Дмитрий Распопов - Клинок выковывается

Тяжело поднявшись по лестнице, я зашел в комнату и, увидев напряженных телохранителей, устало опустился на стул.

– Доигрался??? – тон Рона был как никогда угрожающим. – Доигрался!!!

– Рон, не ори, без тебя тошно, – я отмахнулся от него, перед предстоящим мне сразу поутру нужно было хотя бы хорошо выспаться.

– Рон, видишь же, что Макс сам сожалеет о случившемся, не нападай на него. – Голос шамана был спокоен.

– Возможно, тебе и все равно, Загиял, – Рон едва ли не орал на шамана, – но ты подумал, что мы будем без него делать? Ты подумал, что вообще будут делать больше двух тысяч поселенцев, если его завтра прикончат? А ему лишь бы в игрушки играться!!!

– Рон, остынь!! – голос шамана стал твердым. – Мальчик обескуражен случившимся, а ты хочешь еще добавить? Как он с таким настроем пойдет в бой?

– Сколько?! – прошипел нубиец, со злости ударив кулаком по стене. – Сколько было вызовов?

– Десять, – ответил я, стаскивая с себя маскарадный костюм.

Одежду я обещал отдать портному, негоже будет отдавать ее измятой.

– Он сошел с ума, – все, что смог сказать нубиец, упав на кровать и со злостью на меня посмотрев. – И почему этого коротышки нет именно тогда, когда он больше всего нужен?

– Если ты о Дарине, – я слегка улыбнулся, хотя весело мне не было, – то именно поэтому я оставил его в долине. Не буду оправдываться, Рон, но в том, что произошло на балу, моей вины не было. Меня просто собрались убить.

– Если бы ты сразу свалил с бала, то можно было бы растянуть вызовы на несколько дней, – остывая, проворчал он, принимая мои слова.

– Прослыть трусом – не самая удачная идея, – я упал с ним рядом на кровать, – это еще хуже, чем быть убитым.

– Во сколько первая дуэль? – поинтересовался шаман.

– В шесть.

– Ложись спать, завтра я разбужу тебя в пять. – Шаман был серьезен. – Рон, пошли, поможешь мне приготовить пару зелий.

– Ты хочешь меня чем-то напоить? – Я удивленно приподнялся на кровати.

– Хуже, чем сейчас, тебе от этого не станет. – Шаман поманил за собой Рона и, повернувшись ко мне, приказал: – А теперь спи, иначе я сам тебя усыплю.

Поскольку в последнем я ничуть не сомневался, то быстро нырнул под одеяло и загасил свечу. Звук захлопнувшейся двери прозвучал громом небесным.

Я думал, что так и проворочаюсь всю ночь, не сомкнув глаз, но сон сморил меня сразу, стоило только коснуться головой подушки.

– Макс, вставай, – голос Загияла вырвал меня из объятий Морфея, и я, недовольно ворча, попытался с головой спрятаться под одеялом.

Не успел я высказать что-то нелестное о тех, кто ни свет ни заря шастает по комнатам хороших людей, как очутился на полу и без одеяла.

Открыв глаза, я увидел сапоги на толстой подошве, принадлежавшие Рону, а рядом сапоги Загияла.

– Пошли, герой, – голос нубийца был ехиден, как обычно, но уже без примеси вчерашней злости, – через час бой, а нам тебя еще нужно подготовить.

– Что вы намерены делать? – поинтересовался я, вставая с пола.

– То, что позволит тебе продержаться немного дольше в том безумстве, которое ты устроил, – голос шамана был строг.

– Тогда пошли. – Я был готов на все, лишь бы прожить этот день.

Сначала меня окунули в такую горячую ванну, что я заорал, пытаясь выскочить, но противостоять крепким рукам Рона и искусству шамана не смог. Один обездвижил меня, а другой просто засунул в ванну.

Затем меня положили на лавку, накрытую простыней, и принялись в четыре руки вмазывать в меня какую-то мерзко воняющую дрянь, от которой меня стало тошнить. Закончив втирать мазь в каждый сантиметр моего тела, они опять засунули меня в ванну, хорошо хоть вода успела немного остыть, и мне не пришлось снова надрывать горло.

Процедуру с втиранием и последующим мытьем мне пришлось вытерпеть три раза, пока шаман не счел, что я готов.

– Ничего не чувствую, кроме того, что от меня воняет, как из выгребной ямы, – я обнюхивал себя, представляя, какое впечатление произведу на своих будущих соперников и их секундантов.

– Запах выветрится через десять минут. – Загиял был спокоен и собран. – Одевайся, нам пора.

Ворча, я оделся и подхватил чехол с копьем, которое сегодня предстояло пустить в ход.

– Ничегошеньки не чувствую, – ворчал я всю дорогу, пока мы ехали в экипаже к Полю поединков, дорогу к которому вчера узнал Рон.

Шаман загадочно помалкивал, только иногда скашивая в мою сторону глаз, а нубиец меня демонстративно игнорировал, злясь за вчерашнее.

– Офигеть, – внезапно присвистнул он, уставившись вперед, – вот это да! А наш Макс, оказывается, очень популярен.

– Ты со мной разговариваешь? – я больше обрадовался тому, что Рон со мной заговорил, чем тому, что он что-то углядел на таком расстоянии.

– Нет, – отрезал нубиец, всматриваясь вперед.

Когда мы подъехали ближе, я сам увидел, что все вокруг посыпанного песком огороженного участка было заставлено экипажами, а по всей окружности барьера толпилась огромная куча народа.

– М-да! – я был поражен, увидев, сколько зевак собралось в одном месте, да еще и ранним утром.

– Даже простолюдины пришли, – присвистнул от удивления Рон, глядя куда-то в сторону, – да сколько же их тут?!

Я посмотрел в том же направлении. Рон был прав, за дворянскими каретами и экипажами кучковался народ попроще, а уж деревья, росшие по кромке Поля, вообще были увешаны зрителями так, что аж ветви сгибались!

– Радуйся, ты теперь герой дня, – Рон со злости сплюнул на землю, – вот только жаль, что можешь не увидеть завтрашнего.

– Рон, – я спокойно положил руку ему на плечо, – чтобы ты знал, я всегда гордился тем, что ты был моим учителем. Всегда хотел тебе это сказать.

– Так, никаких «был»! – внезапно озверел он. – Чтобы пошел и прикончил их всех, иначе я за себя не отвечаю! Понял???

– Вот так-то лучше, Учитель. – Я улыбнулся ему и замолк, мы въехали на ведущую к Полю поединков дорожку, по обе стороны которой стеной стояли простолюдины.

Внезапно я услышал чей-то громкий шепот:

– Это он, он, тот дворянин, который будет сегодня сражаться со всеми!

В мою сторону тут же повернулись все соседи говорившего, а шепоток пошел дальше, заставляя поворачиваться ко мне людей, до которых я еще даже не доехал.

«До чего же их много!» – не переставал удивляться я, пока мы не въехали на поле.

Я собрался было выйти из экипажа, но шаман придержал меня, подал какую-то склянку и прошипел:

– Закрой нос и выпей два глотка.

– Опять гадость какую-то подсунул, – попытался возмутиться я, но Загиял и Рон спорить были не настроены.

Под их злобными взглядами мне стало неуютно, поэтому я быстро сделал то, что от меня требовалось. Во рту остался привкус гнилых ягод.