Тая Ханами - По обе стороны Земли

Через полчаса появился пол нового жилища, еще через час - выросли стены, а спустя какое-то время, и игольчатая, абсолютно непромокаемая крыша. Заметно отощавший Антон скушал тазик еды, потребовавшийся для восстановления потраченных им сил, и приступил к внутренней отделке помещений. Не прошло и восьми часов, как в распоряжении Ярослава оказалась новая избушка. Практически точная копия той, что служила мне домом в Заповеднике.

Так Ярослав сделался обладателем единственного на острове водопровода. Местные маги-строители решали эту задачу как-то иначе, синтезируя воду из окружающей среды.

В общем, все остались довольны - и Ярослав, и маги, и домовой. Последний, так вообще пребывал на седьмом небе от счастья. Мы его, рвущегося за своей драгоценной сумой в дом Терентия, чуть ли не силой удерживали на месте. Волхв, узрев муки домового, пожалел зверушку, сам отправил за вещами. Тишка исчез в мгновение ока, даже пятки не мелькали!

Одно отравляло идиллию - то, что рядом периодически появлялся какой-то хмырь в рясе. Заместитель верховного волхва по хозяйственной части, как потом выяснилось. Бледноглазый, весь какой-то обтекаемый, с настолько незапоминающимися чертами лица, что, казалось, отойди от него на пару шагов, и не вспомнишь, как он выглядел. И имечко у него было под стать внешности - Тихоний.

И про все-то Тихонию нужно было спросить, а после этого во всем усомниться. Если бы не присутствие Терентия, никакого водопровода бы не случилось, потому что обтекаемый товарищ решил усомниться в том, будет соблюден ли экологический баланс. И откуда только аборигену известно слово "экология"? В общем, Тихоний оказался ложкой дегтя в бочке местного ароматного меда.

Дабы избежать пристального внимания со стороны не в меру любопытного менеджера по хозяйству, я громко провозгласили, что мы отправляемся на экскурсию. Коврик не стал противиться, подлетел поближе, поднял правый уголок, всем своим видом подтверждая готовность к сотрудничеству. И я ему была за это весьма благодарна, ибо чуяло мое сердце, что Тихоний способен испортить нам настроение.

Но Антон задержался, отвечая на вопросы местного специалиста по древесной части, и не видел, как Тихоний двинулся в его сторону. Он шел неспешно к намеченной жертве, точно паук по паутине к запутавшейся в ней мухе. Причмокивая губами от вожделения, потирая волосатые руки… И мне стало не по себе. Можете считать меня нервной и впечатлительной, но я вдруг почуяла угрозу, исходящую от зама Терентия по хозяйственной части. Тело, приученное начальством не думая, реагировать на опасность, поняло команды мозга правильно - призвало огненных элементалов. Металлист, имевший дело с моим характером аж целых три месяца во время обучения, почуял, что дело пахнет керосином, и схватил меня за руку, в которой уже переливался красными оттенками маленький такой фаербольчик. Потом он мне признался, что испугался не столько огненного шарика (эка невидаль!), сколько хищного выражения на моем лице.

Я было начала вырывать руку из железной хватки металлиста, отчаялась, и новый фаербол расцвел у меня в левой руке. Ярослав метнулся в дом за талисманом. Неизвестно, чем бы дело кончилось, если бы в самый последний момент на линии атаки не возникла массивная фигура Терентия. Не поменявшись в лице, верховный волхв Валаама изловил летящий в Тихония сгусток огня. Незащищенной рукой.

Лицезрение Терентия моментально привело меня в чувство. Я виновато шмыгнула носом, и приготовилась получать нагоняй. Но могучий волхв даже не рассердился. Понимающе подмигнул мне, до нельзя смущенной. Повернулся к Тихонию, взял того под локоток…

И увел, его, облизывающегося на закончившего переговоры друида, куда-то по направлению к хозяйственным постройкам.

– Пронесло! - только и смог сказать обычно занудный металлист. - Полетели, что ли?

Глава 9.

– Ну, рассказывайте, гости дорогие, - залил весь объем помещения густой бас волхва Терентия. - С чем прилетели, что в мире делается? Как Иваныч поживает?

Мы снова были одни, в смысле только наша неразлучная троица и верховный волхв. Где-то рядом сновал Миша, обеспечивая всю честную компанию едой, но он был не в счет. Ярослав, столь скоропостижно обзаведшийся жильем, покинул наши ряды сразу после облета острова. Что же, у каждого своя дорога… Хотя мне, признаться, жалко было с ним расставаться - компаньона с таким легким характером еще поискать надо было! И не сыскать…

Но насущные дела не давали грустить, звали жить дальше. Да и с волхвом Терентием очень хотелось пообщаться. Поэтому я, несмотря на легкую грусть-печаль, взяла инициативу в свои руки:

– Рассказывать-то можно долго и много…

– А ты по порядку, - посоветовал волхв, подмигнув мне терракотовым глазом. - Как ты думаешь, почему вы тут очутились?

– Ежели по порядку, - задумалась я, - то тогда, пожалуй, начать разговор стоит все же с Мани.

Конечно, можно было начать рассказывать с момента встречи с Борисом Ивановичем, но в этом случае, повесть моя (включая все обучение) всех наверняка бы утомила. Да и начальство, помнится, связало окончание спокойного отрезка времени с нападением на многоножку…

– Вот и отлично, кто такая Маня?

Я поведала вкратце про ранение стража Заповедника, про лечение "Ивасями". Терентий слушал, не перебивая, лишь раз переспросил, при чем тут селедка, и почему ее используют для лечения депрессии. Пришлось объяснить.

Потом настал черед металлиста, он рассказал о своем внезапном да негласном переводе из новосибирской конторы, по настоятельной рекомендации директора, некоего Всеволода Ромуальдовича. Верховный волхв задал пару уточняющих вопросов, но не более того.

Друид ничем, кроме безоглядной любви к ежке Жозефине, похвастать не мог. А потому промолчал.

– С предысторией понятно, - подытожил Терентий. - Неспокойно стало у вас там, в Заповеднике… Да… Неспокойно. Но почему вас на изнанку отправили?

– Посмотреть свежими глазами на этот мир, увидеть, нет ли чего необычного, - честно ответила я.

– Узнаю Иваныча, - прогудел Терентий. - Всегда имел склонность к интригам. Даже ссылка его не утихомирила.

– Так это не только Борис Иванович один придумал, - решила я выложить "всю правду". - Два, извините меня, хитрых дедушки, он и Глеб Макарович, в момент сговорились, и послали нас на… э-э-э практику.

– А вы и согласились? - хитро прищурился верховный.

– Ну, я всегда не прочь прогуляться, - почему-то смутилась я. - И остальные не очень сопротивлялись, - не дала я право голоса парням. - В общем, на следующее утро мы уже были изнанке…