Беверли Бартон - Убежище

«Нельзя терять ни минуты».

Джуда побежал в спальню Мерси и начал искать свой сотовый. Наконец, он нашел его лежащим на полу рядом с рубашкой под одним из собственных носков. Подняв телефон, он набрал номер Клода.

– Что ты знаешь такого, чего не знаю я? – спросил Джуда.

– До нас дошли сведения, что Сил находится где–то в Северной Каролине, – ответил Клод.

– Не удивительно.

– Мы подозреваем, что с ним около сотни ансаровцев и они расположились где–то между Эшвиллом и убежищем Рейнтри.

– Сотня! Как он, черт возьми… дерьмо! Он не один день готовился, не так ли? Так что не удивительно.

– Что ж, тогда это удивит тебя: согласно нашему осведомителю, Сил планирует напасть на Убежище примерно в течение следующих двенадцати часов.

– Проклятье! Что говорит Сидра? Почему она не смогла это предвидеть?

– Она не уверена, но подозревает, что Сил каким–то образом укрыл детали своего плана, чтобы ни один из наших провидцев не смог этого увидеть. И вероятно он наложил какие–то чары и на всех провидцев Рейнтри.

– Этому нельзя позволить случиться, – сказал Джуда.

– Мы уже не можем это остановить.

– Мы можем попытаться. Возьми отобранную гвардию, наших лучших. Возьми столько, сколько сможет вместить реактивный самолет, и вылетай с ними немедленно. Остальные пусть приезжают так быстро, насколько возможно. Привези их сюда. Все в гражданской одежде. Понимаешь?

– Да. Быть настолько неприметными, насколько это возможно. Они могут переодеться в форму по пути к Убежищу.

– Я подготовлю для вас транспорт, и когда подъедете к границам Убежища, буду вас ждать, – сказал Джуда. – Свяжись со мной, когда доберетесь. Я же, как только удостоверюсь, что Мерси во время сражения сможет защитить Еву, составлю свой собственный план.

– Знаю, первым делом ты должен защитить Еву. Но как только она больше не будет подвергаться опасности, станет слишком поздно поворачивать назад. Начнется настоящая война между Ансара и Рейнтри. Сил не оставил нам никакого выбора, кроме как сражаться.

– Значит, будем сражаться, – ответил Джуда.

* * *

– Где папочка? – спросила Ева, когда Мерси встала перед дочерью на колени. – Куда он ушел?

– Не знаю, – солгала Мерси. Она подозревала, что Джуда либо ушел, чтобы присоединиться к Силу, либо планировал это сделать. – Но ты не должна волноваться о своем отце. – Она обхватила ладонями красивое маленькое личико Евы. – Послушай меня, сладкая, и сделай так, как я скажу.

– Хорошо, – ответила Ева, ее голос дрожал. – Происходит что–то действительно плохое, да?

– Да, действительно плохое. Сюда приедет брат твоего отца и приведет с собой других очень плохих людей. Поэтому я собираюсь послать вас с Сидонией к пещерам Эвинаса и призвать скрывающие чары, чтобы обезопасить вас.

– Я должна быть здесь, – сказала Ева. – С тобой и папочкой. Я вам понадоблюсь.

Мерси переполняли эмоции.

– Ты не можешь оставаться здесь. Мы с твоим отцом не сможем сделать то, что должны, если ты будешь здесь. Я… мы станем слишком тревожиться о тебе. Пожалуйста, Ева, ступай с Сидонией и оставайся там, пока за тобой не приду я, дядя Данте или дядя Гидеон.

Ева уставилась на Мерси с проникновенным выражением в зеленых глазах истинных Рейнтри.

– Скажи, что ты все поняла и сделаешь, как я прошу, – сказала Мерси.

Ева закинула руки за шею Мерси и обняла ее.

– Я пойду с Сидонией в пещеры. Ты можешь идти и наложить свои скрывающие чары. Я не стану пытаться остановить тебя.

Мерси глубоко облегченно вздохнула.

– Спасибо, моя сладкая девочка. – Она обняла Еву с порывом идущего на смертный бой воина, понимая, что может никогда больше не увидеть своего ребенка.

Наконец выпустив ее, Мерси встала и повернулась к Сидонии.

– Я вверяю тебе свою самую большую драгоценность на свете.

– Ты знаешь, что я буду защищать ее ценой собственной жизни.

Ева подошла к Сидонии и взяла ее за руку. Они вдвоем ждали, пока Мерси произносила древние слова, призывая самые мощные скрывающие чары, которые знала, чтобы сделать трудным – она надеялась, что и невозможным – отследить и найти Еву.

Мерси стояла в дверях кухни и наблюдала, как Сидония вела Еву через открытое поле к самой высокой цепи гор. Пещеры Эвинаса располагались на расстоянии более чем в пять километров глубоко в лесу, покрывающем дальний склон западной горы. Не более чем через минуту Сидония с Евой исчезли из виду, укрытые чарами, которые теперь полностью набрали силу, защищая их от обнаружения и охраняя от зла.

Надеясь, что дочь в безопасности и что она тотчас узнает, если кто–либо проникнет сквозь скрывающие чары, Мерси поспешила наверх переодеться и подготовиться к предстоящим событиям: к сражению, возможно финальному сражению с Ансара.

Пятнадцать минут спустя, облачившись в черные штаны, черные сапоги по колено и темно–красную блузу, Мерси спустилась по главной лестнице и направилась в свой кабинет. Данте сначала свяжется со всеми Рейнтри, которые успеют добраться сюда на машине, а затем новость дойдет и до остальных. Она не знала, сколько из них успеет прибыть в Убежище, прежде чем Ансара атакуют. Сейчас здесь была лишь горстка людей – в общей сложности меньше двадцати, и некоторые из них были не в полной силе. И по ее предположениям, в течение нескольких часов сюда смогут прибыть еще приблизительно двадцать пять человек.

К сожалению, неизвестно, сколько Ансара, включая силы Джуды и Сила, прибудут к Убежищу и когда именно нанесут первый удар. Несомненно, скоро. Но когда? В течение нескольких часов? До заката?

Войдя в кабинет, она взяла телефон и набрала номер Хью. Он ответил с третьего гудка.

– Хью, это Мерси. Мне нужно, чтобы ты собрал всех Рейнтри, находящихся в Убежище, и привел их в дом. Сделай это как можно быстрее.

– Хорошо, – ответил он. – Ты можешь сказать мне, что случилось?

– Я все расскажу, как только вы доберетесь сюда.

Мерси едва верилось в происходящее. Она чувствовала себя полной идиоткой – второй раз в жизни. И оба раза благодаря Джуде. Сколько из того, что он рассказал ей, было ложью? Часть? Или все? В одном она не сомневалась: он хотел Еву и был готов убить Мерси, чтобы получить ее.

Да, она верила, что он убил одного из своих людей, чтобы помешать тому убить ее. Ведь он сам заявил о своем праве убить ее, так что не позволит взять ее жизнь никому другому. Без сомнения, он также заявил о своем праве убить Данте. А возможно и Гидеона.

Тогда, как она могла любить Джуду, любить так же сильно, как и ненавидеть? Почему ослабила свою защиту, пусть даже на несколько дней, несколько часов, несколько мгновений?