Элизабет Норрис - Неуязвимый (ЛП)

Эрик Брандт был убит. Потому что он раскрыл это.

И тогда он прикрепляет файлы.

Пока мы ждем, он говорит в связь, - Мы уже загружаем. Прервитесь и выходите из здания.

Я дышу немного легче, зная, что Бен и Сесиль могут следовать за толпой эвакуированных из здания из-за пожарной сигнализации людей .

Из коридора я слышу звон лифта.

00:17:42:57

– Все будет хорошо - говорит Барклай, оборачивая веревку вокруг одной руки и одной ноги.

Через этаж я слышу крики и приказы какой-то рабочей группы, идущей за нами. Они расходятся, наступают на нас, так что нет никакого пути назад к лестнице.

Я смотрю на Барклая и переливающееся небо, проглядывающее сквозь окно. Ветер колышет мои волосы и путешествия озноб движется вниз по моему позвоночнику.

– Теннер, - говорит Барклай, его голос спокоен. - Мы должны идти.

Я знаю, что мы делаем, но это будто все в моем теле отказывается двигаться вперед. Вылезти в окно высоко от земли - реальной земли - просто неестественно.

Но я беру протянутую руку Барклая, и он тянет меня несколько футов к себе. За ним я обертываю руки вокруг его груди. Я держусь за него, он держится за веревку, а веревка присоединена к столу, который прикреплен к полу.

Я говорю себе, что Барклая знает, что он делает, что он делал что-то подобное раньше.

– Это закончится прежде чем ты поймешь это, - говорит он.

И мы спускаемся по стене здания.

00:17:42:02

Воздух холодный, и он горит, пролетая мимо моего лица.

Но еще хуже ощущение тяжести. Ощущение прыжка длится только долю секунды, а затем я чувствую, что сила тяжести вступает во владение и начинает тянуть нас вниз. Мое сердце подскакивает в груди из-за отсутствия контроля, а ноги сводит судорогой от страха.

В моих ушах шум, что-то жалит мое плечо, и я смотрю вниз вовремя, чтобы увидеть белую платформу, которая несется навстречу нам. Я открываю рот, чтобы выпустить крик, но у меня нет времени.

Барклай делает что-то с веревкой, и мы кренимся, не до полной остановки, но достаточно медленно, чтобы звуки окружающего мира - людей, движения, общего шума - вернулись в мои уши, и я снова могу дышать.

Мы примерно в пяти футах над платформой, когда Барклай говорит: - Тебе придется прыгать.

Вместо этого я отпускаю его и просто падаю на землю. Я держу ноги свободно, так что, когда я ударяюсь о бетонную платформу, ноги жжет от контакта, но колени сгибаются, и в итоге я сижу на корточках, держась руками за землю.

Я не жду Барклая, хотя знаю, что он прямо позади меня. Я просто начинаю бежать. Мы должны уйти от штаба АИ - настолько далеко, насколько разрешит город.

Я думаю о карте, которую Барклай рисовал мне прошлой ночью, и направляюсь в запланированную сторону, по существу, в противоположный конец города.

Мы скользим вдоль здания на виду у камер, так что АИ будет знать, куда мы направляемся, но, по крайней мере, это поможет Бену и Сесиль выскользнуть незамеченными.

Я протискиваюсь мимо людей на платформе, не обращая внимания на вздохи или как они спотыкаются после того, как я толкаю их плечи. У меня нет времени, чтобы сделать слишком много уклонений или покачиваний. Я двигаюсь быстро, и они должны уйти с моей дороги.

Когда я ударяю плечо девушки примерно моего возраста, она ругается и кричит мне вслед. Я оглядываюсь назад по привычке и понимаю, что она с группой друзей, все одетые в соответствующие белые рубашки-поло и клетчатые юбки - наверняка школьная форма. Один из них показывает мне средний палец и остальные начинают смеяться.

Я не им еще секунду - я должна продолжать бежать - но что-то сжимается в моей груди. Я должна быть с друзьями, смеяться и вести себя глупо, а не бегать от копов.

Барклай догоняет меня, прижимая ладонь к моей спине. Мы попадаем на перекресток на платформах. Направо приведет нас обратно туда, откуда мы пришли, и перед нами какой-то высококлассный торговый центр.

Я иду налево, потому что это уведет в сторону. Сигнал из штаба АИ по-прежнему ревет на заднем плане.

– Дерьмо! - Барклай ругается.

– Что это? Это Бен и Сесиль? - спрашиваю я. Просто вопрос искушает меня развернуться и отправиться обратно.

– Продолжай бежать, - говорит Барклай.

Мы поворачиваем налево и бежим через людей на платформе. Барклай находится передо мной сейчас, и я держу свои глаза на его спине и заставляю себя не отставать.

Я знаю, что АИ пошлет группы людей следовать за нами - они должны - но они не будут стрелять в нас, потому что мы находимся в окружении мирных жителей, а все остальное, все детали, которые мы пробегаем, как в тумане. Мои ноги стучат от по асфальту, мои легкие втягивают в себя воздух, то, как мое тело вибрирует и горит от слишком больших усилий, и Барклай снова передо мной - очевидно. Остальное мое внимание сосредоточено на поисках угрозы и готовности избежать ее.

00:17:34:18

Я не уверена, сколько времени уже прошло на самом деле, когда мы попадаем на основную станцию монорельсовой дороги, которая приведет нас на поезде за город и в безопасность. Такое чувство, что мы бежали в течение многих часов, и мои ноги болят от усталости.

Но я не замедляюсь или остановливаюсь.

Я знаю, что как только я сделаю это, то упаду в обморок.

Станция, полностью сделанная из стекла, маячит перед нами, отражая яркое солнце. Бег вверх по лестнице заставляет боль пронзать мои коленные сухожилия, и я чувствую, что мои ноги не смогут продолжать удерживать меня.

Барклай оборачивается и призывает меня поторопиться.

План состоит в том, чтобы сесть в поезд. Если мы были достаточно быстры, рассчитали правильно так, чтобы двери поезда были открыты, мы успеем, прежде чем они закроются. Но любой следующий за нами нет.

Только Барклай останавливается передо мной.

Я упираюсь ему в спину.

Поезда нет.

Я так нуждаюсь в дыхании, чтобы спросить, что мы собираемся сделать, но мне не нужно. Барклай хватает мои руки и тянет к краю платформы.

Позади нас я слышу крики пешеходов и знаю, что АИ близко по нашему следу.

– Бен и Сесиль? - спрашиваю я, потому что не могу помочь этому.

Он качает головой, и в течение секунды я не могу дышать. Мои руки трясутся, и я чувствую себя неустойчивой от паники, разрастающейся в моей груди.

– Что случилось?

– У нас сейчас нет времени для этого, - говорит он.

– Барклай! - нет никакого способа, что я смогу делать что-либо, не зная, что происходит.

– Они были пойманы в коридоре. Они столкнулись с заместителем директора, и он узнал Бена. Они находятся в его офисе, рассказывая ему все прямо сейчас.

Я чувствую, что что-то во мне расслабляется. Они были пойманы, но они живы. У них есть доказательство при себе, а Барклай отправил письма. Я помню лица двух маленьких белокурых детей на столе Страза 2.0. Он мог бы быть лучше одет, чем мой Страз, но он выслушает Бена и Сесиль.