Вертел я ваши кланы! - Андрей Розальев

самого себя… неужели он близок… — дед что-то добавил себе под нос. Выглядел он очень растерянно.

— Мне рассказывать дальше? — дождавшись утвердительного кивка, я продолжил. — Рики нужна была информация по реальному положению дел вокруг игры, и помощь, что делать со всем этим. Чтобы привлечь внимание руководства, я предложил создать место, где желающие могли бы уединиться. Идеальная переговорная комната, доступная из любой точки мира. Подслушать невозможно, встречаться необязательно. Тихомиров — маг, и в игре работают те же самые законы магии, собственно так и произошла моя инициация, да и Вика с Лёней за пару часов тренировок достигли значительного прогресса, ты сам видел.

— Видел, — дед хмыкнул, — неплохой прогресс. С переговорной комнатой интересно придумал. Как это работает?

— Рики может создать полог молчания, как она его называет, как ты тогда с генпрокурором. Мы всё это оформили как ресторан, в котором можно отдохнуть, поесть… ну в перспективе что-то необычное, изысканное, а пока так, ничего особенного. Но главное — можно провести переговоры с гарантией, что никто ничего не узнает.

— Неплохо. Но как ты докажешь конфиденциальность? Что мешает тому же Лоленко подслушать любые переговоры в игре?

— Полог молчания и мешает. Воронов попробовал, у него не получилось. А доказать — никак. Но есть гарантия. В игре спрятано немало кладов. Рики знала местоположение крупнейшего, и отдала мне карту. Теперь этот клад — мой. И достанется тому, кто сможет доказать, что взломал полог молчания.

— Может сработать, — покивал дед. — А в чём выгода для компании? И зачем им закрывать игру?

— Игру они хотят закрыть, потому что она вышла из-под контроля операторов после последнего апгрейда Тихомирова тринадцать лет назад, и с тех пор не подчиняется им. Живёт своей жизнью. Только они это ото всех скрыли. К тому времени они успели продать пару ядер, и разбирать самое первое ядро было бы вредно для имиджа. А вот сейчас, когда про Аврору уже все забыли, Лоленко хочет наконец вскрыть ядро и выяснить причину сбоя. А в чём выгода? Почти все доходы от ресторана пойдут компании. Если они дадут время сделать ресторану хорошую рекламу, и сами подтвердят, что это работает, как обещано, то денег там будет очень нескромно. Ресторан может обслуживать одновременно любое количество гостей.

— Большой клад-то? — дед смотрел на меня с каким-то весельем в глазах.

— 10 миллионов золотых монет. Если вывести из игры не через биржу, а через токен, то это ровно 1 миллиард рублей.

На этих моих словах даже дед крякнул, а Вика, кажется, готова была упасть в обморок. Они с Лёней так и остались сидеть с открытыми ртами. Цифру в 10 миллионов они слышали от меня ещё в игре, но реальную стоимость, видимо, осознали только сейчас.

— И Лоленко хочет переговорить со мной, чтобы понять, какой интерес у нашего клана к игре. Его я понимаю, — дед подался вперёд и опёрся подбородком на сцпленные в замок пальцы. — А вот тебя я не очень понимаю. Ответь очень честно на один вопрос, прежде чем я вступлю в переговоры.

— Какой? — я напрягся, появилось чувство, что дед видит меня насквозь, каждую мысль.

— Тебе, Миша, всё это зачем?

Глава 19. День откровений

— Тебе, Миша, всё это зачем?

— А, так тут всё просто! — начал я выкручиваться. — Аврора — моя самая первая игра, я в ней неплохо поднялся, научился деньги зарабатывать, сам на новую вирт-капсулу заработал, между прочим. Даже налоги плачу! И моя команда тоже, один вот диплом пишет по артефакторике в играх. Ну и инициировался, какие бы последствия для моей жизни это не имело. Магом я стал в игре, и, возможно именно благодаря Авроре. Социальный рейтинг опять же. Да и 10 % от ресторана я за собой оставил, я ж не меценат. Можно было бы 50/50, но тогда как взятка это бы выглядело… скупо. А так 90 % им, 10 % мне — и все довольны. Мои 10 % если ресторан раскрутится — это куда больше, чем даже все 100 %, если игру закроют. Вот.

Никогда так вдохновенно не… выдавал полуправду за всю правду.

Дед слушал с самым серьёзным выражением лица, да ещё и головой кивал.

— То есть то, что Рики тебе, скажем так, симпатична, — дед подмигнул, — никакой роли не играет?

— Играет, — честно признался я, — но не ключевую. Главная цель — спасти Аврору.

«Я правда тебе симпатична?» — блин, выбрала же момент!

«Да-да, погоди, не отвлекай!»

— Да уж, внук, удивил ты меня! — дед встал из-за стола и начал ходить по кабинету. — Даже не знаю, что и делать. Лоленко сейчас в клане за старшего стал, вот и распоряжается. Так-то Тихомиров старший, но только пьёт он, не просыхает, как жену потерял, его просто со счетов списали. А Патриарх у них этими, как их там, духовными практиками занимается. Просветляется. Провонял всякой дрянью, старый хрыч, всё никак не просветлится. Так что с Лоленко считаться приходится, за ним сильный клан. У нас с Тихомировским кланом отношения нейтральные, дел особо не имели, ну так иногда сделки небольшие. Спорить тоже особо не спорили… кроме одного случая.

— Какого? — я вдруг почувствовал, что сейчас мне приоткроется тайна.

— Они твоего отца завербовать хотели, подкатывали к нему. Очень уж у того серьёзная подготовка. Воронов его заприметил на полигоне в Сирии, когда твой отец в одиночку условно уничтожил отряд, управляемый их системой ведения боя. Хотели, чтобы отец твой их нейросеть обучал. Но Кирилл со Светой тогда как раз поженились, и Воронов заподозрил, что мы таким образом своего шпиона к ним закидываем. Мол, хотим секреты Тихомирова украсть. В результате завербовали кого-то из группы твоего отца.

— Папа никогда про это не рассказывал. Наверное, всё под подписками? Я даже не знал, что он был в Сирии.

— А то как же! На нём подписок — как блох на бродячей собаке. И на Светке тоже. Добро, — дед остановился, наконец, — пиши Воронову, что мы их ждём.

— Подожди, деда, ещё не всё, — я вспомнил, что Аврора порекомендовала обсудить с дедом, рассказывать ли про неё. — Ты должен кое-что знать, перед встречей. Вика, Лёня, простите, — я повернулся к друзьям, — но сперва я должен рассказать это деду, если он позволит — расскажу вам позже.

— Конечно, как что интересное, так детям пора в кроватку… — проворчала Вика, поднимаясь с кресла.

— Миша, не парься, — Лёня хлопнул меня ладонью по плечу, — мы всё понимаем.

Они вышли, а дед вопросительно посмотрел на меня. Потом спохватился, и полог молчания окружил нас