Amargo - Хороший ученик

— Ну как? Вдохновился? — радостно поинтересовалась Тао, возвращаясь на экран. — Не обижайся, но тебе с Ин действительно надо встретиться; она переживает, думает, ты на нее за что‑то сердишься…

— Переживает? — от удивления я едва не выронил телефон.

— Конечно, — уверенно ответила Тао. — Только ты не говори ей, что я тебе сказала — она все равно будет отрицать. В общем, развлекись там за меня, а если вдруг она откажется, звони, я приеду.

Отложив разговор с Ин до вечера, я вернулся к работе, задаваясь вопросом, может ли Ин переживать из‑за нашего редкого общения, или это уловка Тао. Мой сон вытеснился на периферию сознания, но в последующие дни едва не задушивший меня запах то и дело возникал вновь, всего на несколько секунд, будто маленькие воображаемые камешки падали на одну чашу весов, а на другой лежало время, остававшееся до того, что однажды мне предстояло сделать.

Авроры и их европейские коллеги искали сквибов — безрезультатно и, на мой взгляд, без особого смысла для дела. Если эти сквибы сотрудничали с убитым анимагом, они тоже были мертвы, и не всё ли равно, кто именно напал тогда на Поттера? Вероятно, обычные наемники, не знавшие, кто их нанял. Слишком сложный кружной путь до истины, через пешек в игре крупных игроков, не оставлявших за собой следов и свидетелей. Я считал, что нужно ждать удобного случая и готовиться к правильным действиями в правильной ситуации, однако Поттер, на которого уже один раз покушались, не горел желанием становиться чьей‑то мишенью во второй раз.

— Пока палочка на месте, ты в безопасности, — сказал я Поттеру в среду. — Если бы невыразимцы хотели…

— Ладно, тогда чего, по–твоему, они хотят? Как надо рассматривать то нападение? — спросил Поттер. Мы сидели в его кабинете, ожидая Бартлетта и Вулфа, которые должны были доложить о ситуации с поисками сквибов.

— Это провокация. Они хотят, чтобы ты совершил какие‑то действия, согласующиеся с их планами. — Поттер помрачнел; такое в его жизни уже бывало. — Возможно, они хотят привести тебя в какое‑то место, или чтобы ты сделал то, чего в обычной ситуации делать бы не стал… — Тут меня осенило. — Например, пошел и сам взял палочку Смерти!

— Но я не собираюсь ее брать! — воскликнул Поттер.

— Они могут поставить тебя в безвыходное положение. Или заставить думать, что ты в него попал. Гарри, мы не должны играть по их правилам; наоборот — пусть они играют по нашим. Они хотят, чтобы ты действовал определенным образом, а мы должны понять, что это за образ, каков их план, и перемудрить их.

— Вообще‑то на тебя у них тоже должен быть план, — заметил Поттер. — Они не могут не учитывать Легион.

— Конечно, они его учитывают, — согласился я, — и скорее всего захотят поссорить Легион и Министерство. Но в данный момент я не вижу предпосылок для такого развития событий. Ты лучше подумай, как обеспечить безопасность своей семьи.

Гарри вздохнул.

— Я не могу спрятать семью и всех, кто мне дорог, в каком‑нибудь замке на острове посреди океана, потому что некие силы хотят вынудить меня взять палочку. Но да, угроза есть, и это плохо. Нам надо найти сквибов, даже если тебе кажется, что в этом нет смысла. Предположим, портальная переброска анимага стала для них неожиданной и неприятной случайностью. Значит, они не хотят, чтобы мы шли по этому пути и начали бы искать нападавших через крысу и его вероятных подельников. Но если даже они убиты, ты говорил — у вас есть хороший некромант, который может попытаться найти их… Хотя, честное слово, в последнее время нас окружает слишком много мертвецов.

Слушая доклад Бартлетта, я заскучал. Перипетии поиска были малоинтересны, тем более он все равно ничем не закончился. Я думал об Ин; она действительно согласилась пойти со мной на вечер, а на прямой вопрос, звонила ли ей Мэй, удивленно покачала головой. Я вспоминал свой сон, что делал теперь с неприятной регулярностью и не только когда ко мне возвращался запах, понимая, как мало произошедшее похоже на обычное сновидение. Мне не хотелось идти в Косой переулок к этому странному человеку, который видел мою прошлую жизнь и соединил ее с этой, сохранив и передав палочку Левиафана. Что ему надо сейчас? И почему приглашение к разговору прислано в такой пугающей форме?

Поттер что‑то спросил у Бартлетта, и я перевел взгляд на Гарри. Поттер был молодец; он избавился от своей простоты, предсказуемости и желания спасти всех и сразу, научился быстро соображать и вольно или невольно развил в себе (или по крайней мере не задавил) те черты, что иногда делали его гораздо темнее, чем ему бы того хотелось. Сейчас он находился в своей стихии, моя же осталась далеко на юге. "Поручите мне спланировать военную операцию, и я без проблем это сделаю, — думал я, отчасти обращаясь к тем, кто назначил меня на кабинетную должность, — но здесь… здесь даже не тайная война, а какие‑то извращенные шахматы, где партию выигрывает тот, кто сдвинет меньше фигур и сможет доказать противнику, что способен на любом этапе предугадать все его ходы… Ладно, пусть, но ведь послали‑то сюда меня, а не того, кто искусен в интригах и политике. Дело в другом: я всех их знаю, и у меня есть преимущества, которых не было бы у нового человека…"

— Линг, не спи! — Поттер постучал ладонью по столу. — Опять ты где‑то не здесь! Ты хоть что‑нибудь сейчас слышал?

— Вы нашли сквибов? — спросил я, возвращаясь в реальность из путешествия по собственному сознанию.

Через несколько недель с начала расследования Бартлетт и Вулф наконец‑то научились смотреть в мою сторону. Меня здорово раздражало их отношение, но не потому, что я обижался или считал его незаслуженным; в определенном смысле это была зависть: они могли выражать свои чувства независимо от того, к кому их испытывали, а я себе такой роскоши не позволял уже очень давно.

— Мы не нашли сквибов и спрашивали сейчас о вашем некроманте, — проговорил Бартлетт, недовольный моим невниманием.

— Я договорюсь о встрече, — пообещал я.

Услышав поручение связаться с чешским Легионом, Ларс посмотрел на меня так, словно ослышался.

— Вы хотите проконсультироваться у Давида Ари? — переспросил он.

— Мне говорили, что он мастер, — ответил я, задержавшись у дверей в кабинет. На лице Ларса отразилось легкое потрясение, но я, не желая развивать эту тему и давать отчеты своему секретарю, резко завершил разговор:

— Просто договорись и всё. Это трудно?

— Нет, сэр, — смутился мой помощник и уткнулся носом в компьютер.

Я закрыл дверь, сердясь на Ларса, задававшего слишком много вопросов там, где требовалось выполнить простое задание, а заодно и на себя, что сорвался и повысил тон.

Через двадцать минут Ларс доложил, что в пятницу, в шесть часов вечера, нас ожидают в Пражском криминалистическом отделе Легиона. Я сразу позвонил Поттеру и сообщил новость.