Я убил Бессмертного - Том 3 (СИ) - Оро Призывающий "Оро Призывающий"

— Вы…

— Вот прелат Иан, — продолжил я, не давая мужчине возразить. — Жил с убеждением, что Светлые никогда не найдут наглости проникнуть за черту города. Жил с ним и умер с ним — если, конечно, его смерть была быстрой. В противном же случае он успел хорошо осознать, почему нужно было ставить у храма охрану и запирать двери на ночь.

Все молчали. Даже Кану с его уязвлённым самолюбием было нечего на это возразить — как говорится, факты налицо, и они не в его пользу.

— Ну, хорошо, — наконец, отозвался тот тип, что замещал на собрании виконта Бэтами. — Но ведь вы тоже знаете, что они знают…

— Я не знаю, где именно они расставили ловушки, — пожал я плечами. — Я не знаю, куда именно они отступили теперь. Но я абсолютно уверен — они и расставили, и отступили. Иначе и быть не могло.

— Но вы ведь попытаетесь вычислить, куда они ушли, и…

— Я? — удивлённо поглядел я на говорящего. — Возможно, вы что-то путаете. Этим должен заниматься не я, а городская стража. Сколько в гарнизоне человек? Не меньше сотни? Этого вполне хватит, хотя во время облавы, несомненно, часть погибнет…

Военный захлопал глазами.

— Я же приехал сюда для того, чтобы обучать молодёжь, — заключил я. — Этим я и намерен заниматься.

И чёрта с два они мне что возразят. Всё-таки я здесь — важный столичный (или откуда там был настоящий Мун) гость, приглашённая звезда, ценный специалист, что может дать их отпрыскам шанс на лучшую жизнь, чем та (и без того недурная, я бы сказал), что есть у них самих.

— О, — включилась-таки баронесса Нигай, очевидно, вторая в этом зале по скандальной громкости, — так вы собираетесь просто сидеть в городе и продолжать свои занятия? Может быть, вы ещё и продолжите вывозить наших детей за стены, туда, поближе к Светлым, как вчера?

Ох. Я сощурился и повернулся к женщине.

— Нет, — отрезал я совершенно ледяным тоном. — Напротив. Я собираюсь просто взять — и увезти их из этого города.

Я говорил, что до этого меня слушали, замерев? Так вот, это всё было ерундой по сравнению с той гробовой тишиной, что наступила после этого заявления.

…на самом деле, эта мысль оформлялась у меня в голове ещё с ночи, а дооформилась она именно здесь и сейчас — посреди банки с пауками, что дрались, кусались и капали ядом со жвал.

Факт первый: мне совершенно нечего «ловить» в Хончи. Здесь банально нет сильных противников — а ведь, для того, чтобы поднять свою силу, нужны именно такие!

Факт второй: Хончи — гадюшник, и ещё какой. Меня буквально воротило от этого места. Конечно, остальные не лучше… но это будет потом.

И факт третий: мне нужна свобода. К тому же, рано или поздно, я выдам себя какой-нибудь мелочью — если только не буду менять местоположение. Короче говоря, в этой дыре я чувствовал себя скованным по рукам и ногам, плюс умирающим от скуки. Нет, это место свой потенциал уже исчерпало.

Вот зачем мне нужны детишки… другой вопрос. Но, во-первых, они обеспечат мне прикрытие — почтенный мастер с учениками будет воспринят совсем иначе, нежели непонятный бродяга. А во-вторых…

Мне по-прежнему доставляло удовольствие издеваться над ними. Особенно после того, что я услышал вчера.

…одинокая маленькая муха, остервенело жужжа, пролетела через весь зал и, придирчиво оглядев потенциальные посадочные места, опустилась прямо на лысину графу Кану. Тот машинально хлопнул себя по макушке рукой; звонкий хлопок разнёсся по залу.

Это и стало сигналом. Заговорили все разом, так, словно кто-то вкрутил звук на максимум:

— Это уже слишком, мастер Мун!

— Куда вы собираетесь их везти?

— Но вы правда думаете, что здесь опасно?

— Откуда нам знать, что вы в состоянии их защитить?

— Тихо, — рявкнул я. Подействовало на этот раз не до конца — гул голосов стих, но всё-таки кто-то ещё продолжал бубнить.

