Сергей Радин - Лёхин с Шишиком на плече

Он еще размышлял об этом, когда подходил к перекрестку. К глазастому недостроенному дому. К тяжелой туче над ним… К толпе перед заборам вокруг него… К толпе?! Откуда здесь… Ничего себе две милицейские машины, "Скорая"… Что там?

Дорогу пересек так, что едва не угодил под "маршрутку".

— Что случилось?

Интеллигентный юноша в очках нервно дернулся от прикосновения к рукаву, но ответил охотно:

— Да сторожа со стройки прикончили. Причем как-то особенно зверски. Только не говорят — как. Мальчишки здесь бегали — они "Скорую" вызвали, а уж врачи — милицию. Да, еще говорят, зря "Скорую" вызывали. От сторожа чуть ли не котлета осталась. Отбивная.

— Били, значит, — медленно выговорил Лехин.

— Били, — подтвердил очкарик. — Говорят еще, по разговорам милиции люди поняли, что били его чем-то железным. Чем уж он им помешал?

— Мафия! — убежденно высказалась дородная тетка с неожиданно изящной сумочкой под мышкой. — Мафия здесь, в подвалах, наркотики прятала, а сторожу платила, чтоб охранял. А ему мало показалось. Платили мало. Его и убрали. — Последние слова она произнесла даже как-то вкусно и хотела продолжить, но ее перебили.

— Мафия — сказанули тоже! — презрительно сказал широкоплечий парень в спортивном костюме "для повседневного носа". — Домина вон какая! Машины угнанные прятали. Говорят, их еще не нашли, но следы точно есть…

Лехин не дослушал и поспешил на остановку. Кажется, только он знал, кто убил сторожа. Но почему? Почему они его убили?

31.

Выходить на своей остановке Лехин не стал. Троллейбус прямым ходом мчал к рынку, где следовало прикупить картошки и помидоров. Мысленно Лехин уже принялся составлять список, что бы еще взять, но спокойный расчет перебивало мысленное же видение дома, притаившегося под грузной темной тучей. В конце концов, Лехин рассердился и начал нервно созерцать бегучий пейзаж за окном, благо сидел на одиночном месте напротив двери. Сосредоточиться на бездумном занятии не удалось — и к лучшему. А то бы еще неизвестно как среагировал, когда его похлопали по плечу и позвали:

— Алексей Григорьич!

Позвали внезапно, но Лехин не вздрогнул, и обернуться удалось почти безучастно.

— Да?

— Вы Алексей Григорьич?

С заднего сиденья наклонился парень в широченной майке с номером "а ля футболист". На лице — легкая оторопь. В вытянутой ладони — небольшой серый предмет.

— Тогда это вас!

Лехин осторожно взял мобильник.

— Слушаю.

— Алексей Григорьич! Елисей туточки, — деловито объяснил домовой. — Гостей мы наших спровадили. За них не тревожьтесь. Привидения присмотрели, чтобы детки очнулись возле остановки, а как гостечки незваные уехали, так Дормидонт Силыч и прилетел к нам доложиться. Так что в квартире-то намного привольней стало.

— Странно ты выразился про Дормидонта Силыча, — заговорил Лехин, но спохватился и вновь повернулся к парню в футбольной майке. — Можно, я поговорю еще немного? Я заплачу, честное слово.

— У меня входящие бесплатные. Говорите, сколько хотите. Я у рынка выхожу, — в некотором остолбенении ответил парень.

— Спасибо… Елисей, так что там у вас с Дормидонтом Силычем?

— Да ничего особенного. Привидениям по нраву забава пришлась, которую ты придумал. Хулиганят — вовсю! Мало, вишь, показалось им дворовых выпивох от нашего подъезда отогнать. Заставили их убираться во дворе и вокруг дома… Ага, вот Касьянушка подсказывает: субботник устроили. Агент, который без имени, придумал.

— Помнится, кто-то сказал, что у них… ну, понятно, у кого… координация внутри человека плохая.

— Да какая здесь координация — наклоняйся да мусор подбирай. Хуже с кустами пришлось, но и здесь наловчились: сухих веток обломали — видимо-невидимо!.. А ты-то как, Алексей Григорьич, съездил?

— Хорошо. Там уже без нас начали это дело распутывать. Приеду — расскажу подробнее. Нетелефонный разговор.

— Шишик что-то сказал насчет сторожа на стройке. Правда ли убит?

— Правда. Как вы до меня дозвонились? Впрочем, догадываюсь.

— И правильно догадываешься, Алексей Григорьич. Мы позвали Шишика да узнали, что на рынок едете. Вот и появилась нужда поговорить с тобой. Ты, Алексей Григорьич, купи-ка на рынке, окромя всего прочего, меду липового. Да сам не покупай, жди, пока Шишик не подскажет.

— Медовый Спас, вроде, прошел, — с сомнением сказал Лехин. — Он, вроде, четырнадцатого августа был? Зачем нам сейчас мед?

— Не время сейчас разговоры говорить, а надобно нам меду пол-литровую баночку. Хватит ли денег у тебя, Алексей Григорьич, на все про все?

— Хватит. Еще что желаете?

— Яблок. И тоже Шишик укажет. Абы какие не бери. Слушайся в этом деле Шишика.

— Есть слушаться младшего товарища по группе!

Мобильник перекочевал к хозяину, а Лехин повеселел. И смешно ему было, как связались с ним, и интриговало, зачем домовым мед и яблоки. Яблочный Спас-то послезавтра. Обычно он вечером перед девятнадцатым покупал яблоки нового урожая, как и новую картошку перед Ильей Пророком. Это Бывшая Жена находила нелепым соблюдать, хотя бы поверхностно, языческие — говорила она — ритуалы. Лехину — нравилось.

Еще одна остановка — и рынок.

Рассеянно глядя на поручень соседнего кресла, на котором кувыркался Шишик, Лехин почему-то вспомнил, как раньше в деревнях учили плавать. Бросят на глубоком месте — и барахтайся, спасай свою малолетнюю жизнь. И барахтались, и спасали. А потом еще и удовольствие находили в нехитром процессе перемещения по воде.

Не потому ли вспомнилось старинное обучение, что его самого беспощадно швырнули в несусветную глубину несусветного мира? И ничего — выплыл. Да еще так здорово освоился, что стал активным участником несусветных событий!

"Похоже, я даже слишком освоился — как бы это значительнее выразиться? — в мире, где "на неведомых дорожках следы невиданных зверей". Я уже спокойно воспринимаю тот факт, что в подвалах недостроенного дома прячутся чудовища. Я сжился с мыслью о них. Я действую в том направлении, куда меня могут послать новообретенные знакомые, и все меньше задаю вопросов. В общем, я живу в новой реальности, которая с каждым часом становится понятнее, несмотря на все ее подводные течения. Меня теперь некоторые новости не столько удивляют, сколько заставляют мыслить с точки зрения пара-нормальных аборигенов. Интересно, можно ли всех людей скопом считать здешними же, аборигенами? Ведь два мира сосуществуют…"

"Помпошка" прекратила кувыркаться и повисла на поручне, кажется, вниз головой, потому что желтые глаза блеснули снизу косматого шарика, Лехин вздохнул: "Или глаза съехали… Насколько я понял, Шишиковы глаза не прикреплены к одному месту".