Екатерина Бальсина - Привидение без замка

Со скоростью двух курьерских поездов, движущихся навстречу друг другу, они столкнулись. Раздался ужасающий треск. Антон, сбитый с ног весовым преимуществом Машеньки, отлетел в сторону. Машуня, потеряв равновесие, некоторое время стояла, размахивая руками и пытаясь удержаться от падения, но все же не удержалась и рухнула на судорожно пытающегося отползти в сторону Антона. До нас донесся приглушенный вскрик и хруст ломающихся толи веток, толи костей. Осы в недоумении замерли, растерявшись, куда делась цель.

Мы с Лешкой испуганно вцепились друг в друга.

— Мама! — выдохнула я. — Надеюсь, он жив?

Лешка рванул к месту происшествия, опрокинув по пути мангал. Я устремилась следом за ним.

Машка, кряхтя и едва не плача, чуть ли не на четвереньках продолжила свой нелегкий путь. Мы склонились над Антоном, забыв про жужжащий над головой рой. Осы заинтересованно кружились вокруг.

Антон лежал с закрытыми глазами, раскинув руки и ноги в разные стороны, наполовину вдавленный в почву.

— Он дышит? — робко спросила я.

Лешка встал рядом с другом на колени и приложил ухо к его груди.

— Вроде дышит. Надо ему искусственное дыхание сделать.

— Я не буду, — тут же отмазалась я, отмахиваясь от особо наглой осы, усевшейся на мою щеку. Та обиделась и немедленно впилась мне в руку. Ее товарки тут же оживились и устремились ко мне. Я взвизгнула и бросилась бежать. Довольные осы, обнаружив новую цель, с угрожающим гудением устремились за мной.

К счастью, неподалеку протекала речка. Я, не долго думая, сиганула в воду и нырнула. Оскорбленные в лучших чувствах осы прогудели мне что-то неприличное напоследок и вернулись к представителям мужского пола. Я тут же вынырнула и принялась с интересом наблюдать дальнейшее развитие событий.

Лешик уже откачал друга и теперь заставлял его шевелить всеми конечностями на предмет повреждения. Антон со скрипом, но сгибался в суставах. Вернувшиеся осы с любопытством покружились над мужчинами, решая, вернуться домой или еще немного понаблюдать за этими, такими забавными, людишками. Немного пожужжав в размышлениях, рой склонился к последнему.

Антон взмахнул рукой, словно отгоняя кого-то — зуб даю, что это была та же самая любопытная оса — и обрадованный новым развлечением рой накинулся на следующие жертвы. Моя персона, неопределенно бултыхающаяся в прохладной водичке, была обрызгана по самое не хочу подоспевшей в гости компанией. Я поспешила снова нырнуть.

Осы, убедившись, что больше гонять некого, сделали над нашими головами круг почета и неспешно удалились в гнездо. Из кустов вылезла все это время отсиживающаяся там Машка и подошла к бережку.

— Эй, вы там как? — крикнула она нам. — Все целы?

— Нет, — простонал Антон. — Я застрял!

— В каком смысле? — удивились мы все.

— Здесь дно какое-то мягкое. Я, когда прыгнул, провалился по пояс и теперь вылезти не могу.

Меня пробило на истерический смех. И эти мерзкие люди еще смеют утверждать, что это со мной все время что-то происходит?

Мы попробовали с нахрапа вытащить Антона на берег, но едва сами не увязли. Дно в этом месте действительно было мягкое. Ноги моментально погружались по колено, и вытащить их обратно оказывалось не так уж и легко.

В конце концов, отчаявшись вытащить Антона своими силами, мы решили перейти к радикальным мерам. Лешка подогнал поближе машину, бросил другу один конец буксировочного троса, велев как следует обмотаться им, прицепил другой к машине и потихоньку поехал вперед. Мы с Машуней, затаив дыхание, наблюдали за спасением утопшего в грязи.

Веревка натянулась, Антон застонал, потом завопил, потом заругался. Волнующийся Леша нажал на газ чуть сильнее, и Антон с громким чпоком вылетел из трясины, весь перемазанный грязью и страшно злой. Мы с облегчением перевели дух.

— Нет, после такого стресса мне просто необходимо подкрепиться, — серьезно сказала Машуня, помогая Антону освободиться от троса. Я согласно поддакнула.

— Шашлыки! — вдруг отчаянно заорал Лешка и бросился к перевернутому мангалу.

Поздно! Погребенные в горячих углях кусочки мяса давно уже сами обуглились и не подлежали опознанию. Поскребя твердую черную корочку в наивной попытке обнаружить под ней что-нибудь съедобное, мы огорченно выкинули испорченный продукт и приступили к готовке следующей порции.

— Ну, ничего, — жизнерадостно утешил нас Лешик. — Можно пока и салатиком подкрепиться. А там, глядишь, и мясо подоспеет.

Машуня при упоминании о салатике скорчила такую кислую физиономию, что мы все рассмеялись.

— Милая, — постарался успокоить ее Лешенька. — Потерпи чуть-чуть. Я тебе самые вкусные кусочки выберу.

Обрадованная Машенька предвкушающе облизнулась и немного повеселела. Мы жадно уминали овощной гарнир, желудки радостно урчали, от костерка доносился умопомрачительный запах жарящегося шашлыка, еще больше подстегивая аппетит.

Наконец долгожданное угощение прожарилось и было подано к столу. Машка, косясь в сторону помеченной территории, явно была готова совершить очередной забег, но не устояла перед поставленным под носом благоухающим соблазном и жадно накинулась на еду. Мы, несмотря на уже изрядно набитые животы, постарались от нее не отставать.

Когда я почувствовала, что еще немного, и я просто лопну, то отвалилась от тарелки и с глубоким вздохом растянулась на пледе.

— Эх, хорошо-то как! — жмурясь на солнышко, промурчала я. Кожа на животе натянулась как барабан, глазки засоловело закрывались. — Я тут подремлю немного, разбудите перед отъездом.

— Нет, мы тебя здесь оставим, — язвительно сообщила мне Машуня, снова направляясь в кустики. — А то боимся, как бы по дороге чего не случилось.

— В смысле? — я лениво повернула голову в ее сторону. — А что должно случиться?

— Знать бы что, — сердито ответила на полпути остановленная подруга. — Из-за тебя вечно какой-нибудь сыр-бор происходит. Сегодняшний день не исключение.

— Да я вообще ничего не делала, что ты на меня наезжаешь? — обиженно возмутилась я.

— Если б мы тебя с собой не взяли, то спокойно бы провели день на природе, без всяких злоключений. Ты на Антона посмотри! Он же теперь рот толком открыть не может, так его после ос раздуло.

— Я его в осиное гнездо не пихала, — пробурчала я. — Он сам полез.

— С другой стороны, — Машка повернулась ко мне спиной и потопала дальше, — если бы мы тебя с собой не взяли, то просидели весь день в тоске и скуке. А так будет что вспомнить!

— Вот так-то, — довольно вынесла я вердикт. — Со мной плохо, а без меня еще хуже.