Константин Назимов - Школа истинных магов

Н-да, мне захотелось стукнуть своим лбом обо что-то твердое… Вот ведь болван! Кин не за себя боится, ей сейчас совершенно не до магии, рун и всего остального. С другой стороны, она же выразила претензии, что не взял на отгрузку каравана…

– Точно? – переспросила у кого-то Кин.

Догадаться, с кем она общается, труда не составляет.

– Меня вроде это тоже касается, – намекнул советнику.

– В древние времена магини, будучи в положении, использовали свою силу и могли оперировать магическими потоками и энергиями без вреда для здоровья себе и будущему ребенку. Приводились даже доводы, что, чем больше использует будущая мать магии, тем способнее рождается ребенок. Правда, все это в теории, подтверждения гипотеза не получила, впрочем, и опровергнуть ее никто не смог. Есть одно ограничение: нельзя вычерпывать свой источник до дна, тогда возникнут не совсем хорошие последствия. Но опустошать источник нельзя никому, тут и сильнейший маг способен с жизнью расстаться, – прочел короткую лекцию Креун.

– Но ведь… – начал я, вспоминая, как вычерпывал свой источник до дна.

– Рэн, с твоими знаниями ты не в состоянии удалить из себя всю магическую энергию. Правда, и то, что ты проделывал, заставляло меня переживать: в те моменты ты не имел сил и способностей сопротивляться, но восстанавливался быстро.

Да, он прав: ни сил, ни магии у меня вроде не оставалось, вернее, сил-то – точно, а вот магии… она присутствовала все время, лечила мое тело, которое становилось непослушным и вялым, да еще и раны залечивала неплохо.

– Рэн, можно я лучше просто посмотрю, а проверишь ты меня чуть позже? – спросила Кин.

– Можно, – широко улыбнулся я, облегченно выдыхая про себя: караван забыт, а я прощен.

Взяв жену под руку, мы продолжили путь в таверну, мило беседуя о всякой ерунде наподобие погоды. Сестры шли за нами чуть поодаль, стражи их так и не пустили к нам, Кин про них позабыла, а я… мне хочется спокойно с женой пообщаться. Вот бы еще от Креуна как-то отгородиться, а то ведь у него сейчас слишком много глаз и ушей.

С дочерьми Вура Кин нашла общий язык, и хоть пока не слишком сдружилась – что и понятно, друзьями и подругами в одночасье не становятся, – но девушки ее к себе расположили. Что самое интересное – ближе по взглядам ей оказалась Ингша. Честно говоря, это для меня стало ударом. Пока еще легким толчком, но, представив, что Кин и старшая дочь главы гильдии рыскачей сдружатся… Пожалуй, если у Ингши спецификация… слово-то какое, а все Креун: навязывает новые, то есть хорошо забытые словечки истинных магов! Так, о чем это я? А… если дочь Вура имеет способности универсала, то было бы неплохо, чтобы девушки обучались в разных группах. Сейчас еще рано об этом думать, но… хоть я и настаивал на пяти группах обучающихся, дух школы воспротивился, говоря, что не даст портить традицию школы Кулавассы. Только начали возрождать школу, а у него уже традиции! Ух и спорил я с ним, но этот дух сумел доказать, что четыре потока: огненный, водяной, земляной и воздушный – являются незыблемыми символами и учениями школы. Да, универсальные маги могут обучаться везде, склонность у них ко всем стихиям примерно одинакова, но личностные черты и предпочтения позволяли выбирать направление в обучении. У меня же задача – подготовить учителей и возродить забытую магию. Каждый поток обучения имеет свою приверженность: поток огня – боевая магия, поток земли – целительство и строительство, поток воды – путешествия и исследования, воздушный поток – романтика и… склонность к наукам. Конечно, помимо прочего, выпускник владел всеми видами магии, универсал мог поучаствовать в битвах, хотя и заканчивал поток земли, но все же с выпускником потока огня он вряд ли бы справился. Всю эту информацию я получил от духа школы, как и то, что сам склонен к воздуху. Дух школы долго выбирал мое направление: чаша весов склонялась то в одну, то в другую сторону. Хотя в этом ничего принципиального не вижу, но все же являться магом огня мне хотелось больше. Я и знакомство-то с магией начал, зажегши свечу, но… Креун объявил меня приверженцем воздушной магии. Хотя универсал, каковым являюсь, обязан сдать экзамены по всем стихиям, но вот упор… и опять-таки мне это не грозит, «добрый» дух разрабатывает специальную программу для директора. Он пообещал, что времени у меня останется… его не останется ни на что, кроме управления школой, посещения занятий и оттачивания навыков с другими учениками. У меня иногда возникает подозрение, что и ученики-то понадобились духу для того, чтобы в первую очередь натаскать меня… Что-то я в своих раздумьях выпустил из виду начало мысли… хотел же решить, как развести Ингшу и Кин. Мне кажется, что дочь Вура подходит для потока огня, а Кин… Хм, вот на какой поток ее определить? Мне думается, что и по духу она близка ко мне, а значит – воздушный! Так и будем работать в этом направлении!

– Что-то ты задумался и замечтался, – прервала мои размышления Кин. – О чем думу думаешь?

– О тебе! – улыбнулся я ей.

– И ведь не врешь! – расцвела в улыбке жена. – Спасибо.

Да, мысли скрывать могу, но вот по ауре она легко прочтет мое лукавство. С караваном-то вывернулся, то ли она не сообразила ауру посмотреть, то ли уловка и впрямь удалась.

У входа в трактир толпится народ, нервная тревожность просто витает в воздухе. Ауры народа напряжены и беспокойны. А вот подавивший зевок Маркен невозмутим; тем не менее, увидев меня, заспешил навстречу:

– Ваша светлость, все готово, но есть одно… – он покрутил в воздухе пальцем.

– Да говори же, чего «одно»-то? – поторопил я его.

– Хан Влабор в зале, выразил желание присутствовать при приеме в школу кандидатов от степи. – Аура Маркена полыхнула беспокойством, а глаза вильнули.

Странно, ему об этом и так должно быть известно. С чего это управляющий запаниковал? А он явно паникует.

– И что с того? – спросил я.

Кин же хмыкнула и предположила:

– Наш управляющий решил провернуть какую-то комбинацию, о которой хану знать не следует. Я права?

Бывший староста бухнулся на колени:

– Ваша светлость! Черт попутал! Простите, ради богов!

– И за что же прощать? – поинтересовался я, наблюдая, как у народа вытягиваются лица от удивления, ауры меняется с тревоги на любопытство.

Как хорошо, что мои стражи близко никого не подпускают и услышать посторонним, о чем у нас разговор, нельзя. Нет, если задействовать артефакты слуха… Да, услышать могут. А оно мне надо? Стена воздуха взяла нас в кольцо, теперь никто ничего не услышит, надо все же чаще использовать магию.

– Говори, – поторопил я управляющего.