Skylin - Шелест тайн

— Потому что ваша продолжительность жизни ни в пример длиннее человеческой и у вас больше времени для развития собственных навыков? Долголетие позволяет вам сохранять «память предков» в наиболее неизменном виде? Насколько я поняла, история эльфов насчитывает не один десяток тысячелетий и, не думаю, что за это время вы остались на той же ступени развития.

— Верно, — признал Шаен, посмотрев на меня странным взглядом, который я не смогла расшифровать. — Но дело не в этом, точнее не только в этом. Человеческие маги в большинстве своем предпочитают действовать грубой силой, лишь немного изменяя и направляя ее. Это… не самый действенный способ из всех существующих. Мы, перворожденные, предпочитаем работать со стихиями, не подчиняя их, а наоборот, уговаривая. Результат таков: откат удается сократить во много раз.

— Тогда, получается, что силу, которую используют на зачистку побочных выбросов магии, можно использовать на что-нибудь другое? — восхитилась я. Еще бы не восхититься: экономия выходила просто удивительная. — Но, ведь это не единственная причина?

Шаен был приятно удивлен моей догадливостью. Похоже на то, что в его глазах я начинала переходить из категории «чрезвычайно опасна и немного не в себе» в более почетную категорию «не менее опасна чем раньше, но умнее чем я думал», какие выводы сделал из этого эльф я не знала.

— Есть еще одно обстоятельство, которое стоит учитывать, — согласно кивнул головой перворожденный. — Все эльфы способны чувствовать природу, у некоторых из нас получается говорить с ней, но никто не способен ей управлять. Мы можем только уговаривать ее немного изменить погоду или указать выход из леса. Хотя я не стану отрицать, что и среди людей встречаются маги-погодники, — при последних словах Шаен поморщился с едва заметным отвращением. — Они действуют грубо и приносят больше вреда, чем пользы. Перворожденные наделены способностью чувствовать всё живое, дышать с ним в такт, и после этого видеть, как твои соплеменники ранят энергетическую оболочку мира для нас очень и очень неприятно.

— Почему же вы не просветите невежественных человеческих волшебников? — сказала я, стараясь скрыть смущение за иронией.

— Как рассказать тому, кто неспособен слышать? — с легкой грустью посмотрел на меня перворожденный. — Вы люди, не умеете ощущать живое и понять какой вред наносите ему, пусть и непроизвольно — не можете. Исключением являются потомки смешанных браков, но они и раньше были немногочисленными, а после войны стали происходить еще реже.

Да уж, тут возразить нечего. Война прочно вселила в головы большинства людей убеждение, что все прочие расы несут с собой только беды и проблемы. Почти каждый крестьянин, даже не прочитавший за всю свою жизнь ни одной книги был свято уверен, что именно нелюди спровоцировали войну и винили их во всех горестях, выпавших на долю человеческой армии. Большинство крестьян не владели письмом и чтением, так что рассчитывать на то, что они будут изучать книги по истории — не приходилось.

С грамотностью в людском королевстве дела обстояли, скажем честно, туго. Количество образованных людей резко уменьшалось по мере удаления от столицы и достаточно крупных городов. В селах школы организовывались только на инициативе местных жителей, из которых образованными были единицы. Так что такие заведения можно считать скорее исключением, чем закономерным явлением. Впрочем, попадались среди крестьян и просвещенные люди, но такие не задерживались надолго в деревеньках, а предпочитали селиться в городах покрупнее.

Все это было известно мне со слов Дария, а мое знакомство с жителями Сокольниц, только подтвердило вышесказанное. Меня этот факт несказанно печалил, ведь всю сознательную жизнь я прожила в мире, где каждый мог беспрепятственно получить начальное образование, а не умение читать и писать было настолько диким, что могло вызвать только недоумение.

Говорить или не говорить Шаену, о своих способностях слышать природу, решила в зависимости от обстоятельств. Дарий не рассказывал о том, что это присуще только представителям других рас и, признаться, меня это озадачило. В моем мире кроме людей других народов не было и точка. В общем, эту тайну я прибавила к списку прочих, с надеждой, что когда-нибудь она будет отгадана.

— Шаен, скажи, чем конкретно отличается ваш вариант творить магию от нашего, людского? — задала интересующий меня вопрос.

Если я в ближайшее время не собиралась распространяться о схожих с эльфийскими или даже превосходящих их в какой-то мере способностях, то узнать, как пользоваться ими меня ничего не останавливало и являлось даже необходимостью.

— Мир сам знает, как лучше действовать, — задумчиво ответил перворожденный. — Эльфы, могут не только ощущать присутствие магии, но и видеть силовые линии. Мы учим своих магов использовать уже созданные природой каналы, что позволяет сократить откат до минимального уровня. Я бы не назвал этот способ наиболее легким из существующих, но он делает заклинания гармоничными и позволяет им сохраняться несколько дольше.

«Несколько дольше? — пораженно подумала я. — Шаен, что — шутит?! Магия перворожденных считается одной из самых могущественных и долговечных в мире! Об этом заявлено во всех книгах, которые я прочитала! А с чего вдруг эльф разоткровенничался? — подозрительно сощурилась я. — Наверное, думает, что не смогу использовать полученные знания… Посмотрим-посмотрим…»

— Ты заявляешь, что мне скорее всего недоступен такой способ сотворения заклинаний и, тем не менее, объясняешь? — осторожно спросила Шаен, так, на всякий случай. — И чему же, позволь узнать, собираешься меня учить?

— Я отвечаю на заданный вопрос, — спокойно ответил эльф. — Мой народ никогда не делал из этого секрета. Я не планировал обучать тебя нашей магии, ведь, как ты верно заметила, вряд ли получится что-нибудь путное. Я всего лишь покажу тебе общедоступные упражнения, чтобы твоя магия перестала быть спонтанной и неконтролируемой.

Дав мне время обдумать услышанное, эльф зашел за угол дома и взял небольшое полено из заранее нарубленной стопки. Поставив его передо мной, Шаен выжидающе уставился на меня.

— Зачем оно? — удивилась я. Разговор о магии, как-то не хотел связываться с самым обычным поленом. — Что мне с ним делать? Гипнотизировать?

— Отнюдь, — невозмутимо ответил перворожденный. — На этом замечательном бревнышке тебе предстоит опробовать одно из самых элементарнейших заклинаний — «силовую волну».

Пожалуй, про «элементарнейшее» эльф преувеличил. Конечно, существовали заклинания намного сложнее, но «волна» требовала большой сосредоточенности и четкого мысленного приказа. Заклинание было достаточным капризным и при послаблении внимания легко рассеивалось и растворялось вокруг. Или же меняло свое направление и поражала совсем не тот объект, который планировалось изначально.