Лучшее в Королевствах. Книга I - Уильям Коннорс

огня, а поднятые руки людей могли бы снести крышу этой лачуги, если бы Парамор только приказал им.

Поклонение было таким сильным, что никто – даже сам богоподобный Парамор – не заметил сверкнувшее лезвие топора Горация, пока оно не стало красным от журчащей из горла крови рыцаря.

ТЕРЦИУС И АРТЕФАКТ

Джефф Грабб 

Впервые опубликован в Антологии "Королевства Тайн" под редакцией Брайана М. Томсена и Дж. Роберта Кинга, в ноябре 1997 г. 

Брайан У. Элдисс, в своей истории научной фантастики "Трилион лет загула", связывает очень британскую чувствительность Средиземья Толкина с очень британской чувствительностью П. Дж. Вудхауса, в частности с рассказами о Берти Вустере и Дживсе. Вудхаус писал очень разный тип фэнтези, в отличие от Толкина. Берти - обалдуй высшей категории, и рассказы Вудхауса всегда вращаются вокруг Берти, попадающего ситуации, из которых ему удается выбратся только с помощью его невозмутимого слуги Дживса (Вы хотели знать, почему всех дворецких называют Дживс? Вот почему).

В любом случае, комментарий Элдисса застрял во мне, и в результате я всегда чувствовал себя комфортно, смешивая элитных, изнеженных персонажей высшего класса Вудхауса с мечом и колдовством Королевств. Это привело к появлению не одного, а двух персонажей Королевств. Первый из них - относительно незадачливый Джиджи Драконошпор, впервые появившийся в "Лазурных Оковах" и который за прошедшие годы вырос, женился, завёл детей. Другой это Терциус Вондс, который до сих пор остается таким же тщеславным, как и при своём первом появлении (которое было в комиксах ADVANCED DUNGEONS & DRAGONS® от DC Comics).

С глубоким, преданным уважением к Вудхаусу, рассказы о Терциусе Вондсе всегда будет включать Терциуса, попадающего в ситуации, выбраться из которых он может только с помощью его невозмутимого гениального слуги, Ампратинеса.

-Джефф Грабб, апрель 2003 г.

Сидя на балконе «Тошнотворного Отиджа» в Скорнубеле, находясь между похмельем от прошлого вечера и тем, что еще только должно было наступить, я постигал смысл фразы «не стоило вставать с постели». Хороший совет, вероятно, придуманный каким-то метателем заклинаний, после особенно плохого утра швыряния огненных шаров, молний и прочего.

Конечно же, пользы от него мало, ведь я был в постели прошлой ночью, когда все пошло кувырком. Все, кроме меня, конечно же.

Я поясню. Еще до трех ударов колокола, Терциус Вондс, искренне ваш, блаженно спал в своей комнате в «Тошнотворном», на третьем этаже с пахучим видом на конюшни. Отидж был одним из новых хозяйств, что возникли сразу после выхода последнего «Путеводителя Воло». В результате его работы по популяризации определенных мест среди путешественников, они перестали быть популярными среди местного населения, вынуждая новые трактиры, притоны и пристанища принимать искателей приключений. Ампи как-то решил, что будет выгодно следовать за Воло, открывая новые трактиры на своем пути, пока они не разрываются от воинов и волшебников, таскающих его проклятые маленькие издания.  

Но я отвлекся. Это я так обустраивал сцену, украшал помост и закладывал фундамент. Три удара колокола. Спальня. «Отидж». И крыша взорвалась. Ну, не совсем прямо взорвалась, но оглушительный рокот сверху был сродни рухнувшей крыше. Я сидел, выпрямившись, и заметил, что кровать, крепкая с пологом из железного дерева,  тряслась и прыгала как ползущий падальщик. Каждая незакрепленная вещь в комнате, от ночного горшка до стального зеркала, присоединилась к этому вибрирующему танцу смерти. 

Я поступил так, как поступил бы любой здравомыслящий человек на моем месте – спрятался под одеяло и поклялся всем богам, которые могли бы услышать, что больше никогда не прикоснусь к пиву «Дыханье Дракона» и «сыру смерти».

- Терциус Вондс! – прогремел пугающе знакомый голос со стороны потолка.

Я выпучил глаз из-под одеяла и увидел полупрозрачную голову двоюродного дедули Маскара. Не было сомнений, что его голова все так же прикреплена к его телу там, в Глубоководье, а он посылает астральное черте что или призрачное пойми что, адресованное мне. В тот момент, я был слишком напуган, чтобы разбираться.

Я храбро встретил могущественнейшего мага Глубоководья.

- Это не моя вина! – прокричал я, натягивая простыню на голову, надеясь, что меня было ясно слышно. – Я не знал, что она была служительницей Сьюни! Никто не сказал мне о том банкетном зале! Я невиновен!

- Это не важно! – выпалил мой дедушка. – У меня есть важное задание для тебя!

Я выглянул из-за своего укрытия и промурлыкал:

 - Меня?

- Тебя, - прорычал он, недовольство отчетливо читалось на лице. – У меня был волшебный артефакт, остаток могучего Нетерила, который у меня украли.

- Это не я! – спрятался я. – Ты уже проверял кузена Маркуса? Он вечно берет то, что плохо…

- Молчать! – взревела полупрозрачная голова, парящая над спинкой моей кровати. – Я знаю, кто его взял – вора зовут Рейвен, он движется в твоем направлении. Я хочу, чтобы ты вернул артефакт. Прибор выглядит как три стеклянные сферы, каждая парит внутри другой. Доставь ее мне и можешь возвращаться в Глубоководье!

- Что ж, вот оно как значит… - огрызнулся я. – Как раз хотел провести жизнь на большой дороге и…

- Найди Тройную Сферу Хангриста, - сказал призрак. – И немедленно!

И на этом голова Маскара взорвалась каскадом фейерверков, которые оставили подпалины на стенах и разбили кувшин с водой. Двоюродный дедуля Маскар никогда не был тихим. На самом деле, за все годы, что я знал и избегал его, он ни разу не воспользовался дверью.

В ночной рубашке, я встал с кровати и, пошатываясь, собрал осколки кувшина. Любые мысли, что это можно было списать на какое-то сырное отравление или кошмар, разбивались на такое же количество кусочков, как и тот сосуд. Маскар чего-то хотел, и хотел, чтобы это сделал я.

Никто не разочарует своего двоюродного деда, особенно если тот может превратить тебя в жабу.

Так что я свистнул своему джину, Ампратинесу. Ну, свистнул - плохое слово. Я скорее потер его, гладя пальцем кольцо и призывая в план существования.

Давайте я сразу все разъясню: мне не досталось и толики магических способностей, что делает меня белой вороной в семье Вондс, переполненной чародеями, волшебниками, колдунами и прочими заклинателями всех мастей и сортов. Так или иначе, я уживаюсь с джином, привязанным к кольцу, которое я нашел в канализации Глубоководья пару лет назад. Но это уже история для следующего раза.

Ампи возник как мираж посреди пустыни. Джины, по своей природе, умные существа, а Ампратинес был умнее многих из них, с большим числом извилин на