продолжала сидеть, как сидела, расправив свои одежды; глаза ее смотрели сквозь гнома.

– Дория, мне нужна твоя помощь.

Никакой реакции.

– Прошу…

Ничего.

Он протянул руку и легко коснулся ее плеча.

– Дория!

Ее лицо ожило, дрогнуло, глаза распахнулись. Она бешено содрогнулась.

И закричала.

Вопль длился. У Ахиры зазвенело в ушах. А потом Дория съежилась на полу, поскуливая и тяжело дыша.

Ахира взглянул назад. Аристобулус, Хаким, Андреа и Карл стояли плечом к плечу – и все, как один, сердито хмурились.

Я должен был попытаться. Она может понадобиться нам – позже. Нет – сейчас.

– Я обязан попробовать, – сказал он Дории, делая вид, что не замечает четырех пар глаз, готовых прожечь восемь дырок в его спине. – И ты тоже обязана. – Я должен что-то сделать. Должен. – Дория, прости, что коснулся тебя…

– Оставь меня. – Голос ее был тих, лишь чуть-чуть громче шепота.

– Нет. – Гном сказал это так твердо, как мог. Возможно, если он станет держать себя так, будто с ней все в порядке, так оно и будет. Если я закрою глаза – исчезнет мир или нет? – Мне нужно, чтобы ты Зажгла этот меч. Заставь его сиять. – Словно по собственному желанию, его рука потянулась к девушке; он отдернул ладонь. – Ты – член отряда; ты одна из нас. И нам нужна твоя помощь.

– Ахира! – Карл вцепился ему в плечо, намереваясь оттащить. – Не сейчас. Мы можем пока попользоваться и фонарями. А потом она придет в себя… возможно.

– Нет! – Гном стряхнул руку. Нельзя помочь калеке, притворяясь, что не замечаешь его немощи. Это только ухудшит дело. Обращаться как с равным – да; не замечать его болезнь – ни в коем случае.

Ахира потряс головой: его мозги явно нуждались в чистке. Но разве не именно это я пытался проделать минуту назад? А почему ты думаешь, что другим было легче с одним твоим знакомым?

– Дория, – проговорил он, – я от тебя не отстану. Пока ты не выполнишь мою просьбу. – Стараясь не коснуться ее, он взял меч за клинок и просунул рукоять меж ладоней Дории. – Возьми его. И зачаруй, чтоб сиял.

Ее губы нервно, беззвучно задвигались.

– Давай.

Сперва голос ее был лишь шепотом, отдаленным шорохом, эхом дыхания. Потом он стал громче, ближе, окреп, обратился потоком звуков, что срывались с губ Дории и исчезали, едва коснувшись чужих ушей.

И меч засиял. Слабо, неярким свечением предрассветного неба. Потом – ярче. Стал голубым, как яйцо малиновки.

Меч продолжал наливаться светом, пока, сияя, словно полотнище голубого пламени, не озарил лица Дории. Тогда она выпустила его из рук. Ахира потянулся к мечу, но в паре сантиметров от рукояти придержал пальцы. Жара он не почувствовал, хотя клинок просто-таки исходил яростным синим огнем. Гном вытянул палец и коснулся металла.

И не обжегся. Металл был холодным.

Ахира улыбнулся.

– Очень красиво. Мне стоило бы пойти с Ари, посмотреть, как сиял меч, что он зачаровал для того кузнеца в Пандатавэе. – Гном поднял меч и протянул его Карлу.

В сиянии клинка стало видно, что Аристобулус улыбается.

– Ты будешь поражен. Попытайся я сделать клинок таким ярким, он сиял бы всего пару часов.

– Дория, – ласково проговорил гном, – сколько он будет светиться? Это очень красиво. – Он знал ответ, но хотел услышать от нее.

Голова ее дернулась, дрожащие пальцы сплелись.

– Вечно.

Рука Карла легла ему на плечо.

– Пора двигаться.

– Да, – прошептала Дория. – Домой.

Подняв меч повыше, чтобы всем было светло, Карл шагал за Ахирой. Плечи его горели от напряжения. Путь больше всего походил на странствия по внутренностям гигантского каменного червя: ход изгибался и извивался, уводил все ниже и ниже, но не терял округлой формы и нигде не разветвлялся.

Руки Карла болели, но он не мог опустить обе одновременно, если только на остановке. Последний раз они останавливались довольно давно. Но – насколько давно? Кто мог сказать точно?

Просто чтобы хоть что-то сделать, он чиркнул острием по потолку.

– Прекрати, – тотчас одернул его Ахира.

– Почему? Я просто…

– Прекрати. – Чем ниже они спускались, тем несноснее становился гном.

– Ахира?

Гном не оглянулся.

– Что еще?

– Скоро ли…

– Что? Дверь? Не знаю.

– Не Дверь, – подал голос Аристобулус. – Стоянка. Чтобы отдохнуть. – Говорил он отрывисто: магу было нехорошо.

Сзади донесся баритон Уолтера:

– У меня другой вопрос: скоро ли кончится вода? И что мы станем делать потом?

– Успокойся, – проговорил гном, но сам он спокоен не был. – Я уже думал об этом. – Он умолк, обходя груду мелких камней; в потолке в этом месте зияла дыра. – Мы идем вперед, пока не отыщем Дверь – либо пока не выпьем половину воды.

Карл, расцарапав в нескольких местах кожу, протиснулся между стеной и камнями и остановился на той стороне. Дождавшись, протянул руку Аристобулусу.

Маг благодарно кивнул.

Следующей шла Энди-Энди; чуть поколебавшись, она приняла его помощь.

– Спасибо.

Слова прозвучали неискренне. Какая официальность…

– Всегда к услугам госпожи.

Она отвернулась, но Карл успел заметить легкую улыбку.

Карл пожал плечами и отодвинулся, пропуская Дорию. Почему, думал он, Энди-Энди ведет себя так, что все обращается в пустую трату времени и сил? Ну, или почти все. Беда с этими женщинами: слишком они нежные.

Уолтер легко, будто танцуя, миновал тесную щель.

– Лампочка, хочешь на время выключиться?

Карл с благодарностью передал вору меч, взял его ятаган, сунул за пояс, опустил руку и принялся с наслаждением растирать плечи. Отличная пытка – заставить кого-нибудь все время держать руки поднятыми. Может, ею когда-то и пользовались.

В Колизее Пандатавэя? Нет. Слишком мягко. Люди, приковавшие Эллегона посреди выгребной ямы, смогут придумать что-нибудь похуже для того, кто их разозлит.

Но мы идем домой. Все, что нам нужно – это обойти дракона. Обойти. На цыпочках. Дракона.