Болотная ведьма. Трактирные истории - Катерина Крылова

те или иные достоинства и недостатки. У Гейба поначалу проявлялась профессиональная спесь перед простой знахаркой, но потом он оценил и необычные, но обширные знания и искреннее желание девушки помогать людям. Что-то рассказывал он, что-то она. Им обоим было интересно. В какой-то момент Рина спросила:

— А как ты лечишь искрой?

— Искрой?

— Ну, магией своей? Ты ее используешь?

— Рина, я не маг, я просто лекарь. Во мне нет и тлеющего угля, не то что искры.

— Ааа, ты просто такой… необыкновенный, прям как маг. Мне показалось, наверное, что ли… не знаю как объяснить.

— Ты, видимо, слишком много общалась с Табом Равном, — рассмеялся лекарь.

К ним за столик присел Тларг, а девушка-подавальщица принесла наваристую похлебку, свежий хлеб, сметану и зелень.

— Нам всем пора подкрепиться, — только и произнес перевертыш и, подавая пример, первый принялся за свою порцию. — Ты уж прости господин лекарь, но Рину, если силком не кормить, она вообще забудет, что нормальные люди должны питаться.

— В смысле? — возмутилась девушка.

— Увлекается, — обратился опять же к Гейбу трактирщик, подмигнув. — Так что давай, показывай ей хороший пример.

Габриэль не стал отказываться, тем более, что от густой похлебки исходил такой аппетитный аромат. Желудок взвыл и потребовал. Рина вздохнула, бросила на перевертыша недовольный взгляд, отодвинула свои драгоценные мешочки подальше и тоже взялась за еду. Некоторое время за столом царствовала довольная тишина нарушаемая лишь стуком ложек.

— У вас действительно очень вкусно. Спасибо, — спустя время отозвался Гейб. Так вкусно он и правда давно не ел. С тех пор как не стало Милы. Мужчина привычно подавил в себе воспоминания и посмотрел на Рину.

— Тларг, скажи Миху от нас огромное спасибо. Мы действительно увлеклись. Сын спит? Как давно уснул? Там с ним есть кто-то?

— Сама скажешь. Спит. Скоро встанет. Настая там проследит, — ответил перевертыш.

Лекарь уже успел привыкнуть к манере Рины задавать несколько вопросов подряд. Отвечать на них тоже нужно было последовательно, иначе она переспросит пока не услышит то, чего добивалась.

— Ты всё закупила сегодня, что хотела?

— Вообще ничего. Вот, Гейба повстречала, — как бы извиняясь, кивнула на лекаря девушка.

— Ри! Ты иногда как ребенок, вот право слово, — нахмурился потомок оборотней.

— Простите, это действительно я виноват. Рина в травяных лавках поругалась со знахарем. Он, кстати, действительно никакой не знахарь и травы у него мышами поеденные веники, а не травы. Я вспылил и наделал бы дел, если бы не она, — решил вмешаться он.

— Увела? — спросил Тларг.

— Да, именно, что увела. Я был в легком похмелье и крайнем душевном расстройстве. А он такое сказал… Я мог бы натворить непоправимого, — виновато пожал плечами лекарь.

— Есть у нее такое свойство…

— Миротворчество? — подняла брови Рина.

— Вляпываться в истории! — резюмировал Тларг. — Это вы, я так понимаю, тот самый муж-лекарь, на котором повернулась наша Йолма?

— Имею несчастье быть, — в этом трактире, похоже, его история равно их история. — Прошу вас простить меня. Вашего же сына она украла, я рад, что все обошлось. Мне очень жаль…

Тларг поперхнулся, потом откашлялся и произнес:

— Эй, парень, ты о чем прощения просишь? Ты не виноват. Это я должен у тебя прощения просить. Она у меня почти год работала. Я даже не подозревал, что у нее кукуха слетела! Я очень сочувствую тебе… И, это… Не стоит заливать горе. Ни к чему хорошему это не приведет. Уж поверь старому наемнику и трактирщику.

— Я знаю. Я уже давно не пил. Это вот вчера. Просто не смог унять жар в груди от потери. Я же до последнего надеялся, что мой мальчик жив где-то. Пусть не со мной, но жив.

— Жар в груди? — встряла девушка. — Гейб, а как это ощущалось? И когда началось?

— Рина, это не разрыв сердечной мышцы. Это просто переживания. Не лечи меня, пожалуйста, я сам лекарь и симптомы знаю.

— Я не об этом, — вдруг очень жестко и серьезно сказала девушка. — Опиши ощущения в груди. Были ли при этом круги или линии перед глазами или что-то еще со зрением?

Габриэль задумался и понял, что ведь и правда, было. В груди было не больно, а жарко. В тот момент, когда на маленький белый саван упала первая горсть земли. Внутри словно горячий комок вспыхнул и поплыли перед глазами красные и зеленые линии. Как паутина, опоясывающая его и людей вокруг. Миг, и все исчезло. Но жар в груди остался. И горечь осталась. Поэтому он и напился, как скотина. Это он и пересказал.

— Гейб, а какого цвета у тебя глаза? — вдруг спросил перевертыш.

— Серые, ты разве сам не видишь?

Они с Риной переглянулись и кивнули друг другу.

— Давай Таби дождемся, — сказала она трактирщику. — Он к ужину быть обещал. А мы… Гейб, может быть все же сходим сейчас в лечебницу и ты покажешь мне тех кашляющих рыбаков? Тларг, Марковка на тебе тогда.

Трактирщик улыбнулся и кивнул.

Габриэль не очень понял, что такого странного с его глазами, но согласился. Ему было интересно поможет ли лишайник и что скажет Рина про больных.

Рийна

«Что за странности тут творятся?» — возмущалась я про себя, пока мы шли к лечебнице. Сначала Тларг начал проявлять признаки оборота. Потом у Таби вдруг прорезались способности стихийника, причем очень резко. Теперь Габриэль… У него явно видно искру. Какие способности? Лекарь — это несомненно. Скорее всего и раньше что-то такое у него было, слабое, но было. Из ниоткуда искра не рождается. Просто вдруг заискрилось… Мда…

Я шла и старалась припомнить, что читала про внезапное появление способностей у взрослых людей в прошлом. Но не могла найти в своей памяти ничего. Обычно искру видно в ребенке либо сразу после рождения, либо способности проявляются в пяти или шестилетнем возрасте. Бывает такое, что искра резко разгорается у подростков из-за сильных нервных потрясений. Но тогда магия неустойчива и требуются опытные наставники и серьезные усилия, чтобы дар стал подконтрольным и не убил своего носителя.

Пока