Николай Якубенко - Время перемен

— А вам что, только одну лопату дали?

— Ну да, а вам больше?

— Черт его знает, я не интересовался. Говорил копать, и солдаты копали. Но, по идее, лопат должно быть больше одной. Как иначе?

— Виталик, будь человеком — дай лопату, позарез нужно!

Виталик старательно изобразил мысленное усилие.

— В принципе можно. Но очень жалко. Меняемся?

— Давай. А на что?

— Ты мне заряд от пушки, я тебе лопату. Идет?

— Совсем совесть потерял? За заряд от пушки я тебе своего завхоза в сексуальное рабство отдам! Идет?

— Не пойдет. А какой такой «завхоз»?

— Обозник. Тот же завхоз по-нашему.

Виталик пораскинул мозгами и согласился. Точно — завхоз! Сразу нахлынули воспоминания о незабвенном Илье Павловиче, хозяине принтерной бумаги, ручек, скрепок и прочей канцелярии.

— Костик, а как сейчас поживает наш любимый Илья Павлович?

— Ветал, твои подозрения целиком и полностью оправдались. Илья Павлович сейчас на селитряных полях, защищает туши павших животных, которые на этих полях гниют, от местных собак, волков и других охотников полакомиться тухлой мертвечиной.

— Это же пипец. Полный абсолютный пипец!

— Согласен. Намного приятней в лесу солдатню гонять. Колбаски будешь?

— Что-то расхотелось.

— Ну и оставайся голодным, зануда.

Виталика уже не слабо развезло от самогона, и его воображению предстал Илья Павлович, в одной набедренной повязке отпугивающий стаю злых собак от вверенного имущества. В руках он держал длинную палку, и пока собаки не решались на окончательный штурм. Они расселись полукругом и терпеливо ждали, когда Илья Павлович выдохнется.

— «А помнишь, гад, как зажал для меня пачку фото-бумаги? К нам тогда клиенты приехали, прайсы нужно печатать, листовки и еще кучу всего. А эта сволочь вместо двух пачек бумаги дает одну и говорит, что больше не положено! Есть справедливость на свете, точно есть», — удовлетворенно подумал Виталик.

— Ветал, может, прямо здесь переночуешь? Ночью по лесу шляться — то еще удовольствие. Завтра утром отправлю тебя с денщиком обратно. К тому времени гонцы еще не приедут — успеешь себя в порядок привести.

— Костик, какие гонцы?

— Ну ты и ламер! Завтра придет приказ о выдвижении к противнику, послезавтра взвод нужно строить в колонну и соединяться с главными силами.

— А ты откуда знаешь?

— От верблюда.

Костик немного помялся для вида и выдал своего информатора.

— Это мне завхоз на ушко нашептал. Еще говорит, что в штабе полный атас творится, все на чемоданах сидят, ждут любого повода чтобы на Хердан свалить. Все — спи, я сейчас пару одеял принесу.

Ранним утром Виталик прибыл в свое подразделение. Никто не ругал его за «самоход», и за перегар изо рта — еще один бонус от звания лейтенанта. Все небольшое население лагеря стояло вокруг удивительной конструкции из бревен, лапника и земли. Это была баня. Строители с гордостью рассказывали о потрясающих возможностях их агрегата и тех светлых временах, которые, безусловно, наступят, если это чудо зодчества эксплуатировать правильно и бережно.

Виталик тоже немного восхитился. Одновременно париться в этом незамысловатом сооружении могло пять человек и еще для кота место оставалось. Весь позитив ушел с появлением завхоза Ирма.

— Сир лейтенант, беда!

— Что случилось, бездна тебя подери?

— Этой ночью негодяи украли целых три наши лопаты! Возницы и я мужественно охраняли обоз, но эти урговы яйца пробрались в лагерь незамеченными, словно использовали магию! Возничие подтвердят все мои слова — мы сделали все возможное. Сир лейтенант, будьте снисходительны…

Весь вид завхоза говорил о торжестве в его душе. За каких-то пару дней он отлично заработал! Фарлонги и соверинги грели потаенный карман в его брюках. Там они должны были ждать ближайшего трактира с приличной выпивкой и смазливыми девками, готовыми за вознаграждение согреть его теплом своих тел. Настораживала только реакция инженер-лейтенанта — вместо проклятий в его адрес он расплылся довольной улыбкой.

А повод для радости у Виталика был. Неожиданно для самого себя он понял, что в его абсолютной власти оказался мифический персонаж под названием «Завхоз». Во время страстных доказательств Ирмом своей невиновности и где-то даже невинности, Виталик старательно выколупывал из памяти все известные ему способы пыток и казней. Так и не придя к чему-то конкретному, он прервал поток оправданий завхоза.

— Ирм, я доволен тобой.

— Сир, лейтенант что вы сказали?

Ирм не верил своим ушам, такого лопуха, как новый лейтенант он еще не встречал. — «Неужели так сильно повезло?» — подумал было Ирм, как получил новую порцию похвалы.

— Я говорю, что доволен тобой. Ты героически защищал обоз от нападения негодяев и не твоя вина, что они оказались настоящими профессионалами. Лопат не жалко. Главное — ты сохранил свою жизнь для служения Железному ордену.

— Сир лейтенант, вы очень добры…

— Это не все. Я по достоинству оценил твой поступок. Ты заслуживаешь достойной награды, Ирм.

— Правда?! — Ирм от удивления даже рот открыл.

— Ты умен и предан. Силен физически и вообще молодец. Я тебя повышаю в должности.

— Сир лейтенант, вообще-то, я и так начальник обоза…

— Этого для тебя недостаточно. Ты будешь воином. С мечом в руках и пламенным сердцем в груди ты будешь разить врагов Железного ордена. Своей властью я назначаю тебя знаменосцем! Должность опасная, но ты справишься. На твое место назначаю того здорового увальня, раньше бывшего знаменосцем. Парень он простой, здоровый. Кашу варить умеет — и ладно.

Теперь уже бывший завхоз посерел лицом и начал что-то шептать побелевшими губами. Виталик не обращал на него внимания.

— Точно, тот увалень завхозом будет! Приказы выполнять будет четко, сала для каши не пожалеет, телегу, если надо, из лужи вытащит. А если напугать хорошенько — лопаты пропадать перестанут. Как я раньше не сообразил?! Отличная идея!

— Сир лейтенант, это ужасная ошибка — тот солдат ничего не понимает в обозном деле! К тому же, в обозе находится ценный груз — заряды для пушек!

— Тем более, что груз ценный. Научится. А ты учись мечом махать и флаги правильно держать. И еще — оружейные двойки с этого дня будут подчиняться сержантам — начальникам отделений, а не начальнику обоза.

— Но сир лейтенант!

— Решение окончательно и обжалованию не подлежит. Кстати, Ирм, если какой-то негодяй украдет оставшиеся лопаты — в тот же день отправлю тебя под трибунал за дезертирство. Военное время, не до разбирательств… Понимаешь?