Галина Гончарова - Интриги королевского двора

И Дамиса понесло.

Сначала он рассказал, как ждал этого приезда.

Потом - как восхитила его лично Лилиан Иртон. О ее красоте, уме, достоинствах и выдающихся душевных качествах можно было написать целую поэму. А потом еще положить на музыку и спеть.

И несчастный - влюбился.

По самые уши.

А госпожа графиня не обращала внимания, была так холодна и недоступна, как звезда с ночного небосклона... и что оставалось делать несчастному?

Лиля слушала - и косела. Чуть ли не в буквальном смысле слова.

Нет, ну что за бред?

Она, конечно, женщина симпатичная. Особенно сейчас, когда ушла лишняя вода. Но чтобы мужика вот так пробрало?

Дамис отвешивал комплименты ее глазам и волосам, плел что-то про пряди, в которых запутались солнечные лучи, а Лиля напряженно размышляла. Учитель.

Всего лишь учитель.

По нынешним временам - человек стоящий между слугами... и чуть более привилегированными слугами. Он просто не может влюбиться в графиню. То есть теоретически - может. Но практически - за такое его просто повесят на суку, без суда и следствия. И он не может этого не понимать.

На что тогда расчет?

На то, что она - одна вся такая несчастная, без сексу, без мужа-управителя под боком, просто упадет к нему в руки, как спелое яблоко?

Или...

В первую минуту Лиле эта мысль показалась глупостью. Но ведь паранойя не означает отсутствия слежки, так?

Согласно законодательству, если она поймает супруга на горячем - она может только развестись.

А если наоборот - тут все куда печальнее. Изменницу могут и в местный монастырь засунуть, а это жуть такая, что тюрьма раем покажется.

Какая-то подстава?

От мужа?

Лиля вспомнила доносы Эммы. Учитель спермотоксикозом не страдал, ибо регулярно пользовался услугами Мэри. А то и еще пары служаночек. Лиля специально попросила Эмму в свое время подобрать не особо благочестивых. Мужиков в замке много, надо же им напряжение сбрасывать...

Да и...

Лиля до сих пор считала, что была красивой. А сейчас ей до красоты, как до Китая. Кто поведется вот на это?! Пусть уже и не сто килограмм. Пусть девяносто, но при росте примерно в сто семьдесят сантиметров - все равно много...

Так что об искренней любви речь не шла. А расчет... а на что мужик рассчитывает?

Связь аристократки и учителя долго не продлится. Дамис даже не шевалье. Он - так. Сын купца, то ли шестой, то ли седьмой.

Подарки?

Может быть.

Материальная выгода?

Почему нет...

И - компромат.

Даже если здесь не знают такого слова, само понятие в ходу. И шантажируют здесь ничуть не хуже, чем в двадцать первом веке. И подставляют. Эй, это еще что?!

Вконец разговорившийся учитель решил перейти от слов к делу, обежал стол и рухнул перед Лилей на колени. Цапнул ее за ручку и принялся так нацеловывать, словно кисть шоколадом обмазали...

Лиля резко рванула кисть.

- Пусти!

Куда там... собственная неотразимость перла до такой степени, что мужчина положил вторую руку Лиле на колени и нес какую-то чушь, мол, не встанет, пока госпожа графиня не...

- Пусти! - посерьезнее рявкнула Лиля.

Вторая рука поползла в нехорошем направлении. Лиля уже хотела звать на помощь, но тут...

- Ааааааааааа!!!!!

Дамис, взвыв, рухнул ей носом в колени, а над поверженным врагом материализовалась собачья голова. Несколько секунд Лиля соображала, что произошло, а потом вскочила на ноги.

- Умница ты мой!

Нанук, которого Лиля держала при себе большую часть дня (щенок должен привыкать к хозяйке) не стал дожидаться команды.

Вирманские сторожевые - очень умные собаки.

Услышав гнев в голосе хозяйки, и поняв своим собачьим умом, что этот дядя нападает - щенок поступил просто.

Пользуясь тем, что Дамис стоял на коленях, щенок (который рос не по дням, а по часам и сильно напоминал размерами взрослого немецкого овчара) прыгнул сзади на врага, сбил его и вцепился зубами куда долетело. То есть в плечо.

- Держать!

Лиля метнулась к двери.

- Стража!!!

Но первым в кабинет влетел Ивар.

- Ваше сиятельство?

- Взять!

От нервов Лилю перемкнуло, но Ивар все понял. и Дамис Рейс закачался в его руке на высоте примерно сантиметров тридцать от пола.

- Госпожа, он вас оскорбил?

- Пытался. Нанук не позволил.

Взгляд, брошенный Иваром на учителя, не сулил тому ничего хорошего.

- Ваше сиятельство, прикажете ему голову отрубить?

Учитель что-то замычал. Явно протестующее. Точнее Лиля не поняла - воротник, за который товарища подцепил Ивар, намертво передавил ему горло.

- кажется, ему жить охота...

Ивар тряханул добычу.

- Да его только за прикосновение к вам надо без рук и ног оставить! Как еще осмелился, глист!?

- вот и мне любопытно. Как осмелился, что ему пообещали за такую наглость и кто пообещал?

Ивар повторил встряхивание.

- Понял, с...н сын? Если сейчас все расскажешь - живым останешься! Может быть!

И выпустил добычу.

Дамис Рейс упал на ковер. Сначала он попытался вякнуть насчет своей великой любви.

Потом получил пару подзатыльников от Ивара - и передумал.

Попробовал заговорить о личной выгоде.

Получил пинок в бок и обещание оттащить в подвал со всеми вытекающими.

И начал петь.

Лиля, Ивар и присоединившаяся к ним Марта, только головами качали.

Как оказалось, его наняли еще в Лавери.

Дамис действительно был учителем. Но - слишком уж нестойким и падким до баб. А хуже было то, что и женщины клевали на его, как мухи на... мед.

А почему нет?

Красавчик, даже слишком сахарный, моется раз в неделю. По здешним меркам - апостол чистоты. Косметикой не пренебрегает, красиво говорить умеет, в постели не засыпает, короче - диагноз.

Для начала товарищ соблазнил дочку купца.

Купец попытался решить вопрос с помощью полена и овечьих ножниц - и парню пришлось бежать.

В столице его взяли учителем в дом Йерби. А он взял в оборот старую баронессу.

И спустя пару месяцев барон сделал ему предложение, от которого нельзя было отказаться. А именно - пристроил учителем к Миранде Кэтрин. Ее-то Дамис пока соблазнять не пытался.

- Йерби?

Лиле это ровно ни о чем не говорило.

- А кто и что тебе пообещал за связь со мной?

Оказалось, что тот же барон Йерби. Старый. Лиля пожала плечами.

- Зачем бы? Ладно, что он тебе пообещал?

- Если я соблазню вас, и вы в меня влюбитесь - пятьсот золотом. Особенно если вас поймают на измене.

- Или?

- Если просто удастся соблазнить вас - тогда три сотни. Золотом.

- а дорого ж нынче графские постели стоят, - меланхолично заметила Лиля. - а убить меня...