Евгений Малинин - Драконье горе

– Боюсь, что принц все равно уже знает о моих способностях… – виновато улыбнувшись, пробормотал я.

Кроха и Топс замерли и уставились на меня, а через секунду в дверном проеме появилась столь же настороженная мордочка Фоки.

– Ну, во-первых, мы не совсем обычно попали в замок… – напомнил я моим маленьким друзьям о мороке в башенных воротах.

– Это ерунда! – перебивая меня, пискнул Фока. – Случайность! А твоя болтовня на площади перед принцем – обычная заносчивость благородного сэра!

– Но за только что состоявшимся обедом я очень ярко продемонстрировал принцу, на что способен… – покаялся я.

– А подруга принца тоже была?… – очень серьезным голоском поинтересовался Топс, но фея его перебила:

– Это уже не важно… Думаешь, принц скроет от нее то, что видел?…

Затем Кроха снова повернулась ко мне, и ее личико стало весьма озабоченным:

– Если бы это было возможно, я тебе посоветовала бы немедленно покинуть замок. Но… Долго ты здесь собираешься пробыть?…

– Принц сказал, дня три-четыре…

– Старайся быть все время на виду, в компании… А вот это… – она быстро сунула руку в кармашек платья и протянула маленькую почти прозрачную пластинку, напомнившую мне половинку жевательной резинки, – …положи под язык… На всякий случай!…

Я был настолько встревожен их серьезным видом, что без возражений и дополнительных пояснений сунул пластинку под язык. Она тут же рассосалась, во всяком случае, я никак ее не ощущал.

– Теперь, если что-то будет тебе угрожать, ты сразу почувствуешь! – удовлетворенно проговорила Кроха.

– Если что-то будет угрожать?… – переспросил я весьма тревожно. – Может, ты мне просто объяснишь, что мне может угрожать?!

– Можно было бы – объяснили бы! – грубо пискнул Фока. – Кто ж знает, что теперь ожидать от… советников принца?!

– Вообще-то принц был весьма приветлив… – неуверенно начал я, но Фока тонко захихикал:

– А ты думал, он тебя сразу в подвал законопатит?! Он же еще не знает, кто ты такой!…

– Ну, мы тоже не знаем, кто он такой и что у него на уме… – резонно заметил Топс.

И тут я вспомнил о брошенной в столовой принца пуговице и улыбнулся:

– Возможно, мы кое-что узнаем!…

Вся троица мгновенно уставилась мне в лицо, однако я не стал ничего объяснять. Вместо этого я озабоченно проговорил:

– Надо успокоить Гротту по поводу моей личной горничной… – и направился к выходу из кабинета. За моей спиной царило молчание.

Когда я вернулся в общую столовую, Гротты там уже не было. Сэр Вигурд по-прежнему сидел в кресле, глубоко задумавшись. Он даже не заметил, как я прошел через комнату. Гротту я нашел на первом этаже, на кухне, где она что-то готовила на небольшой плите. Я быстро успокоил ее, сообщив, что Кроха действительно моя горничная, но что ее никто не присылал, поскольку она вообще не состоит в штате замка. Просто я не ожидал, что она приедет сегодня. Девушка облегченно улыбнулась, и тогда я спросил, что она готовит.

– Благородным гостям еду, если они кушают у себя, приносят из дворцовой кухни, а я готовлю для себя сама, – ответила она и добавила: – Сейчас вам мои услуги не нужны, вот я и решила приготовить себе обед…

Я с некоторым сомнением посмотрел на маленькую кастрюльку, стоящую на огне. На мой взгляд, ее содержимого едва ли хватило бы, чтобы накормить дошкольника. Однако больше вопросов я задавать не стал, чтобы не смущать девушку необычным поведением благородного сэра.

Я снова поднялся в столовую. Сэр Вигурд все еще находился там, и по выражению его глаз было видно, что он до чего-то додумался и принял некое решение.

– Я смотрю, рассказ Гротты поверг тебя в серьезные раздумья… – шутливо произнес я. – И что же ты надумал?

Однако маркиз не поддержал моего легкомысленного тона. С абсолютно серьезным видом он ответил:

– Если на нашем пути встретится барон Торонт, шестой лорд Гастор, я потребую у него рассказать мне об этом случае. И если то, что поведала нам Гротта, окажется правдой, я вызову барона на поединок!…

Я долго молчал, рассматривая открытое честное лицо маркиза, а потом грустно спросил:

– Как ты думаешь, сэр Вигурд, если Гротта рассказала нам правду, сможет барон тебе соврать… сказать, что все это выдумки лживой кра-сквотки?

Он сразу понял мой вопрос и его лицо омрачилось. Тогда я спросил:

– Ты сам наследник маркизата, пусть даже и шестой, сам-то ты как считаешь, может то, что сказала Гротта, быть правдой?

Он несколько смутился:

– Понимаешь, сэр Владимир, я был очень мал, когда уехал из родного замка к матушке Елаге, и почти ничего не знаю о порядках, установленных во владениях благородных сэров. Поэтому мне трудно судить… А матушка Елага всегда говорила мне, что рыцарь – это оплот чести и добродетели, рыцарь – это почти Человек, и для него невозможно совершить какой-либо бесчестный поступок, тем более беззаконно закабалить свободного сквота! Но почему-то мне кажется, что Гротта не солгала!…

– Вот и мне кажется то же самое… – согласился я. – А потому, если мы встретим барона Торонта, советую его ни о чем не спрашивать, а просто… поговорить с ним. Я думаю, ты поймешь, способен ли он на подлость…

– Наверное, ты прав… – задумчиво согласился он.

– Меня, признаться, больше волнуют слова Гротты о том, что барон надеется получить душу, то есть – стать Человеком… Если Начала правильно оценивают возможности Человека, мне становится страшно от мысли, что может натворить в этом мире такой… одушевленный барон!

– Это невозможно! – воскликнул сэр Вигурд. – Начала называют Человека венцом творения Демиурга, самым справедливым, милосердным и благородным существом на свете! Ведь душа в первую очередь позволяет Человеку чувствовать чужую боль, чужое горе, чужие страдания, именно поэтому Человек становится способен на любое волшебство, любую, самую невероятную магию! А барон!… Ну какой из него Человек!…

– Да самый обычный… – буркнул я себе под нос и вдруг до меня дошла страшная правда этой короткой фразы!!!

Мы помолчали, раздумывая каждый о своем. Затем, отогнав свои невеселые размышления, я уже совсем было собрался предложить маркизу прогуляться в город, как вдруг у меня в голове отчетливо прозвучали неожиданные слова:

– Так что тебе удалось узнать во время обеда?…

Я сразу понял, что начала действовать моя, оставленная в покоях принца, пуговица!

Голос был женский, мне незнакомый, а вот ответил на заданный вопрос сам принц – уж его-то голос я узнал безошибочно:

– Во-первых, ты была совершенно права, этот Черный Рыцарь действительно владеет магией и, судя по тому, что он мне показал, магией серьезной. Во-вторых, он тебя видит. И в-третьих, что самое странное и… страшное, он совершенно не скрывает ни того, ни другого… Он даже… хвалится этим!