Ричард Кнаак - Месть орков

— Я все очень хорошо понимаю, Ваше величество, — с лёгким поклоном ответил Десвинг.

Король начал рассказывать дракону о том, чем должен будет заниматься его будущий зять в ближайшие несколько месяцев. Взяв в руки бразды правления Олтраком, молодой Престор будет обязан присутствовать на всех встречах и приёмах, дабы укрепить в глазах людей и монархов свой союз с Кэлией. Весь мир должен понять, что этот союз — начало великого будущего Альянса.

— А когда мы отобьём у проклятых орков Хаз Модн и Грим Батл, можно будет обдумать церемониал возвращения этих земель карликам! Церемонией будешь руководить ты, мой мальчик! Ведь ты так много сделал для того, чтобы не дать Альянсу развалиться, и, в конце концов, привёл его к победе…

Теринас продолжал разглагольствовать, Престор его не слушал, он думал о своём. Какой смысл слушать старика, ведь он повторяет то, что вложил ему в голову Десвинг. Лорд Престор — герой или антигерой — будет вознаграждён и, не торопясь, шаг за шагом, начнёт уничтожать низшие расы.

Как бы то ни было, в данный момент Десвинга больше интересовала беседа двух покинувших дворец колдунов. Особенно упоминание об одном из советников Кирин Тора, о колдуне по имени Красус. Этот персонаж заинтересовал дракона. Он знал, что ктото ещё до Дрендена предпринимал попытки обойти ловушки, расставленные вокруг его замка. Одна из таких попыток разбудила Безудержный Голод — одно из самых древних и самых изощрённых заклятий, когдалибо созданных мастером колдовского искусства. Опознал и то, что ловушка не сработала.

Красус… Не этот ли колдун сумел спастись от заклятия, которое было ровесником самого Десвинга?

Надо бы побольше узнать о тебе, Красус… — подумал Десвинг, с отсутствующим видом кивая в ответ на болтовню Теринаса.

14

Красус спал, спал так крепко, как не спал даже маленьким, едва вылупившимся из яйца птенцом. Он погрузился в состояние между сном и гипнозом. Никто не мог вырваться из объятий этого вечного сна. Красус спал и сознавал, что с каждым часом соскальзывает всё ближе и ближе к бездонной пропасти забвения.

Дракону снились сны.

Первые видения были мрачными и смутными — простые образы из подсознания спящего. Но вскоре за ними последовали более чёткие и полные картины. Крылатые фигуры — это были не только драконы — в панике разлетались в стороны. Расплывчатый образ человека в чёрном кривлялся перед ним. По иссушенному солнцем холму бежал ребёнок… ребёнок вдруг превратился в извивающееся, не подвластное смерти существо — воплощение зла.

Пытаясь даже во сне разгадать значение всех этих образов, колдун беспокойно пошевелился и в результате ещё глубже погрузился в королевство абсолютной тьмы, где было уютно и спокойно.

И вот в этом королевстве к отчаявшемуся колдунудракону обратился мягкий и в то же время властный голос:

Ты готов пожертвовать всем ради неё, не так ли, Кораэлстраз?

Красус лежал на скамье в своём жилище, губы его зашевелились в ответ:

Я готов отдать свою жизнь, если это понадобится для её освобождения…

Бедный, верный Кораэлстраз…

В темноте возник чейто силуэт. Силуэт колебался в такт с дыханием спящего колдуна. Во сне Красус попытался дотянуться до видения, но в последнюю секунду оно ускользнуло от его руки.

Красус грезил, что это Алекстраза.

Ты всё быстрее и быстрее приближаешься к своему последнему сну, смельчак. Может, хочешь о чём нибудь попросить, пока все для тебя ещё не закончилось?

Губы Красуса снова зашевелились:

Прошу только об одном — помоги ей.

И ничего не попросишь для себя? Твою исчезающую жизнь, быть может? Тот, у кого хватило отваги выпить смертельную дозу, заслуживает полного кубка вина лучшего урожая…

Темнота засасывала Красуса. В ней было тяжело дышать, тяжело думать. Желание просто повернуться на бок и укрыться с головой мягким одеялом забвения становилось всё сильнее.

И всё же колдун заставил себя ответить:

Помоги ей. Это всё, о чём я прошу.

Тут его стало вытягивать из темноты вверх, в разноцветное, полное ярких огней место. В этом месте снова можно было дышать, можно было думать.

Видения и образы окружили колдуна, но это были призраки из чужих снов. Он различал желания и стремления людей, карликов, эльфов, даже орков и гоблинов. Он мучился их кошмарами и смаковал их наслаждения. Видений были тысячи и тысячи. Они проплывали мимо и тут же исчезали из памяти колдуна, он не мог вспомнить их, как не мог вспомнить собственные сны.

В центре этих сменяющих друг друга видений возник новый образ. В то время как все вокруг Красуса двигалось, словно в тумане, этот образ чётко выделялся на общем фоне и все больше увеличивался в размерах, возвышаясь над маленькой фигуркой колдуна.

Грациозная фигура дракона, наполовину существующая в реальности, наполовину в воображаемом мире, расправила крылья, словно толькотолько очнулась ото сна. Туловище исполина было блеклозелёного, как листва в лесу перед наступлением ночи, цвета. Красус посмотрел вверх, желая увидеть глаза дракона, но увидел, что они закрыты. Однако колдун не обманывался, он знал — Властительница Сновидений прекрасно ощущает его присутствие и состояние.

Я не требую от тебя подобных жертв, Кораэлстраз, ведь твои сны и фантазии всегда были самыми увлекательными… — Уголки пасти дракона слегка приподнялись… — Ты мой самый любопытный мечтатель…

Красус попытался нащупать хоть какуюто опору, но земля под ним оказалась какойто жидкой. Его принуждали плыть, и изза этого он чувствовал себя глупо.

Благодарю тебя, Йесира…

Всегда вежлив, всегда дипломатичен. Даже с моими консортами, которые не единожды отказывали тебе от моего имени…

Они не до конца понимали ситуацию, — возразил Красус.

Ты хочешь сказать — я не до конца понимала ситуацию.

Йесира отплыла назад, её шея и крылья подёрнулись рябью, словно отражались в потревоженной глади воды. И хоть веки её оставались закрытыми, сверхъестественное зрение Королевы Грёз было сфокусировано на колдуне, вторгшемся в её владения.

Не такто просто освободить твою возлюбленную Алекстразу. Даже я не могу назвать цену, которую придётся заплатить за это. Не проще ли оставить всё как есть, не тревожить этот мир? Если Дарующая Жизнь не на свободе, не с её ли согласия это происходит?

Безразличие Властительницы Сновидений взбесило колдунадракона.