Ричард Байерс - Нежить

По крайней мере, до недавнего времени. Но затем под покровом ночи на них обрушилась орда завывающих кровавых орков и желтоглазых ужасающих воинов. Тамасу и его союзникам все же удалось отбить их атаку, но при этом они потеряли половину отряда, а часть раненых едва ли дотянет до наступления рассвета.

Этого не должно было произойти. Как и всегда, они замели следы и нашли хорошее укрытие. Даже умелому следопыту…

Тамас скорее почувствовал, чем услышал, что за спиной у него кто–то есть, и повернул голову. К нему с парой солдат приблизился Готхог Диэрнина. Готхог был наполовину рашеми, наполовину орком, о чем свидетельствовали его заостренные уши и выпиравшие клыки на нижней челюсти. По мнению Тамаса, подобным существам было не место в рядах командиров, но война уносила жизни многих офицеров–мулан, что позволяло представителям низших слоев населения продвигаться по карьерной лестнице. Со временем он к Готхогу привык.

Но, разумеется, ему не могло прийтись по душе, что эта деревенщина помешала ему сосредоточиться.

— В чем дело? — спросил он.

— Я хочу знать, — произнес Готхог, — почему ты не предупредил меня о приближении врагов.

— Потому что я не прорицатель, — ответил Тамас. — А почему их проворонили твои разведчики и часовые?

— Верно, — произнес полуорк. — Ты заклинатель. Но это не принесло нам особой пользы, не так ли? Поначалу ты вообще ничего не делал. А затем, когда наконец вызвал громадную трехголовую змею, она набросилась на наших собственных людей.

— Но сперва она уничтожила нескольких врагов, и, как только я потерял над ней контроль, то сразу же отослал её обратно в Бездну. Я уже объяснял тебе. Мистические силы Вселенной сейчас нестабильны, и, пока это не изменится, результат волшбы может оказаться непредсказуемым.

Готхог хмыкнул.

— Может, и так. А, может, ты просто не хотел принимать участие в сражении.

— Ты что, дурак? Почему бы это, ведь северяне стремились и меня прикончить?

— Неужели?

Учитывая, что над ним нависали полуорк и двое легионеров, сидящий на земле Тамас внезапно почувствовал себя неуютно. Он поднялся на ноги.

— Ты на что намекаешь?

— Возможно, враги отыскали нас, потому что кто–то подал им знак. Возможно, это был ты.

— Что за чушь! Откуда ты взял этот бред?

— Магу было бы несложно передать сообщение неприятелю. Ваши заклинания позволяют вам общаться на расстоянии. Тебе лишь останется ненадолго ускользнуть из лагеря, и вот ты снова сидишь между деревьями в одиночестве.

— Разве похоже, что я занимался чем–то предосудительным? Я же просто сидел!

— Я не очень–то рад тому, что происходит, — Готхог обхватил ладонью обернутый кожей эфес своей сабли, и лезвие с шорохом вышло из ножен. Остальные солдаты также обнажили палаши. — Ты никогда не делал тайны из того, что считаешь меня грязью, но в то же время, если бы не ты, не видать мне капитанского чина и богатства. Хотел бы я, чтобы ты и дальше продолжал нас поддерживать. Предводителю Орд известно, нам и правда не помешает помощь волшебника, чтобы выбраться из Гауроса живыми. Но я больше не могу тебе доверять, — полуорк и его товарищи сделали шаг вперед и разделились.

От шока и ярости Тамас застыл на месте, теряя драгоценные мгновения. Затем он поспешно отступил.

— Бред! Я не предатель и, кроме того, я — Красный Волшебник! Ничтожества, вы не посмеете меня тронуть!

— О, я думаю, что только что получил все необходимые полномочия, — произнес Готхог. — Но, даже если ты прав, зачем выяснять, так ли это? Я просто скажу, что ты пал в боях с войсками Азир Крен, и никто никогда не узнает правды.

Это ты умрешь, подумал Тамас. Тебе следовало сразить меня прежде, чем я осознал, что мне угрожает опасность.

Он уже давно был готов к подобному повороту судьбы. Стоит только произнести одно имя, и перед ним возникнет алкилит. Этот бесформенный демон с телом, состоявшим из струящейся грязи, будет подчиняться ему в течение тринадцати ударов сердца.

— Шлиши! — выкрикнул Тамас. В воздухе разлилась магия, и он почувствовал, как верхняя часть его посоха от заструившейся в нем силы стала тяжелее, чем нижняя. И тут его оружие взорвалось. Осколки вонзились в щеки и лоб волшебника, и он вздрогнул от боли.

Больше не произошло ничего.

Повернувшись, Тамас бросился наутек и врезался в створ сосны, которая, как оказалось, росла прямо позади него. Он отшатнулся, и в спину ему вонзилось лезвие.

Медленно прогуливаясь, Маларк осматривал находившиеся на крыше птичьи клетки. С одной стороны, это была напрасная трата времени. Он знал, что клетки окажутся чистыми, а емкости для еды и воды — полными. Но сутулому беловолосому рашеми, который заботился о воронах, нравилось, когда его прилежание замечали и хвалили.

— На вид все в порядке, — произнес Маларк. Он подбросил серебряную монету, и престарелый слуга ловко её поймал. — Иди позавтракай, а потом побалуй себя бутылочкой вина.

Заулыбавшись, рашеми поклонился и отступил. Тихонько напевая, Маларк достал первый из футляров со свитками, принесенных им на крышу, и коснулся его эбонитовым жезлом. Он подумал, что одна из положительных сторон магии заключалась в том, что зачастую даже не владеющему ею человеку было под силу использовать зачарованные инструменты.

Кожаный чехол уменьшился в размерах. Открыв клетку, Маларк взял ворона, посадил его на насест и угостил его кусочком сырого мяса. Затем он привязал к его ноге миниатюрный футляр со свитками. Привыкшая к этой процедуре птица переносила её безропотно. Она лишь склонила голову и смерила хозяина взглядом черных глаз–бусинок.

Маларк был уверен, что на крыше, кроме него, никого не было. И все равно он сначала огляделся вокруг, и только потом прошептал:

— Найди Сзасса Тэма.

Ворон расправил крылья, взмыл в воздух и, миновав шпили и зубчатые стены Центральной Цитадели, пролетел над располагавшимися за её пределами многочисленными домами и храмами.

Уменьшив ещё один футляр, Маларк отправил другого ворона к Кетину Хуру. На лестнице послышался шум шагов, и на крышу поднялся Аот. Сияние его окруженных свежими татуировками голубых глаз было заметно и сейчас, хотя и не так сильно, как в полумраке.

— Доброе утро, — окликнул его Маларк. — Хорошо выглядишь.

Аот улыбнулся.

— Намного лучше, чем было бы, если бы не ты.

— Ты уже благодарил меня, — отмахнулся шпион. — Нет нужды возвращаться к этой теме.

— Как скажешь.

— Ты поднялся сюда, чтобы полюбоваться восходом солнца над храмом Ловиатар? Тогда тебя ждет разочарование. День опять выдался пасмурный.