Маргарет Уэйс - Драконы мага песочных часов

— Дракониды хорошие воины, — покачала головой Кит, — но ужасно плохие писцы.

— Возможно, я могу быть тебе полезным, — мягко сказал Рейстлин.

Китиара повернулась к нему:

— Ах, младший братик. Рада видеть тебя живым. Я думала, ты погиб в Водовороте.

«Только вопреки твоим усилиям, сестра», — хотел сказать маг, но промолчал.

— Этот братик выбил из Ариакаса сто стальных монет, чтобы явиться сюда и шпионить за тобой, — сказала Иоланта.

— Он? — Китиара улыбнулась. — Вот молодец!

Обе женщины заговорщицки рассмеялись. Рейстлин тоже улыбнулся во тьме капюшона, который он предусмотрительно надвинул поглубже. Он был рад подтверждению своих подозрений, касающихся Иоланты. Теперь ему надо просто наблюдать и запоминать.

— Не понимаю… — начал он, переводя взгляд с сестры на ведьму, — я думал…

— Думал, Ариакас нанял тебя, чтобы шпионить за мной, — сказала Китиара.

— Нам нужно было, чтобы ты так думал, — сказала Иоланта.

Рейстлин покачал головой, словно сильно озадаченный, хотя, по правде говоря, он и так уже многое подозревал.

— Позже я все объясню, — сказала Кит. — Я действительно была рада получить известие от Иоланты, что ты все еще жив. Опасалась, что вы с Карамоном не сможете избежать Водоворота.

— Я сбежал, — сказал Рейстлин. — Другие не смогли. Они погибли в Кровавом море.

— Так ты не знаешь… — начала Китиара, потом замолкла.

— Не знаю чего?! — резко спросил Рейстлин.

— Твой брат не погиб. Карамон выжил вместе с Танисом и этой рыжей официанткой, имени которой я никогда не могла запомнить, так же как и имени той женщины с жезлом и ее мужа, громадного варвара.

— Не может быть! — выдохнул Рейстлин.

— Уверяю тебя, все точно. Они были вчера в Каламане. И, как доносят мои шпионы, там встретились с Флинтом, Тасом и эльфийкой Лораной. Кажется, ты ее тоже знаешь.

Кит продолжила говорить о Лоране, но Рейстлин не слушал. Теперь он был вдвойне рад, что надвинул капюшон пониже. Сейчас выражение его лица менялось так стремительно, что он напоминал буйного алкоголика. Он так был уверен в смерти Карамона… Он убедил себя в этом, повторял каждый день и каждую ночь. Маг закрыл глаза, чтобы комната прекратила вращаться, и рухнул на стул, стоящий рядом. Он с трудом вновь обретал контроль над собой.

«Почему я волнуюсь, жив Карамон или нет? — спросил он себя, впиваясь пальцами в край сиденья. — Мне же все равно».

За исключением того, что это неправда. Где-то глубоко-глубоко внутри некая маленькая и очень презираемая Рейстлином частица, та, которую он так долго пытался уничтожить, сейчас горько плакала.

Китиара смотрела на него, видимо ожидая ответа на вопрос, который маг не услышал.

— Я не знал, что он жив, — произнес Рейстлин, отчаянно пытаясь взять себя в руки. — Странно, что он оказался в Каламане. Этот город находится на другом конце света от Устричного. Как наш брат мог туда попасть?

— Я не спрашивала. Время и место были неподходящими для семейного воссоединения, — рассмеялась Китиара. — Я была занята, диктуя простонародью условия выкупа за их так называемого Золотого Генерала.

— А кто это?

— Лорана, та эльфийка.

— Ах да, — сказал Рейстлин, — я слышал, что рыцари выбирали ее, еще когда был в Палантасе. Кажется, выбор был единодушным и она победила.

— Повезло, — сердито буркнула Китиара. — Но я положила конец ее победам. Теперь она моя пленница.

— И что ты задумала с ней сделать?

Китиара помолчала.

— С ее помощью я собираюсь заполучить Корону Власти. Я объявила людям Каламана, что в обмен на Лорану они должны отдать мне Берема.

Рейстлин начал понимать. Он вспомнил рулевого на борту судна. Того, кто вел корабль в Кровавом море. Старика с молодыми глазами.

— А Берем вместе с Танисом, верно?

— Откуда ты знаешь? — удивленно воззрилась на него Китиара.

— Просто догадался, ничего более. — Маг пожал плечами. — Думаешь, ради Лораны Танис согласится обменять Берема?

— Я знаю, так и будет, — сказала Кит. — А Лорану я обменяю на Корону.

— Так вот каков твой секретный план… А где Танис и мой брат сейчас?

— Пытаются найти способ спасти эльфийку. Мои шпионы висели у них на хвосте, но потеряли след. Зато встретили одного кендера, похожего на Тассельхофа, который спрашивал, как добраться до места под названием Обитель Богов.

— Обитель Богов… — задумался Рейстлин, — Что это такое? Никак не могу вспомнить.

Конечно, он знал. Обитель Богов была сакральным, святым местом, посвященным Богам. Но маг не собирался передавать такую информацию сестре. Знание — сила. Теперь его заботил вопрос: зачем Карамон и Танис отправились туда?

— Говорят, Обитель Богов расположена около Нераки в Халькистовых горах, — продолжила Кит, — у меня там разосланы патрули. Скоро компанию обнаружат, и Танис отведет меня к Берему.

— Почему этот человек так важен? — спросил маг. — Для чего добрая половина армии занята его розысками? Что делает его ценней, чем Корона Власти?

— Тебе ни к чему это знать.

— Если хочешь получить от меня помощь, придется сказать.

— Мой младший братик — корыстный ублюдок, — усмехнулась Китиара. — Но именно так я тебя и воспитала. Я расскажу тебе всю историю.

Она подвинула стул и уселась поудобней. В комнате было лишь два стула, а Иоланта сидела, скрестив ноги, на кровати.

— Тебе понравится эта история, — чуть улыбнулась Китиара, — она ведь о двух родственниках, один из которых убивает другого.

Если она и ждала от Рейстлина реакции, то ей пришлось разочароваться: маг остался сидеть неподвижно.

— Как говорят, — начала Кит, — один парень по имени Берем и его сестра наткнулись на сломанную колонну, всю покрытую редкими драгоценными камнями. Они были очень бедны, и Берем решил присвоить изумруд. Сестра возражала, и, короче говоря, он проломил ей голову.

— Она упала и ударилась головой о камень, — заметила Иоланта.

— Не имеет значения, — отмахнулась Китиара. — Важно то, что Берем был проклят Богами и заполучил этот изумруд в грудь. И теперь блуждает по миру, стараясь искупить вину. А в это время сестра простила Берема, и ее добрый дух вошел в камень. Когда Такхизис попробовала обойти ее, то не смогла. Вход в наш мир оказался для нее закрыт.

Если бы Рейстлин сам не видел изумруда в груди Берема, то никогда не поверил бы этой байке. «Я был прав, — подумал он, — Такхизис не может явиться в наш мир во всей своей силе. Это хорошо. Иначе война закончилась бы, не успев начаться».