Владимир Снежкин - Становление

— Как не хватает? — нахмурился Парэх. — Хватает! Это я внешне грубый, а на самом деле…

— он замешкался, пытаясь подобрать слова.

— Романтичный орк, с тонкой душевной организацией, — помог я ему

— Во!!! Как точно ты выразился! Орк, с тонкой душевной организацией, — обкатал Парэх на языке новое для себя выражение. — Извини.

— За что? — не понял поначалу я, пока не учуял пренеприятнейший запашок, выдавивший из моих глаз слезы.

— Съел на ужин чего-то не того, а к целителям с такой мелочью у нас, орков, ходить не принято, — счел нужным пояснить Парэх. — Вот, хожу теперь, мучаюсь.

— Ты и при девушках… также? — озвучил я вдруг появившийся вопрос.

— А что в этом такого? — он откровенно изумился моему вопросу. — Это же обычная физиология. Ничего ужасного в этом нет. Ну, извинюсь, конечно.

Ясно. Попытка объяснить ему причину бойкота со стороны женского населения обречена на провал. Не поймет, да еще и обидится.

— Кажется, я знаю, как тебе помочь! — меня осенила гениальная мысль.

— Правда? — обрадовался Парэх, сразу же развернувшись ко мне. — Говори! Не тяни!

— У тебя какой-нибудь предмет, который всегда носишь при себе, есть?

— Да, — он полез себе за шиворот, и вынул небольшой медальон. — Этот амулет дал мне отец перед отправкой сюда.

— Защитный, — констатировал я, взяв медальон в руки. В принципе, имеющееся в нем плетение мне не должно помешать. Просто поверх него наложу свое, ментальное, которое будет вызывать у всех девчонок исключительно позитивные чувства в отношении орка.

На данное заклинание наткнулся в одном из фолиантов еще во время своего обучения в Академии Леса, и разрабатывалось оно для Службы Безопасности Леса. Создавался специальный амулет, в который вживлялось это плетение и применялось в случаях, когда необходимо было "мягко" разговорить преступника, а под рукой не оказывалось мага ментального направления. В камеру подсаживался сотрудник СБ с активированным амулетом, и преступник, вдруг начинавший испытывать полное доверие, рассказывал все, что знал. Его буквально тянуло все рассказать! Переделать плетение, чтобы оно оказывало воздействие только на существ определенного пола, трудностей у меня не вызвало.

— Ты уверен, что это хорошая идея? — засомневался Учитель.

— Уверен! — убежденно ответил я. — Только должным образом замаскирую его воздействие, сделав его практически незаметным для взора обычного мага. И дополнительно усилю, чтобы пробивало простейшие ментальные блоки, которые студиозы поддерживают практически на автомате. Теперь он будет нормально со всеми общаться!

Зажав в ладони медальон, я приступил к действию. Сконструировав заготовку плетения, слегка видоизменил его, придав направленность на нужную аудиторию, и по максимуму утончив все линии конструкции. Центральный же блок, наоборот, сделал мощным, что обеспечит нужную силу ментального воздействия. Теперь перемещаем плетение в медальон, связываем с ним, и выводим узел активации на внешнюю поверхность. Все!

— Фух! — выдохнул я, закончив процедуру. Работать пришлось практически на пределе своих возможностей, заключенных ограничителями в рамки первой ступени развития. Это по силе. А по тонкости исполнения — создать нечто подобное мог только архимаг ментального направления.

— Спасибо!!! — схватив амулет, орк повертел его в руках, и вновь сунул з шиворот. — Палаэль! Я тебе теперь очень обязан! Обращайся, если чего надо будет!!!

— Хорошо, — улыбнулся я, вставая. — Ладно, пойду к себе. Потом расскажешь, что у нас получилось.

— Да не вопрос! — подскочил Парэх, схватил мою руку и воодушевленно потряс ее.

Как же приятно делать других чуточку счастливее.

— Ну, ну, —вставил Учитель. — С удовольствием посмотрю на конечный результат.

— Да ну тебя! Вечно всем недоволен, —я шел в свою комнату, решив все-таки поспать.

В трехэтажном особняке, расположенном на одной из улочек Внутреннего Гарена, неподалеку от стены, разделяющей город на две части, с самого раннего утра никто не спал. Все готовились к приезду какого-то очень важного гостя, которого с нетерпением ожидал хозяин дома лично. Домочадцы уже устали гадать о личности гостя, так и не придя к единому мнению. Единственное, в чем сошлись единогласно, так это в том, что гость является не иначе как приближенным к Императору. В противном случае, навряд ли бы герцог с таким нетерпением прохаживался вначале по своему кабинету, а затем и по всему дому, периодически поглядывая на часы.

Даже его жена, герцогиня Виола, была чрезмерно заинтригована, поскольку муж, в ответ на ее вопрос о личности с таким нетерпением ожидаемого им гостя, лишь отмахнулся, что ранее никогда себе не позволял — у них с самого начала совместной жизни сложились исключительно доверительные отношения, и никаких тайн друг от друга никто не держал. Никогда.

— Дорогой, — уже в третий по счету раз за это утро подошла герцогиня к своему мужу, — ты можешь хотя бы уточнить, во сколько ожидается приезд столь важного для тебя человека?

— Кто тебе сказал, что это человек? — поинтересовался герцог, не отрывая глаз от окна, в которое безотрывно смотрел уже на протяжении пары терций.

— Не человек? А я думала, это кто-то из приближенных к императору! — любопытство, коим Виола терзалась с самого утра, вознеслось на новую высоту. — Начинаю уже терять свое чутье, — горестно вздохнула она, надеясь выпытать у мужа хоть толику дополнительной информации. — Старею… — добавила на всякий случай, вздохнув еще глубже.

Расчет герцогини оказался верен — Тремор оторвался от окна, и подошел к ней, нежно погладив по щеке.

— Тебе до старости еще очень далеко, — начал он ее успокаивать. — По поводу же моего гостя гадать бесполезно. И никакое чутье не поможет. Здесь либо знаешь, либо нет.

— Милый, я сейчас взорвусь от любопытства! — не выдержала Виола. — Признавайся, кто это?

— Увидишь, — усмехнулся герцог, снова подойдя к окну. — А вот и наш долгожданный гость!

Герцогиня в несколько шагов оказалась рядом с Тремором, и выглянула из-за его плеча.

— Эльф??? — поразилась она, увидев фигуру, только что покинувшую карету, и теперь направляющуюся по основной дорожке к главному входу. — Какое необычный цвет его одеяний! — она не могла не заострить внимание на одежде эльфа. Явно дорогой костюм эльфа был абсолютно белоснежный. Его застежки поблескивали в лучах дневного светила серебром.