Зло, действуй! - Надежда Николаевна Мамаева

   Однако кардинально здесь устраняют соперниц.

   Развить мысль я не успела, потому как белобрысая противница развила особую резвость и кинулась на меня. Пришлось бороться. Насмерть за выживание.

   Я едва успела разминуться с oстрым лезвием. А вот от ее удара локтем мне в живот нет.

   Эта патлатая сволочь угодила мне прямо в солнечное сплетение. Боль прошила от макушки до пяток так, что я не могла сделать вдох. В глазах на миг потемнело. Но я, не глядя, ударила ногой в бок. Судя по крику – попала. Знать бы еще куда.

   Помотала головой, пытаясь прийти в себя, и, когда вновь увидела занесенный над собой нож, ушла в сторону, а затем резко перехватила запястье этой бешеной кошки, дернув его на себя.

   Раздался треск. Жаль, что не нервов противницы, а только ткани ее дублета. И у меня в ладони остался оторванный рукав.

   Я не успела его отбросить, как меня снова попытались проткнуть, но на этот раз я была не совсем безоружна.

   Я хлестким движением ударила концом оторванного рукава о поверхность вoды, что была в бочке. И, отвлекая противницу, крикнула:

   – Эй, ты поосторожнее с ножичком! Так и убить можно!

   – Я этого и хочу! – донеслось в ответ.

   А я меж тем мазнула вымоченным краем ткани по песку под ногами и, когда меня снова попытались пырнуть, ударила, метя в глаза белoбрысой. И тут же резко присела, чтобы лезвие кинжaла, летевшее по широкой дуге, не отчекрыжило мне голову с плеч.

   Моя соперница запоздало прикрыла лицо рукой. Но песок уже попал куда нужно, ослепив девицу. И я смогла выбить из ее руки оружие. Она ринулась на меня, я пригнулась. Хотела нырнуть под удар, но не успела.

   Блондинка навалилась грудью на мою спину, желая уронить.

   Вот только падать в мои планы не входило. Я резко распрямилась. Ноги противницы взмыли вверх. А я, пытаясь удержать равновесие, сделала несколько шагов назад, уперлась в деревянный бок бочки,и… девица съехала по моей спине лицом вперед, как по горке. Прямо в полную воды бадью.

   Раздался плюх. А я, пытаясь откашляться, отошла oт барахтавшейся в воде противницы. Подняла кинжал и тут же почувствовала исходившую от него магию. Артефакт или амулет?

   И пока я задумчиво рассматривала трофей, он стал… таять! Я разжала пальцы. Кинжал, как живой, скользнул по ладони и… впитался в мою кожу в районе запястья.

   – Что?!!!

   Причем вопила не я. А всплывшая в здоровенной бочке белобрысая. Она таращилась на меня со смесью неверия и непонимания. А я же, глянув на нее через плечо, припомнив наш диалог в спальне Вира, произнесла:

   – Я же предупреждала, что замочу. - В ответ на это соперница зло сверкнула глазами, один из которых начал заплывать. И я решила ее предостеречь: – Учти, в следующий раз это будет не округлая бочка, а прямоугольный гроб.

   – Да подавись им! – И зло ударила кулаком по воде. - Ты пoбедила.

    – Да я как бы и не претендовала, - огорoшила я девицу, чувствуя, как рядoм с шеей саднит содранная кожа.

   У нее дернулся глаз. Потом второй. Затем вся блондинка целиком.

   – Но раз ты предлагаешь – беру! – из вредности добавила я.

   Вода стекала с мокрых волос адептки, а она как будто этого не замечала. Сидела в бочке, закусив губу, словно борясь с собой. И когда я уже было сделала несколько шагов прочь, мне в спину полетело:

   – Прошу…

   Я удивленно обернулась.

   – Да?

   – Верни родовой артефакт… Пожалуйста… Кинжал.

   – Чтобы ты еще раз попыталась им меня убить?

   – Нет… Я готова… поклясться на крови, что больше ни действием, ни бездействием, ни помыслом не причиню тебе вреда…

   Судя по тому, как прозвучали слова, это была какая-то ритуальная фраза. Вот только я в местных обычаях была ни бум-бум.

   И собралась уже было ответить, как услышала голос ректора:

   – И где обещанный труп первокурсницы? И следы магической дуэли?

   Несостоявшийся труп в моем лице резко повернулся и увидел ректора. Рядом с ним стояла ушедшая недавно кучеряшка. Она лучилась довольством. Весь ее вид говорил: может, кто-то и ловит по ночам лордов как умеет, а я устраняю соперниц как могу.

   Вот только при виде целой и здоровой меня коварная интриганка сникла. Я не питала иллюзий, что она позвала главу академии для того, чтобы спасти кого-то. Скорее наоборот – устранить.

   Ведь наверняка рассчитывала, что ректор придет как раз к тому моменту, когда все закончится. И я буду мирным трупом дожидаться погоста, а блондинка – минимум исключения из академии за магический поединок.

   А тут – незадача.

   Глава академии же, глянув на налившийся синевой фингал у засевшей в бочке адептки, сурово произнес:

   – Вы, рина Фьори, меня очень разочаровали. Лучшая выпускница боевого факультета – и проиграла в обычной драке первокурснице? - сурово вопросил он и добавил: – Вас ждет пересдача ВСЕХ зачетов и экзаменов. Но после недели карцера за нарушение правил академии. А сейчас – вылезайте из бочки.

   Когда адептка, подчинившись приказу, выбралась, оказалось, что я организовала ей не только гематому, но и перелом лодыжки. Идти она не могла. Так что сначала блондинку ждал лазарет, потом карцер, а затем уже пересдачи. Обычное наказание для драки без применения магии и оружия.

   А после ректор повернулся уже ко мне, как второй участнице безобразия.

   – Где учились ближнему физическому бою? - строго спросил он.

   Я подумала, что мой единственный опыт этого самого боя – это нападение с кочергой на стражника. Но думаю, что не стоило его озвучивать. Поэтому я развела руками:

   – Нигде. И в свое оправдание могу сказать: я только защищалась.

   Произнесла – и услышала облегченный вздох за спиной. Моя бывшая противница, видимо, рассчитывала, что я сдам ее с потрохами. Но я не сделала этого. Не из-за благородства, а из практичности: всегда выгодно, когда есть те, кто тебе обязан. Причем сильно. И отдаст свой долг в нужный тебе момент если не добровольно, так шантажом.

   – Боюсь представить, что будет, фисса Громвинд, когда вы пойдете в