— Отвечаю по порядку, — продолжил я, перекрикивая нежелающих замолкнуть. — Первое: да, здесь опасно. Город под угрозой новой атаки; даже если она и не случится — наверняка этого знать мы не можем, поэтому я совершенно серьёзно подозреваю, что в ближайшее время Хончи станет крайне опасным местом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Голоса медленно стихали. Меня слушали — кто скривившись и явно не веря, а кто серьёзно и обеспокоенно. Стоит ли говорить, что после ночного происшествия вторых было больше?

— Второе: я собираюсь везти их в крупный город, — если честно, это я сказал наугад, потому что ещё не успел продумать, куда же на самом деле девать моих подопечных. — Вы же не будете спорить с тем, что в крупном городе и безопасность выше?

Все молчали; аргумент был выбран верный, и возразить было нечего.

— Ну, и третье: да, я считаю, в состоянии защитить их, если какая-либо опасность будет угрожать им по пути отсюда до конечной цели, — добил я. — Я — мастер из Школы Позвоночного Меча, если кто-то забыл. Я для этого сюда и прибыл — взять ваших детей, слабых, необученных, едва сильнее обычных горожан, и сделать их сильными. Как это сделать, если они продолжат оставаться в тепличных условиях?

Это был довод, с которым ничего не смогли бы сделать даже самые недовольные. В мире, где царствовал культ силы, все отлично понимали, чего стоит аристократ, если его знатность не подкреплена ничем. Тот же На Канг — бледный, потный, сжавшийся, не произнёсший ни слова с того момента, как я сюда вошёл — был тому лучшей иллюстрацией.

— Честно говоря, — завершил я речь, — я и до этого собирался увезти их отсюда на время — для лучшего обучения. Конечно же, я не думал, что это будет спустя несколько дней после начала занятий. Полагал, начну с небольшого периода привыкания. Что ж — ночные события показали, что у нас нет такой роскоши, как лишнее время на раскачку.

— Мастер Мун, — заговорил граф Кан. На этот раз речь его, вопреки обыкновению, была тихой — уж не признак ли это особой угрозы? — При всём уважении к вашему таланту…

Какое уж тут уважение.

—…это наши дети. Вы вольны обучать их — так, как посчитаете нужно, жёстко и даже жестоко. Это нормально: вы — мастер, а они — ваши ученики.

Так-так. Кажется, кто-то всё-таки нажаловался папочке? Или опытные родители сами разглядели последствия вчерашнего спарринга?

— Но увозить их от нас — их родителей — даже под предлогом безопасности — это недопустимо.

Я вздохнул. Нет, дядя, я очень не люблю, когда кто-то ломает мне намеченные планы. Признаться, я думал, что обойдусь обычной вежливой настойчивостью. Но если ты понимаешь лишь силу…

— Хорошо же, — я распрямился и шагнул вперёд, по направлению к графу. — Давайте так, граф. При всём, как вы сказали, уважении.

Я хрустнул костяшками пальцев.

— Дуэль, — объявил я. — Драка. Сражение. Как угодно. Даже не до смерти — так, баловство. Если сумеете меня победить — я признаю вашу правоту и не буду никуда их увозить. Если победить сумею я…

Кан отступил на шаг назад.

— Вы забываетесь, — бросил он. — Ваша личная сила — вовсе не аргумент…

— А вы боитесь, — с улыбкой кивнул я. — Разве не так, граф?

Он и правда боялся. Того, что проиграет. Того, что упадёт в глазах всех собравшихся, и все, все до единого, даже маленький, толстый, ничтожный На Канг — увидят его поражение.

— Я… — он затравленно обернулся.

— Вы один против, — отозвался я, продолжая медленно, но настойчиво наступать. — Ну, ладно, может быть, не один, может быть, ещё кто-то, но большинство собравшихся здесь признают мою правоту.

Кивки со всех сторон. В глазах Кана появилась ненависть. И — страх. Всё, он на крючке, и главное теперь — не отпускать его.

— Просто вы привыкли, что все делают, как скажете вы, — на этот раз на моём лице не было и тени улыбки. — Даже если вы не правы. Даже если большинство считает иначе, вы привыкли брать — и заявлять о своём праве сильного. Так вот, на этот раз о нём заявляю я — не ради личной прихоти, а затем, чтобы выполнить свою миссию и обучить ваших детей.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

В моём мире такая наглость не сработала бы никогда. Если честно, я не был до конца уверен, что она сработает и в этом. Но попробовать стоило.