Елена Никитина - Игры Чёрта

— На все. Но при чем тут Демьян?

— Ты сможешь отказаться от него?

— Нет. Демьян знает это.

Как только слова сорвались с губ, пришло осознание, что он может этого не знать. Мы заключили соглашение. Временное. И если для меня произошедшее в Нави значило очень многое, вовсе не значит, что и Демьян согласен продлить контракт. Разве есть абсолютная уверенность в том, что он не захочет меня отпускать?

Берегиня словно прочитав мои мысли, заявила:

— А еще он знает, что как только Время Нави истечет, ты исчезнешь из его жизни!

Сердце подпрыгнуло и затихло. Кровь зашумела в ушах. Потерять Демьяна, не успев найти?

— Можно подумать, что ты знаешь, как это предотвратить, — с горечью выдавила я.

— Да, знаю! Когда Судьбы Исказятся, Макошь будет переписывать Судьбы. И после того, что выкинул ее сын, ты имеешь право обратиться к ней.

Я смогу попросить ее вписать в историю моей жизни Демьяна.

— Не думаю, что его мать обрадуется этому.

— Не обрадуется, но ничего с этим сделать не сможет. Главный виновник — ее сын.

Ручка двери щелкнула и повернулась.

— Секунду! — выкрикнула я, прижимая рукой дверь. Не хватало еще, чтобы русалку кто-то увидел. — Мне нужно подумать, — тихо ответила я Берегине, перехватив ее вопрошающий взгляд.

— Времени не так много. Просто помни — тебе не обязательно выбирать. Сделай так, чтобы никто не погиб. И это тоже может стать дорогой твоей жизни.

Дверь снова дернулась.

Грань между Навью и Явью натянулась и треснула, лицо Берегини тускнело и вскоре исчезло совсем. Отпустив дверь, я проигнорировала возмущенный взгляд расфуфыренной первокурсницы и вышла из уборной.

Глава семнадцатая

Евдокия Николаевна светилась от счастья. Я поначалу беспокоилась — как она сможет перенести поездку. Еще совсем недавно она боялась людей, особенно незнакомых. И в поезде ей вновь придется столкнуться с прежними страхами. Мы прибыли на Курский вокзал за полчаса до отправки. Моросил мелкий нудный дождь, и я пожалела, что не додумалась проверить старую русскую примету: «Взял зонтик, значит дождя не будет». Когда тяжелые чемоданы заняли свое место в багажных ящиках, я поцеловала старушку и искренне пожелала ей счастья, не забыв напомнить о ежедневных приемах лекарств, и настоятельно рекомендовала не расстраиваться по пустякам.

Старушка забавно захихикала, как первоклашка в свой первый день знаний, и заверила, что позвонит при малейших признаках возобновления заболевания.

Спустя несколько минут, я уже стояла на улице. Дождь быстро промочил блузку и волосы, и мне бы скорее спрятаться от назойливых капель, но я стояла, не двигаясь, и смотрела, как за оконным стеклом, в сухом и теплом купе, сидящий в клетке попугай попутчика Евдокии Николаевны задорно покачивает головой, перебирая лапками по жердочке.

После второй встречи с Чертом я чувствовала себя вот таким попугаем, повторяющим одни и те же заученные фразы. Это действовало на нервы, было неприятно. Теперь я ощущала себя вещью. Неодушевленным предметом, и он должен лежать именно на том месте, куда его положили. Поганое чувство. Очень поганое.

И от этих мыслей к сожалению, безнадежности и страху, добавилось еще одно чувство — гнев. Слепая злость на всех этих богов и богинь, которые как умелые дирижеры руководят хором, состоящим из послушных попугаев, поглощала меня.

Гудок отъезжающего поезда, и Евдокия Николаевна отправилась к своей мечте. Я посмотрела на часы: тринадцать-пятьдесят. До приезда маршрутки, которая повезет меня навстречу изощренной пытке, осталось чуть больше часа.

В немом отчаянии, я смотрела на пустую стоянку, понимая, что опоздала — автобус уже уехал, а потом, сломя голову понеслась к остановке, молясь, чтобы мне хватило сил выдержать этот день. Я помнила предостережение Берегини и постоянно мысленно твердила: «Я должна успеть! Должна попытаться спасти обоих!»

Заставляя себя думать предельно оптимистично, постоянно подбадривая себя, я остановилась у лестницы, ведущей вниз к остановке, чтобы перевести дух. После всего пережитого я чувствовала себя вполне сносно. Ноги не подгибались, желудок не бунтовал, да и пятиминутная пробежка от универа до остановки, позволила мне прийти в себя. Голова, конечно, не была такой ясной как обычно, но просветов в ней уже гораздо больше, чем час назад.

Если Стас погибнет… Я оборвала мысль, не позволяя воображению дорисовать страшные перспективы.

— Он не умрет! — прошипела я, пнув ногой валявшуюся под ногами банку из-под колы, и сбежала по ступенькам.

Остановка оказалась пуста. Еще меньше часа назад тишину разрывали нервные выкрики водителей, застрявших в пробках, и надрывные сигналы машин. А сейчас дорога пуста! Обычно маршрутки, обклеенные яркими рекламными плакатами, одна за другой подъезжали к остановке, то и дело мелькая перед глазами. Можно было бы добраться автостопом, но мимо меня за эти пять минут не проехал даже велосипедист! Внезапно меня осенило — это уловка Черта! Пустая остановка. Пустая дорога. Ни машин. Ни времени. Да еще, для полноты ощущений, я не имела ни малейшего представления, что буду делать дальше.

Я выскочила на проезжую часть, сгорая от нетерпения, когда на соседней полосе увидела темно-синюю наглухо тонированную «Мазду». Машина резко затормозила, оконное стекло со стороны водителя медленно поехало вниз. В окошко выглянула Алевтина.

— Так-так, — черные брови Али приподнялись, темно-бордовые губы изогнулись в подобии улыбки, — бьюсь об заклад, передо мной затылок Лины, которая обожает шлындать по проезжей части, как модель по подиуму!

— Ты подвезешь меня?

— Тебе куда?

— База «Лесная Сказка».

Аля кивнула. Я перелезла через низкий забор, разделяющий две полосы дороги, открыла дверь и нырнула в салон машины.

Аля уставилась на меня. Ее взгляд, напряженный и проницательный, меня очень смутил.

— Если у тебя нет времени…

— Не в этом дело, — мрачно отозвалась она, и когда я уже пришла к выводу, что Аля передумала и не собирается меня подвозить, машина плавно тронулась с места.

Беспорядочным потоком понеслись мысли. Нужно обмануть смерть. Никто не должен умереть. Что предпринять? Как изменить ситуацию? Может, спровоцировать митинг? На это уже нет времени. Вызвать скорую, пожарных и милицию? Нужно испробовать все.

Милицию. Но нужно придумать что-то очень убедительное. Чтобы уже через несколько минут на базу приехала помощь. Я порылась в сумочке, достала телефон. Блин! Аккумулятор разряжен!