Виктор Кувшинов - Пирамиды астрала

— Отлично, насмотрелись на достижения советской науки и техники. Что дальше? Будем искать следы американцев?

— Это несколько проблематично. Я не помню места их высадки. Если только сконцентрироваться на флаг.

— И оказаться в Белом доме. Для меня проблема в том, что я помню только картинку, на которой кроме флага есть космонавт и космический корабль. А сейчас их там, естественно, нет. Мне кажется, что картинка не сработает.

— Давай так: представляем себе по отдельности, что получится, а потом встречаемся дома.

— Согласен!

Мы стали воображать себе американский флаг на Луне. Сначала исчез Федька — с первой попытки. Мне удалось переместиться со второго раза…

Я лихорадочно осматривал окрестности. Никакого флага не было видно. Наверное, выцвел, или все же не врут, что американцы все подделали? До меня вдруг дошло, что меня смущает: огромного шара Земли в небе не было. Куда же он подевался или… я подевался?

С отчаянием я вообразил себя на затерявшейся во Вселенной планетке, случайно похожей на Луну и крутящейся у заурядной звездочки за миллионы или миллиарды парсеков от Солнечной системы. Впору было завыть волком…

Через силу заставил себя думать рационально: если я в Солнечной системе, то на небе должны быть знакомые созвездия. Это верно, но с моими познаниями в астрономии… Что же я знаю? Медведиц, Орион, Лебедь и Южный крест — наверняка, а остальное — как придется. Главное, без паники, надо искать то, что знакомо, лихорадочно соображал я, пялясь на звездное небо. Ура-а! Орион! Знакомое созвездие раскинулось на четверть небосвода. Да! Такую бабочку если только полный лопух не разглядит…

Ох, и каким же идиотом надо быть — если я даже на обратной, освещенной стороне Луны, то большая освещенная часть сейчас видна с Земли. А это значит, что стоит мне взлететь чуть выше, и увижу нашу планету.

Я взлетел, поднялся на пару километров и увидел, как со стороны солнца начал подниматься огромный серебристо-синий серп Земли, упирающийся рогами в горизонт. Я почувствовал, как холодные, но цепкие коготки страха отпускают мою душу. Между тем подо мной простиралась поверхность, сплошь усеянная кратерами. Эта, невидимая с Земли, более легкая сторона Луны когда-то давно здорово кипела, перед тем как остыть.

С облегчением я закрыл глаза и представил себя у Феди в спальне. Открыв их, с удивлением заметил, что моего компаньона еще нет. Подождав немного, я вдруг полетел кувырком от внезапного удара. Этот обалдуй материализовался почти точно в том же месте, что и я. Слава богу, что мы не спаялись вместе каким-нибудь причудливым образом, а просто отскочили друг от друга, как мячи.

— Ну идиот! — испуганно рявкнули мы с Федькой хором, а потом облегченно и весело стали обмениваться впечатлениями.

Как выяснилось, кудрявый друг так творчески допредставлял себе американский флаг, что оказался где-то посреди техасской или аризонской пустыни у одинокого флагштока с полосатым стягом. Я его успокоил, что со мной наша рулетка выкинула случай похлеще. Так что мы зареклись впредь путешествовать по таким туманным ориентирам. Во всем остальном наше космическое путешествие удалось, и мы наметили на вечер плотную программу освоения ближнего космоса. Всю ориентировку взял на себя Федор, лучше разбирающийся в движении планет и расположении светил на небе.

Во время вечернего выхода мы сначала посетили Венеру — в целом довольно скучную планету, укрытую толстым покрывалом облаков. Гораздо интереснее было путешествие на Солнце, где мы решились на купание в фотосфере, облетали огромные протуберанцы и рассматривали темные пятна… Из больших планет посетили Юпитер с его спутниками. Сначала облетели наиболее интересные сателлиты гиганта: ледяные шары Ганимеда и Европы и дымящий вулканами Ио. А Каллисто своими кратерами сильно напоминал Луну.

Самым интересным оказалось наблюдать медленное движение огромных газовых масс по поверхности Юпитера. Заинтересовавшись его красным пятном, я потащил Федю к поверхности бордовых облаков. Вблизи пятно смотрелось огромным океаном оранжево-бурой ваты. Заинтересовавшись, что могло быть внутри, я неосмотрительно нырнул под облака. Достаточно быстро мы окунулись в пурпурно-золотистые сумерки, и никакое усиление зрения не помогало что-либо рассмотреть. Мы остановились, пока еще было видно небо апельсинового цвета. Нас окружал сплошной туман.

— Слушай, — спросил я приятеля, — почему здесь так тихо?

— А шторм ведь только снаружи и по краям, а здесь мы движемся вместе с циклоном, вот и незаметно никакого движения атмосферы.

— Извините… вы помогать… не мешать… — Чей-то голос встрял в нашу беседу, как будто подыскивая слова.

— А кто вы? — испуганно озираясь, спросил Федька.

— Мы… нам трудно объяснить… мы стабилизируем псевдонатуральные условия для создания жизни, — подумав, сформулировал мысль голос.

— Так вы что, хотите сформировать жизнь на Юпитере? — удивился я.

— Нам… трудно понимать друг друга… Вы с Земли, это мы поняли. Мы… я пробую объяснить. Мы полуматериализованные… астральные… ангелы, или нет, сущности. Мы пытаемся стабилизировать красное пятно. Здесь внутри почти все кондиции… нет, условия уже готовы. Надо совершить засев, посев, создание жизни и держать условия несколько тысяч лет. Потом снова смотреть результат.

Из всей этой тарабарщины я понял, что здесь идет какой-то эксперимент по засеву жизни. А эти астральные сущности так далеки от народа, что не могут ничего толком объяснить. Или мы их не можем понять? Хм, смотря с какой стороны посмотреть…

Однако, дошло до меня, и здесь видна рука «оттуда»! Мои мысли сразу приняли практический характер.

— А не подскажете ли, милейшие, как нам отсюда попасть в астрал? — тупо созерцая перед собой розовый туман, задал я провокационный вопрос.

— Кто… Как… ли милый?.. — Кажется, мои высокопарные обороты оказались неуместны, но надо отдать честь инопланетянам, они все-таки сообразили. — А-а! В астрал? А какая разница? Он везде один. Берите и идите.

— Что — берите?

— Руки в ноги, или нет, ноги в руки, и идите… ведь так у вас говорят?

— А вы откуда знаете, как у нас говорят?

Разговор превращался в фарс. Как-то не так я представлял встречу с высоким инопланетным разумом.

— Так это ваши мысли или нет? — последовал еще более сногсшибательный вопрос.

— Стоп! Стоп! Стоп! — взмолился я. — Так мы никогда ни до чего не договоримся.

— До чего ничего договоримся?

— Как войти в астрал! — разъяренно проорал я.

— Обычно. Подумал, и уже там, — наконец прозвучал краткий ответ.