Владислав Римма Храбрых - Завод седьмого дня (СИ)

Написав список необходимых лекарств, он спустился в металлоплавный цех, но не нашел там Тибо, зато обнаружил друга в подсобке, где тот поглощал еду. Отвоевав у него бутерброд, Карел сел рядом и некоторое время молча жевал, глядя перед собой. Тибо рядом постоянно ерзал, вертелся и хотел, видимо, о чем-то спросить, но не мог.

– А ты знаешь, чем твоя дама занимается?

– Знаю, конечно, – прочавкал Тибо.

– Ты там тоже бываешь?

– Бываю. Но редко. Не все же могут сбежать с работы, как вы.

– А что я-то сразу? – протянул Карел, вытирая руки о штанину.

Вышло вкусно, но мало, а Тибо уже все съел и мог предложить только чай с молоком. Карел отказываться не стал.

– Я сходил, посмотрел и вернулся.

– Ну, и что ты думаешь об этом?

– Не знаю, – Карел пожал плечами, не зная, как ответить человеку, который тоже в этом замешан. – Не уверен, что могу делать выводы, ничего об этом не зная.

– Это правильно, – Тибо кивнул и с улыбкой посмотрел на Карела.

Тот удивленно покосился и отпил чай, оказавшийся несладким и не очень приятным на вкус. А Тибо, похоже, был очень доволен его ответом, и Карел невольно подумал, что не все настолько увлечены этим таинственным делом, как Хельга. И это, конечно, очень хорошо.

– Ты тоже не очень-то видишь в этом смысл? – осторожно поинтересовался Карел, а улыбка Тибо стала только шире.

– Да нет, почему же, очень даже вижу. Только немного не так, как Хельга. Она просто считает это делом всей своей жизни, а мне кажется, что это все пройдет, нужно только немного подождать.

Карел непонимающе нахмурился и посмотрел на друга. Тот говорил слишком умные для себя вещи и, наверное, ожидал чего-то от Карела. Карел же пока что не мог ничего понять, поэтому не мог ответить то, что от него ждали, и это немного нервировало.

Тибо улыбался, неотрывно смотрел и пил свой невкусный чай. Поднявшись, он потянулся, потрепал друга по волосам и ответил на его невысказанные мысли:

– Не переживай, дружище, ты же здесь недавно. Когда-нибудь все обязательно поймешь. И про Мастера, и про тех, кто против него. А я пойду.

И он действительно вышел, оставив Карела в одиночестве болтать недопитым чаем в жестяной кружке, которые обычно брали с собой на работу, чтобы не опасаться за их сохранность.

Карелу не нравилось то, что он не может понять своего друга – если, конечно, от их дружбы что-то осталось или она вообще была. Тот вел себя не так, как обычно, и давал понять, что что-то не так, но что, не объяснял.

С испортившимся настроением Карел вымыл кружку, оставил ее в ящике за жестяными мятыми дверцами и вышел из помещения, чуть не столкнувшись с парнем, которого он видел на собрании, куда его привела Хельга, и который не вызвал ничего, кроме смутной жалости и неприязни.

Джои был не против остаться в кабинете один и вовсе не боялся, что очень понравилось Карелу. Конечно, не только потому, что из парня выйдет толк, а скорее из-за того, что это давало неоспоримые преимущества: можно будет в любое нужное время уйти, не беспокоясь о кабинете.

Да, теперь Карел понял, зачем он нужен был Абелю. Интересно, как он теперь сбегает по своим делам и кого оставляет за себя? Нашел какого-нибудь дурачка, конечно.

– Лиа не будет переживать, если ты задержишься? – для очистки совести поинтересовался Карел.

Он уже почти вышел в коридор, но вернулся и прислонился плечом к дверному косяку. Джои сидел за столом, заканчивая с карточками двадцатилетней давности, и его, похоже, нисколько не тревожила бессмысленность этого занятия.

– Если она будет переживать, она знает, где меня найти. Если придет, я ей все объясню. Она понимает, что такое работа.

Карел уважительно кивнул и собрался было уйти, но Джои чуть обернулся.

– А не скажешь, где можно чаю себе сделать?

– А, я тебе принесу. А то ты заблудишься, наверное.

Карел быстро заглянул в подсобку, не увидел там никого, кого бы не хотел увидеть, приготовил чай в жестяной кружке, которой, как он знал, пользовался Ян, и вернулся в кабинет.

– Держи.

– Спасибо большое, – вежливо отозвался Джои и положил одну руку на кружку, грея ладонь теплым паром.

– Ага, – Карел немного смущенно почесал кончик носа и все-таки ушел.

Вряд ли, конечно, Ян его ждет и будет сильно ругаться, если он опоздает, но все равно, зачем опаздывать, когда можно прийти раньше?

Скорее всего, они не будут так тепло и по-дружески общаться, что захочется засидеться допоздна. Да и Джои нужно будет отпустить, а лучше проводить до квартиры и извиниться перед  Лиа. Все равно она будет волноваться и злиться из-за того, что он так надолго задержал ее сына.

Конечно, когда Карел приходил в квартиру, в которой занимал комнату, он никогда не стучал. Просто открывал дверь, входил и шел по коридору, минуя комнату Яна. Яна все равно было не дозваться.

Но в этот раз Карел рискнул, постучав в дверь. Через десять минут в коридоре раздались шаги, и Ян открыл незапертую дверь. Они немного постояли по разные стороны от порога, внимательно глядя друг на друга, после чего Ян отошел, приглашая Карела внутрь. Просто понял, что иначе он не войдет.

– Привет, – коротко сказал Ян и кивнул на дверь в свою комнату. – Если уже забыл.

Карел криво улыбнулся в ответ и прошел в комнату, в которой раньше никогда не был. Комната была пуста, если не считать кровати, пустого стола и ящиков, стоящих под столом. Яну этого, видимо, хватало. Он прошел следом и первым сел на кровать, Карел присел рядом.

– Я не думаю тебя надолго задерживать, ты же после смены.

Ян махнул рукой, показывая, что готов слушать. А отоспаться, если что, и на работе можно.

– Что такое?

Карел задумчиво пожевал нижнюю губу. Он не знал, что Ян думает о теме их разговора, но все же решился на это. В конце концов, Ян был таким человеком, которого вообще мало что касается.

Впрочем, Абель тоже таким казался.

– Так вышло, что я оказался на собрании тех, кто против Мастера.

Ян кивнул, предлагая продолжить.

– Я не знаю, относишься ты к ним или нет, в общем, я даже не знаю, кто этот такой ваш Мастер, чего они хотят, чего добиваются. Но это же так странно. Почему их не устраивает то, что у них есть? Зачем пытаются что-то изменить, если все, ну, нормально?

Ян неожиданно улыбнулся. Почесал спутанные волосы где-то над ухом, потянул загадочную паузу и только после этого ответил:

– Понимаешь, Карел, в чем дело. Люди всегда чем-то недовольны, так и должно быть. Если всех все устраивает, все тихо, все молча по углам, то это плохо. Это обязательно закончится большой бедой, потому что рванет так, что стекла повышибает. И это, знаешь, в самом прямом смысле. А оппозиция есть всегда. Причем очень часто она существует вместе с властью, и власть о ней знает, и все ее устраивает. Просто потому что иначе никак.