Игорь Абакумов - Дойдем до неба

– Дождь…

Он распахнул окно и подставил лицо ринувшейся в комнату влаге. Поблаженствовав несколько секунд, снял с гвоздя, вбитого в стену, вешалку с серой формой и принялся одеваться. Замерев на мгновение, задумчиво посмотрел на экран монитора и, сделав шаг к столу, ударил пальцем по клавиатуре.

– Вот так…

Застегнув китель на все пуговицы, милиционер вышел в прихожую, встал перед зеркалом и, улыбнувшись, смахнул невидимую пылинку с капитанского погона.

– Ну что ж, время, – он посмотрел на часы, нажал на телефоне кнопку громкой связи и набрал номер.

После первого же гудка, в динамике раздалось нетерпеливое: "Да?"

– Это не он, Катюша, – надев фуражку, он улыбнулся своему отражению.

– Что тебе нужно, капитан? – в голосе девушки звенело раздражение.

– О! Ты помнишь, в каком я звании, – он усмехнулся. – В отличие от твоего мальчика…

– Илья, нам не о чем разговаривать. Я…

– Я помню, – он резко перебил собеседницу. – Предлагаю пари.

– Я жду звонка, извини.

– Он не позвонит.

– Я кладу трубку.

Илья выдержал паузу и, не дождавшись гудков отбоя, усмехнулся.

– Пари такое. Если он звонит тебе сегодня, я забываю и о твоем существовании, и о том, что мы были когда-то женаты. Если нет – завтра ты звонишь мне. Завтра, когда я вернусь с дежурства.

Он одернул китель, сполна насладившись молчаливыми колебаниями собеседницы.

– Пока, любимая. Звони завтра. После половины пятого. Будет интересно.

Илья разорвал связь и бодро вышел из квартиры.

Вне времени. Вне пространства, map #?

– Ах, да. Так что за "мапа"? – Базов попытался устроиться поудобнее.

– Карта. Во многих компьютерных играх так обзывают локальные миры. Виртуальная реальность.

Димка снова сел и покрутил рукой, разминая затекшее плечо.

– Заумно гуторишь как-то… Вроде лабиринта, по которому колобок от паучков убегает?

– Да, только круче. Компьютерная техника за двадцать лет далеко шагнула…

Дмитрий молча ждал продолжения.

– Я не помню… – Слава усмехнулся. – Я не знаю когда, как и с чьей помощью подключился к этой игрушке. Знаю только, уверен: настоящего здесь от меня – только сознание. А тело и все окружающее – компьютерная имитация…

– Слышь, имитация, – Баз грозно покрутил плечами. – А ежели я тебе щас в глаз дам, твоему сознанию больно будет?

Слава очень эффектно исчез. Развалившись на маленькие черные квадратики, мгновенно растаявшие во мгле. Димка открыл рот от неожиданности и, подпрыгнув, присел на корточки.

– Будет. Сознание смоделирует боль.

Базов резко обернулся. Кротков сидел в той же позе, но с другой стороны.

– Ты дослушай, а потом эксперименты с моим глазом задумывай.

Димон показательно нахмурил брови.

– Ладно, валяй дальше.

15.33. Пятница 14 мая 2010 г., г. Санкт-Петербург, ул. Академика Павлова, 9. Клиника Института мозга человека РАН, map #1837.

Павел Ильич, придерживая руки больного перебегал глазами с одного прибора на другой. Пациент неожиданно расслабился.

– Осталась одна карта! – Сергей повернулся от монитора. – Восемнадцать, тридцать семь. Но его там нет.

Ирина оторвала взгляд от ползущей ленты ЭЭГ.

– И что?

– Он вышел, мама.

Ира перевела взгляд на спокойное лицо Кроткова. Приподняла ему веко, посмотрела на дергающиеся иглы электроэнцефалографа. Павел Ильич глядел туда же.

– А активность-то есть, Иришка.

Сергей откинулся на спинку кресла и шумно выдохнул. Его блаженный взгляд уперся в циферблат над кроватью. Глаза студента рассеянно прыгали от одной стрелки к другой, а губы растягивались в отстраненной улыбке. Неожиданно он подскочил на стуле.

– Ой, я же Катерине не позвонил, – Сергей выхватил из кармана мобильный телефон.

– Не здесь, – предупреждающе поднял руку Павел Ильич и указал на дверь. – Тут чувствительные приборы. Звонить – в конец коридора и на лестницу.

Сережка кивнул и бросился к выходу. Пока Ирина оборачивалась, сына уже и след простыл.

– Эй! Ну, вот, сбежал… Хотела спросить, можно ли уже отключить датчики…

Павел поднялся и ходил теперь возле стойки, внимательно рассматривая показания приборов.

– Вернется, и спросишь, – пробормотал он, не оборачиваясь. – А пока могла бы историю заполнить и данные отобрать… Твой пациент, а ты его врач.

– Ну, уж нетушки. Сегодня твое дежурство. А я спать хочу, – она оглянулась по углам палаты. – Привез бы мне каталку, что ли, а?

Вне времени. Вне пространства, map #?

Вячеслав задумался на несколько секунд.

– В подобных играх всегда заложена некая жесткая задача. Задание. Правильно закончить игру можно, только добившись некоего определенного результата…

– Докатиться живым до выхода из лабиринта?

– В случае с колобком – да. В современных… Э… В будущих игрушках может быть чуть сложнее. Перебить всех врагов, найти клад, спасти заложников…

Димон радостно вскинул брови.

– Спасти младенца!

– К примеру, – Слава был более осторожен.

Базов вскочил и в восторженном волнении прошелся туда-сюда.

– Красиво излагаешь, черт тебя подери!

Неожиданно он остановился, словно налетев на что-то неподъемное и твердое. Секунду постоял в задумчивости и снова осторожно сел.

– А если не сумел выполнить задачу? То есть, вообще? Не справился, опоздал. Если задача стала невыполнимой?

Слава встал и, засунув руки в карманы брюк, повернулся к Димке спиной. Постояв молча несколько секунд, заговорил, не глядя на Базова.

– Колобок может сдаться пауку или прыгнуть в сектор с пламенем…

– И начать все сначала, – подхватил Димон.

– Да.

Кротков достал из внутреннего кармана милицейского кителя пистолет.

– Но неизвестно, есть ли у колобка в запасе жизни, – размахнувшись, он зашвырнул "вальтер" в серую даль. – Можно бегать по лабиринту дальше, в надежде найти другой выход. Но это весьма сомнительный путь…

– Да мы уже, похоже, побегали… Есть еще варианты?

Слава обернулся.

– Можно нажать "эскейп".

– Как, как?

– Кнопка такая в левом верхнем углу клавиатуры. Нажимаешь и вываливаешься из программы. Есть время подумать и принять решение – продолжить, начать сначала или закончить, не доиграв.

Базов хитро ухмыльнулся.

– Так вот, что ты сделал с этим поганым миром, да?

– Вроде того.

15.35. Пятница 14 мая 2010 г., г. Санкт-Петербург, ул. Гатчинская.

– Мама, вы опять пялитесь в глазок!

Старушка раздраженно крякнула, не меняя позы у двери. Оборачиваться к снохе она тоже не сочла нужным.