Инна Зинченко - Игра Джокера

Когда пустота стала заполняться цветами, запахами и звуками, Рита с удивлением заметила, вместо длинных, рваных, припухших царапин на смуглой руке Алекса лишь бледные тонкие полоски шрамов и следы запекшейся крови на рубашке.

— Получилось, — удивилась она сама себе. — Пап, у меня получилось!

— У тебя не могло не получиться, — серьёзно ответил Алекс, — ты ведь королева.

— Можно подумать, что королевы не могут оконфузиться, — с сомнением возразила Рита, — ещё как могут!

— Значит, — улыбаясь ответил отец, — это не настоящие королевы. Но ты-то у меня самая настоящая!

— Да уж, — смущённо уставившись на спящего Джокера, пробормотала Рита, — вот только король мне достался немного неправильный. В сказках всегда принцы освобождают принцесс, а не наоборот…

— Доча, это принцы и принцессы, а мы говорим о королях и королевах. У этих всё наоборот.

— Жалко, что я не принцесса, — процедила сквозь зубы девушка и в очередной раз силой ткнула Феликса пальцем под ребро. Как и ожидалось, он даже не пошевелился. — Это какую же надо иметь чистую совесть, чтобы так крепко спать? — В её голосе прозвучало невольное восхищение.

А Джокер, между тем, продолжил своё путешествие по волшебному и непредсказуемому миру снов, проводником в котором была загадочная незнакомка.

Вихрь кружил его над морем, швырял из стороны в сторону, пока в глазах весь окружающий мир не превратился в одну бесконечную пёструю полосу. Здоровый желудок спас его от конфуза. Не хватало ещё вырвать прямо на серебристые длинные волосы женщины, которые в этот момент протекали под ним, плавно переходя в бурлящие воды незнакомой реки.

— Тебе необходима одна вещь, — тихий глосс незнакомки убаюкивал, но пирату безумно хотелось узнать, о чём идёт речь и там, в своём сне, он из последних сил старался не уснуть. И заснул.

А усиливающийся с каждой минутой ветер уже нёс его к родному дому. К зелёному тортугскому лесу. Джокер даже дёрнулся, настолько велико было его желание оказаться там, внизу, у себя дома, перед камином, но… Впереди маячила хитрая улыбка незнакомки и он обречённо подумал, что на этот раз не судьба.

Он спал во сне. Его невесомое тело плыло в открытом космосе среди сверкающих серебряных пуговиц звёзд прямиком к Земле, к старому монастырю, безжалостно уничтоженному им в свой последний визит. Но во сне монастырь всё ещё одиноко прижимался к скале, поджидая своего убийцу. Старый и не очень добрый приют, в котором прошло его безрадостное детство. Но в тот момент, когда пират открыл глаза, он был искренне рад встрече с этим серым, строгим и немного жутковатым зданием.

Он вновь стал маленьким мальчиком. Нёсся с ребятами по сумрачным коридорам монастыря и громко что-то орал. Вот так, всей галдящей, беспокойной толпой они завалились в кабинет старика Кортеса, который на этот раз почему-то был не таким уж старым и принялись носиться вокруг него, стараясь привлечь к себе его внимание. Но Кортес их не замечал, он с интересом разглядывал какую-то старинную карту. И тогда Феликс решил прыгнуть на этот разноцветный лист бумаги. Он распахнул руки, словно крылья и… Карта оказалась очень большой, она спадала с колен Кортеса и тянулась без конца и без края. Постепенно превращаясь в настоящий живой и объёмный мир, с голубыми венами рек, зелёными островками парков и садов и величественными зданиями прошедших эпох. Джокер летел над этой ожившей картой и, как это часто бывает во снах, ничему не удивлялся…

— Всё, не могу я больше смотреть на этого сурка, — воскликнула сердито Рита. — Сколько можно спать?! Пап, ну, как мне его разбудить?

— Я думаю, — философски заметил отец, — что ему надо просто позволить проснуться самому, без нашей помощи. Подозреваю, что это не простой сон. Давай, ещё немного подождём. Согласна?

— Можно подумать, что у меня есть выбор? — Грустно спросила девушка. — Вот только не собирается он просыпаться, хоть ори ему в ухо, хоть поливай холодной водой. Слушай, пап, а, может, и в самом деле его полить? Меня уже волнует этот странный сон. Он никогда раньше так не спал.

— Королева, не спеши. Давай, подождём ещё немного…

— Феликс, — услышал он голос загадочной женщины, — это зона трансформации, здесь живая материя теряет свои привычные свойства. Не знаю, понадобится тебе это или нет, но запомни на всякий случай — в местах геологических разломов трансформация запрещена. В одном из таких мест живёт Ведающая.

— Кто ты? — Он даже не надеялся получить ответ на свой вопрос.

— Ты всё поймёшь, Феликс…потом, когда придёт время, — ответила женщина и исчезла.

Он вновь оказался в воде. Море гудело и осыпало его холодными колючими брызгами. Он обнимал Риту, а она стекала по его рукам прозрачными ручейками, такая неуловимая. Он пытался её поцеловать, но губы чувствовали лишь солоноватую морскую воду.

— Джок, — услышал он где-то вдалеке голос Риты, — хватит спать. Проснись!

Он открыл глаза и увидел перед собой Риту, которая наклонилась над ним и поливала его из чашки холодной водой.

— Что случилось, красавица? — Спросил он с улыбкой. — Я долго спал?

— Не столько долго, сколько крепко, — недовольно проворчала девушка, — я уже стала волноваться.

Пират перевёл взгляд на Алекса.

— Здравствуй, Алекс. Я рад, что ты жив и здоров.

Он нисколько не удивился, встретив здесь, на Нибиру, своего старого знакомого в добром здравии, как будто встречаться с покойниками для него — дело привычное.

— Я тоже рад тебя видеть, — искренне ответил Алекс. — Что тебе снилось такое, что ты никак не хотел просыпаться?

Джокер задумался, вспоминая свой удивительный сон. Кто же эта таинственная незнакомка? Почему она выбрала для общения именно его? И что, в конце концов, значат эти её визиты?

— Алекс, — тихо спросил он, — что ты знаешь про Абсо? Кто этот странный мальчик? Почему он так отличается от всех остальных?

— Я знаю только то, что он — сын Нергала. А почему он таким стал… Не знаю, Джок. Я мельком слышал, что это как-то связано с паутиной, но не пойму…

— Обо мне говорите? — Услышали они со стороны двери звонкий мальчишеский голос. — Мне льстит такое ваше внимание к моей скромной особе.

Никто не заметил, когда он вошёл. Этот маленький стервец как-то так ухитрялся всегда появляться незаметно для окружающих, как будто он материализовывается прямо из воздуха. Наслаждаясь произведённым эффектом, Абсо подошёл к кровати, на которой лежал пират и присел на краешек.

— Значит, вас интересую я, — спокойно продолжил он свою речь, — а не лучше ли было бы спросить у меня самого? Я, правда, о себе знаю не много, но другие и того меньше.