Лорри - Всё не просто

— В нашем клане этими лодками не пользуются. Так что мне и не надо про них знать. У меня своих проблем достаточно.

— Да, да, конечно! — Ухмылка Шасина вызывала сильное желание дать ему по носу. — Интересно, чем ты так занят в своей степи, что тебе некогда узнать элементарные сведения о собственной расе. Какой-то ты странный орк.

— Какой есть, тебе-то что? Вы теперь вообще неизвестно кто!

Тут в наш разговор вмешалась и сестрица. Сначала она просто внимательно нас слушала, а теперь решила высказать своё мнение.

— Что значит неизвестно кто? — Шасана даже пересела ко мне ближе, чтобы не пропустить подробности. — От того что мы путешествуем с вами мы орками не стали.

Я, признаться, был удивлён их неосведомлённости. Неужели храмовник не сказал детям о кардинальной перемене в их судьбе. Времени было более чем достаточно, но он предпочёл держать детей в неведении.

— Разве отец не сказал, что вы теперь постоянно будете жить на землях кланов? Вы никогда не вернётесь в Чедан.

Брат с сестрой смотрели на меня в одинаковом изумлении. Всё ясно, Шас промолчал, а я теперь отдувайся за него. Может это секрет, а я разболтался. Ведь мне тоже никто ничего не говорил, а всё что я знаю — это результат удачного подслушивания и подсматривания.

— Ну, может быть, я что-то не так понял. Так что вы лучше спросите у своего отца.

Попытка увильнуть от ответа не прошла. Сестрице ещё можно было бы заговорить зубы, а вот с братишкой этот номер не пройдёт. Мальчишка вцепился в меня с такой хваткой, какой позавидовала бы любая сторожевая собака.

— Откуда ты это знаешь? Ты что-то слышал? Нечего теперь отпираться, ты уже проговорился.

— Почему я должен вам что-то рассказывать. Мы с вами не друзья.

Дети переглянулись между собой и решили пустить в ход самые тяжёлые аргументы для переговоров. Шасана сначала смотрела на меня жалостливым взглядом, а потом, убедившись в моём решении молчать, схватила меня за руку и стала горько рыдать.

— Ну, Мааалыш! Ну, миленький! Скажииии…

Нет, это же невозможно терпеть! Это же шантаж чистой воды! Что за семейка — достанет кого угодно. Я попытался освободить руку, но противная плакса вцепилась в неё, как клещ. Дочь храмовника так увлеклась процессом выбивания из меня нужных ей сведений, что стала подвывать в такт моим дёрганьям рукой. Мальчишка же сидел рядом и ждал момента слабости с моей стороны, что бы сразу задать нужные им вопросы. Вот поганцы! С такими талантами им нашлось бы тёплое местечко в Тайной страже какой-нибудь страны.

— Всё, прекрати свой вой. Я расскажу вам многое, но у меня есть условие.

— Мы на всё согласны, только скажиии…

— Подожди, Шасана. Раз начался серьёзный разговор, то надо сначала внимательно изучить условия. А потом соглашаться. Прекращай концерт, умойся и садись рядом.

Деловой тон Шасина и то, что сестра подчинилась беспрекословно, лишний раз подтвердили моё мнение о том — кто главный в этом дуэте. Быстро протерев раскрасневшееся лицо мокрым платком, Шасана села рядом с нами и приготовилась слушать.

— Как вы знаете, ваш отец ещё совсем недавно возглавлял отряд храмовников Эль. Но последнее своё задание он не смог выполнить и, к тому же, лишился своих людей. За это эльфы заочно приговорили его к смерти, даже не дав оправдаться. Заодно решили избавиться и от его семьи, что бы потом некому было мстить. Так что все вы смертники и в людских государствах вам не выжить. Шас это понял и попросил защиты у орков. Оррин ему обещал, но в случае, если храмовник будет участвовать в обряде моей инициации. Поэтому орки тащат вас на земли кланов. После обряда вы трое переберётесь на острова — там вас эльфам не достать.

Дети храмовника слушали очень внимательно, стараясь понять, чем им грозят все эти перемены. Шасин первый оценил сведения в достаточной мере, что бы задавать вопросы.

— Подожди, тут кое-что не сходится. С чего это вдруг эльфы решили убить отца, ведь он верно служил храму Эль не одну сотню лет. Зачем разбрасываться верными людьми?

— Вот именно, людьми. Мы в глазах эльфов никто, грязь у них под ногами. Малейший проступок — и ты будешь умирать долго и мучительно. Можешь мне поверить, я видел последствия их наказаний собственными глазами.

— Про эльфов ты, может быть, и сказал правду. Но мне совершенно не понятна твоя роль во всей этой истории. — Взгляд на меня мальчишки стал пристальным и цепким. — Думаешь, я не заметил, как трясутся над тобой орки. И не надо мне петь песни об их любви к детям, к нам у них совсем другое отношение. Ты кто такой? Почему они идут на смерть, лишь бы дать тебе возможность попасть на клановые земли?

Я внимательно посмотрел на брата с сестрой — пришла пора принимать решение. Если я сейчас промолчу, то после проведения обряда они с отцом уедут на острова, и существует минимум шанса, что мы увидимся когда-либо. Если я сейчас расскажу свою тайну, то мне надо обезопасить себя и орков от возможности утечки информации. Мальчишка достаточно умён — он понимает все печальные последствия болтливости, а его сестрица — нет. Только магическая клятва может удержать её язык за зубами.

Мне, как принцу, были хорошо известны все плюсы и минусы магических клятв. С одной стороны вассалитет ставит людей в полную зависимость от моей воли, их жизни и верность полностью принадлежат мне. С другой — я беру пожизненные обязательства заботиться о вассалах, обеспечивать безопасность и благополучие их и возможных будущих семей. При таких условиях поневоле сядешь и задумаешься — надо ли тебе это. Но я постепенно стал склоняться к мысли, что пора формировать свой собственный круг приближённых, так почему бы не начать его именно с детей Шаса. Меня вполне устраивали их характеры и проявленные способности (если они не применяются против моей персоны), особенно привлекал Шасин, со своим аналитическим умом. Так как Оррин ясно дал понять, что кланы не дадут мне пропасть в безвестности и обязательно озадачат серьёзными проблемами и их решением, то и моё окружение будет в гуще событий. Для этих детей ещё существует право выбора — пойти со мной по очень беспокойному пути или прожить на островах простую человеческую жизнь.

— Не всё так просто как вам кажется. Вы действительно хотите знать то, от чего так старательно ограждает ваш отец. Потому что потом обратной дороги не будет.

— Почему? О чём вообще речь? — Шасана явно не понимала всей серьёзности происходящего.

— Он хочет сказать, что мы узнаем всё только после принесения клятвы. — Говоря это, Шасин не отводил от меня напряженного взгляда. — Стоят ли твои секреты такой цены?