Антон Белозеров - Ступени пирамиды

При этих словах знакомый холодок пробежал по позвоночнику Триса. Опять предчувствие! Он читал когда-то в архивах Императорского дворца легенды о древнем оружии Магов-Императоров – Лучевом Мече. Считалось, что его вручил людям некий могущественный Бог как-бы на сохранение, пока не вернется за ним сам или не пришлет кого нибудь. На прощание он сказал: «Вы тут с ним поиграйте, только, смотрите, никого не убейте!» Однако люди стали убивать друг друга божественным оружием, чем и навлекли на себя вечное проклятие. Тогда Трис не придал значения этой легенде: изучая мифы и предания на Земле, он знал не менее сотни вариаций на подобную тему. Почему же сейчас песня заставляет его дрожать от напряжения?

Трис поймал внимательный взгляд Лораны и понял, что на его лице отразились следы внутреннего беспокойства.

– Вы бледны, словно увидели тварь из Межпространства. – Тихо шепнула ему девушка. В ее голосе больше не было слышно привычной насмешки; только искренняя забота и участие почувствовал Трис.

– Может быть, Вам лучше выйти на воздух? – Рука Лораны коснулась руки Триса. – Вы плохо себя чувствуете?

– Благодарю Вас, принцесса, но я должен дослушать эту песню до конца. – Прошептал Трис в ответ и добавил, – чего бы мне это не стоило.

Тем временем звуки лиры и человеческого голоса заставляли звенеть воздух и стены пиршественного зала:

Я вас не боюсь,ужасные монстры,и только смеюсь —меч очень острый,легко отделяет тела от голов.Уж пол устилают трупы врагов.Вот снова в окно лезет чья-то рука,а в мыслях одно —как заря далека.Но я продержусь за трупов оградой,победы добьюсь и с ней награды.Направо ударить,отбить нападенье,врага обезглавить,удержась от паденья,повернуться к окну,атаку отбить —все слилось в одну непрерывную нитьНельзя рассказать о битве той ночью.Лишь можно понять,увидев воочью…Когда я истратил остатки сил,колокол пробил,рассвет наступилЯ вылез в оконце,вокруг посмотрел:всходило солнце,луг зеленел.Лес просыпался утром ясным.Я любовался видом прекрасным.Вдруг мир потемнел,боль сверлит голову.Я совсем ослабел и упал на траву.Принять меня рада земная твердь.Я понял: награда за жизнь – это смерть.

Не только Трис, но и все сидящие за столами люди одновременно вздохнули с каким-то непонятным облегчением. Непривычный человеческому слуху ритм на какое-то время очаровал их и теперь шумными аплодисментами они разгоняли таинственную атмосферу.

– Прекрасная песнь, Лорритол! – Воскликнул Маг-Император. – Ты воистину велик. Твой голос и твоя лира действуют на самые тонкие струны человеческих душ. Даже винные пары из моей головы совершенно улетучились. И я поднимаю эту чашу за тебя! За твой непревзойденный талант!

Пирующие также осушили свои чаши, и веселый пир возобновился с новой силой. Только Трис все еще продолжал нервно сжимать кулаки. Принцесса внимательно смотрела на него, словно боясь, что он вот-вот потеряет сознание.

– На Вас такое сильное впечатление произвела эта песня? – Заботливо спросила она.

– Спасибо за поддержку, Ваше Высочество. – Попытался улыбнуться Трис, но его губы скривились в какую-то нечеловеческую гримасу. – Я не могу понять, что со мной происходит. Никогда раньше музыка и слова песен не действовали на меня подобным образом. Мне показалось, что это какое-то древнее заклинание, которое неосознанно передается от певца к певцу на протяжении тысячелетий, чтобы когда-нибудь достигнуть своего адресата.

– И этот адресат – Вы? – Янтарные глаза Лораны зажглись интересом.

– Не знаю. – Честно ответил Трис. – Но Вы правы, я, пожалуй выйду на свежий воздух. Мне кажется, что в зале все еще бродят колебания и отголоски песни.

– Я провожу Вас. – Неожиданно предложила девушка.

– С одним условием, Ваше Высочество. – Трис почти обрел контроль над собой и его улыбка вышла довольно сносной.

– С каким еще условием? – Принцесса была готова вновь начать прерванные боевые действия.

– Мы заключаем мир и переходим на «ты». – Обезоруживающе улыбнулся Трис, и его голубые глаза приветливо замерцали.

– Согласна! – Не задумываясь согласилась принцесса, словно давно ждала этого предложения. – Отныне, как принцесса Этла-Тиды, повелеваю звать меня Лораной.

– Со своей стороны, я, как твой верный подданный, прошу называть меня Трисом.

– Тогда давай потихоньку пойдем отсюда Трис. У меня есть любимое место во дворце – небольшой дворик под открытым небом. Там никакой певец тебя не побеспокоит.

Пир достиг своего апогея. Шум, гомон, мелькание разноцветных нарядов дворян, бегающие взад-вперед слуги с новыми кушаниями – все способствовало тому, чтобы молодые люди не привлекая ничьего внимания покинули пиршественный зал. Их уход был виден только сидящим рядом людям, и когда они вышли за двери, Тзот-Локи с Крон-то-Рионом обменялись удовлетворенными взглядами. А Ремин, сидящий неподалеку, проводил их полными печали и тоски глазами…

В маленьком дворике царили спокойствие и умиротворение. После многолюдного пиршественного зала Триса обволокла приятная тишина, успокаивающая и расслабляющая. В сумерках казалось, что он и Лорана каким-то чудом перенеслись на поляну в далеком глухом лесу: стены дворца, окружающие дворик, густо покрывали вьющиеся растения; цветы в клумбах распространяли вокруг тонкие пьянящие запахи; две пальмы, словно зонтики, закрывали дворик сверху, но между их широкими листьями на безоблачном небе видны были первые звезды.

Не говоря друг другу ни слова, молодые люди подошли к стоящей под пальмами деревянной скамейке, подлокотники и спинка которой были покрыты затейливым резным орнаментом. Они сели на нее в пол-оборота, повернувшись друг к другу.

– Мне, действительно, очень жаль, что все это время я дулась на тебя, словно маленькая капризная девчонка. – Заговорила первой Лорана.

– Я сам виноват. – Покаянно покачал головой Трис. – Мои слова зачастую опережают мысли. Я говорю что-то не то, делаю что-то не так…

– Никогда бы не подумала! Услышать такое признание от великого героя страны, надежды государства…

– Вы опять за свое, Ваше Высочество?

– Извини, Трис, это было слишком глупо, по-детски глупо. Последнее время все только и говорят о тебе. Даже Ремин любой наш разговор так или иначе переводит на восхваление твоих талантов.

– А мне Ремин не рассказывал о беседах с тобой.

– Не рассказывал? – Смутилась девушка. – Странно, я думала, что вы – близкие друзья…

– Да, друзья. – Уверенно произнес Трис. – Но в последнее время у нас совершенно нет времени на личные разговоры. У меня – свои дела, у Ремина – свои. Мы и видимся теперь только на Советах во дворце. Ремин – очень хороший человек, я рад, что ты с ним сразу нашла общий язык. Не то, что со мной…