Екатерина Cереброва - Клуб "Джокера"

Легкое и прохладное обняло меня за плечи, ткнулось в щеку и взъерошило волосы.

— Ты чего? Ты чего? — повторял ветер.

И я рассказала.

— И не в том дело, что я конкурс не прошла, — всхлипнула я под конец своей печальной истории, — а в том, что песни у меня бесполезные!

Ветер присвистнул.

— Хорошо, — прошелестел он, — бесполезные твои песни. Потому что так сказала "очкастая тетя"? Можешь больше их не петь. Ерунда, что ночному ветру теперь будет без них грустно, ты не пой, раз они бесполезные!

— Извини, — пробормотала я, — я… я не знала…

Но ветер уже разошелся. Он дернул занавески, хлопнул форточкой и всколыхнул искусственные ромашки на тумбочке.

— Бесполезные, — повторил мой странный собеседник голосом, уже больше похожим на свист, чем на шелест. — Бессполеззные! Ничего, что плачущие по ночам дети от них ус-сспокаиваются, они бесполезные! Глупосссти, что один твой знакомый до сих пор поет твою старую пес-сенку, когда ему одиноко, — обиженно шуршал он. — Подумаешь, твоя школьная учительница показывает эти слова, что ты ей на память написала, своим ученикам…подумаеш-шь… А твоя мама, — прошипел ветер у самого моего уха, — когда ты не видишь, плачет от радости, слушая, как ты поешь-шь… Радуетс-с-ся, сос-седям хвастается! Но они бесполезные! — громыхнул он на весь дом. — не пой их!

Хлопнула форточка и в комнате стало тихо. Ветер улетел. Мне стало стыдно. В самом деле, что мне какая-то комиссия, если моя мамочка любит слушать, как я пою? И ветер мои песни любит… Поет по ночам, а я его, кажется, обидела…. Я подошла к окну, стала на цыпочки и тихонько позвала в форточку:

— Ветер…Эй, ветер!

Тишина.

— Ветер…

Я прижалась лбом к стеклу. Ну что же это такое? Улетел… обиделся. Я еще немного постояла, а потом пошла и взяла гитару. Устроилась с ней на подоконнике и стала перебирать струны. От знакомых звуков стало легче и спокойнее на душе. Ничего, что я плачу, это пройдет, надо просто спеть…

Тихонько стукнула форточка. Легкое и прохладное опять коснулось щеки и обняло за плечи.

— Ветер, ты вернулся! — обрадовалась я.

— тот не друг, кто друга в беде бросает! — философски заметил он. — Ты все-таки молодец, я услышал, как ты играешь…а знаешь что? — я почувствовала, как ветер касается моих волос. Похоже, он заплетал мне косичку. — Знаешь, что? Давай сочиним песню вместе? О том, что не надо грустить!

— Давай о тебе? — предложила я, перехватывая гитару поудобней. — О ночном ветре!

— Но не буду же я петь сам о себе, — задумался мой ночной друг.

— Я буду, — сказала я и коснулась струны.

И мы сочинили. По-моему, просто замечательную, добрую, ночную и воздушную песню о ветре и о том, что все будет хорошо…

Когда я открыла глаза, было уже позднее утро. Я вспомнила свой сон и удивилась: приснится же! Что самое удивительное, я помнила слова той песни, что мы с ветром сочинили во сне… Надо быстро записать, пока не забыла, — подумала я, вскочила с кровати и… чуть не наступила на гитару. Она почему-то лежала на полу у окна, хотя вчера я оставила ее на кресле.

Занавеска была отдернута и из открытой форточки доносились звуки нового дня — шум машин, голоса людей… Я схватилась рукой за волосы. Они были заплетены в косичку.

Кстати, на следующий год состав комиссии на конкурсе авторов и исполнителей песен поменяли. Я спела именно эту песенку — и прошла. Я назвала ее "песня ветра", ведь мы с ветром сочинили ее вдвоем. Теперь мне предстоит спеть ее на сцене, на самом конкурсе. Да, вот еще: мы с ветром недавно решили…А впрочем, об этом уже в другой раз.

В прочем, общее настроение улучшилось, и стало даже как-то приятнее на душе. Бывает у меня такое. Алиса увлеченно разгадывала 'судоку', а сосед беспардонно дрых. Мне стало скучно, до посадки еще часа два.

Я облокотилась на спинку стула и уставилась в окно. Ничего не обычного, облака и дождь. Причем, из-за него-то, я почти ничего и не вижу.

Самолет начал по медленному опускаться на землю, в ушах неприятно заложило. Через некоторое время, стало еще больнее, и мы все-таки приземлились.

Настало время выходить из самолета. К этому времени, Алиса уже разгадала все возможные кроссворды, которые только были, а Владислав уже давно проснулся.

Мы вышли из аэропорта примерно через час, получив чемоданы и оформив документы, Алиса заказала нам такси, и мы уехали.

Наш дом находился в одном часу пути. Даже чуть поменьше. Где-то минут сорок. Я села на заднее сидение, и смотрела в окно. Румыния была похожа на Питер. Все почти такое же. Наверное, все страны между собой похожи.

Дом поражал своими габаритами. Я-то наивная, думала, что он будет обычный.

Отдельный участок среди частных богатых домов. Мда, видимо тетя привыкла к роскоши.

Вид из окна моей комнаты, был немного странен. Из него наблюдалась высокая гора, и на ней такая ма-аленькая точка. Может дом, может поселок, а может…

— В замок Бран! Сейчас соберем вещи, и на экскурсию, которую я обожаю! — Алиса радостно вбежала в комнату, и приказала прислуге разложить мои вещи, и навести в доме порядок.

— У меня всегда было личное туда приглашение, и по праву я могу с собой взять еще пять человек, но мне одной тебя будет уже, много. — Тетя улыбнулась, и, схватив меня за руку, побежала к машине.

Через полчаса мы уже подъехали к горе, где возвышался небольшой мостик. Там было немного народу, и все в основном щелкали замок. Говорят, из-за погоды, экскурсии туда закрыли, так как на замок не раз обрушивалась целая лавина камней.

Тете удалось заставить нас пропустить в замок, и уже через пятнадцать минут, я стояла в огромном зале, широко раскрыв рот.

— Только ты тут громко не говори, говорят, тут до сих пор кто-то живет. — Заговорческим шепотом сказала мне тетя.

— Да ну?

— Ну да. Не раз люди видели, чьи-то следы, плюс, по вечерам тут горит свет. Правда, в основном свечи, точнее везде, но этого уже достаточно. По телу побежали предательские мурашки.

— Ааа… Может, врут?

— Может, но я лично сама видела. А знаешь, пошли, походим туда, где еще не была я? Сейчас замок в нашем распоряжении!

— Совсем?

— Ну, почти…

— А где ты еще не была? — С интересом спросила я, разглядывая хрустальный бокал на столе.

— Ну, например, в его личном кабинете, или спальне. Нам говорят, вообще полный хаос.

— Почему? — На бокале, были заметны отпечатки пальцев…

— Ну, просто, еще не отреставрировали. — Отмахнулась тетя, и подошла ко мне. — Чего ты тут копаешься?