Пётр Волкодав - Булава скифского царя

Тертей подоспел вовремя. О Папае, — взмолился Зиммелих — когда же мои послы вернутся? Какая бы не была весть, я приму её. Нет ничего хуже неизвестности.

— Я не говорила ведь, но видела… — тихо ответила Накра. — поначалу мне показалось, я — ошиблась и это во сне… Ночью я пошла к Тире…Твой брат сидел у реки… он не стеснялся своих слёз. Я не стала беспокоить его. Кто он, "Скиф"? Он не похож на нас всех. А помнишь, как мастер по изготовлению доспехов смотрел на твоего брата, когда тот благодарил за доспехи. — Накра хотела продолжить, но её прервали — в проёме шатра появился молодой караульный. Он переминался с ноги на ногу, не решаясь начать доклад. Зиммелих в ярости поглядел на парня. Сколот ещё больше испугался — ведь никто не имеет права входить в шатёр царя без разрешения. Исключение — срочные и важные новости. Едва караульный открыл рот для доклада, послышался знакомый Зиммелих звук рожка. — Чтоо? — радостно прошептал он, приподнявшись. — Я понял, сколе, иди — приказал в радости царь. Рожок снова запел… Так мог петь лишь один рожок в ойкумене — рожок Тертея.

— Они вернулись, царе! — справился с волнением и опоздал с докладом караульный. Неизвестность сразу перестала донимать и терзать душу, Зиммелих и Накра в мгновенье облегчённо выдохнули, а обрадованный и довольный собой дозорный бесшумно удалился. Царь и царица вскочили с ложа как полоумные и начали одеваться. Зиммелих, не попадая в штанину, завалился на пол и хохотнул. Накра, тоже не сдержалась. — Хорошо, что нас никто не видит, ха-ха-ха, мы словно дети. Рабыни, одевающие меня, не преминули бы этим воспользоваться. Ха-ха-ха. Не забудь булаву Зиммелихе. Когда в последний раз мы так быстро одевались?

— В степи, — вскричал, хохоча царь, — в степи, когда мы лежали вдвоём, и тебя напугал топот лошади Тертея. Помнишь?!..

Не дожидаясь поклонов и доклада посланцев, царь всех скифов торопливо подошёл и обнял Тертея и Хорсила. Тертей смутился, а Хорсил вздрогнул. Зиммелих спросил — Лёд уже сошёл в проливе Пантикапея (керченский пролив)?

— Мы не пошли по Пантикапею, а наискось — по Меотиде. — начал Хорсил, а потом вдруг замолчал. Зиммелих оглядел всех посланцев. — Продолжай мой посол, почему умолк? Сколько воинов потеряли? — Тертей почувствовал недосказанность слов царя, а Хорсил запинаясь, продолжил. — Четверо, мы потеряли четверых — он снова запнулся и посмотрел на Тертея.

— Ладно, чего там юлить — спокойно заявил Тертей, — сейчас о главном мой царе. Принесите ткань — сухо приказал он, находящимся позади воинам. — Мы ж не дети, чтобы прятаться.

— А фатеи? — спросил Зиммелих.

— Фатеи клянутся в дружбе и передали дары тебе Зиммелихе — разволновался и опустил голову Хорсил. Свежий шрам на щеке молодого посла стал багровым. — Хорошо, об этом позже мои послы. Я рад, что вы вернулись. Каковы бы не были новости — говорите. — Двое сколотов принесли связанный в узел кусок дорогой ткани и, не решаясь развернуть, застыли в поклоне. Непроницаемо-спокойный Тертей развязал верёвку и развернул ткань в глухом молчании послов, царицы амазонок и Зиммелиха. Бледность покрыла лицо царя. У Накры подёрнулись глаза и застыли. Она узнала сломанную боевую секиру и остальное имущество: тёплый башлык, ботинок, боевой пояс, нож с обломанным лезвием. Верхняя тёплая куртка была разорвана, а коричневые пятна говорили сами за себя.

— А тело? — неестественно спокойно спросил Зиммелих. — Где тело или останки? — Тертей поскрёб заиндевевшую бороду. — Мы больше ничего не нашли мой царе. Твой брат попал под горный обвал.

— Продолжай Тертее. Это то место, которое хотел найти мой брат?

— Да мой царе. Фатеи показали, но подходить туда отказались. Мы видели у их собак поднятую от страха шерсть. Они боятся таких мест. Их старейшина сказал, что в этих местах живут злые боги. Именно он отговаривал "скифа" идти в то место. Он клянется, что видел произошедшее и молился всем богам… Когда твой брат приблизился к каменному шатру из пяти камней, (дольмену) раздался рёв и появился "волосатый". — Накра вздрогнула и непроизвольно пододвинулась к мужу и зашептала. — Ты помнишь, как я рассказывала тебе о них. Они убили много моих амазонок. — Побледневший Зиммелих кивнул. Он помнил рассказ Накры, но "волосатых" видеть ему не пришлось. Тертей тем временем продолжил: — Старейшина Фатеев рассказал нам то, во что невозможно поверить. Твой брат, царе снял верхнюю одежду и боевой пояс, оставив один нож и направился к "волосатому". "Волосатый" рыкнул, не желая пропускать "скифа", к дольмену, но побоялся подойти. Старейшина фатеев бает, что они стояли похожие на двух богов — бога света и бога ночи и молчали, а потом твой брат пошёл к каменному шатру. "Волосатый" преградил дорогу, в ответ на что "скиф" рассмеялся. Тогда "волосатый" громко заревел на все горы. Рёв, вызвал обвал.

— "Волосатый" боялся "путника"? — не сдержалась и переспросила удивлённая Накра.

— Так сказал старейшина. Я ничего не прибавил. — ответил Тертей — Мы несколько дней разгребали камни и снег. Пришлось спуститься в пропасть, туда, где остановился обвал. Не смотря на предостережение старейшины — не входить в каменный шатёр, я залез внутрь и запалил огонь. Там было пусто, но в одном из углов, я нашёл сапожок и следы пребывания человека.

— Значит "Путник" жив? — с надеждой в голосе спросила Накра. Тертей покачал головой. — Вряд ли моя царица. Он не вернулся к фатеям, а без тёплой одежды далеко не уйдёшь.

— А обломанное лезвие ножа и акинака? — вмешался Зиммелих.

— Это и для меня загадка мой царе. Я думаю "скиф" погиб не под обвалом, а позже. Одному человеку оттуда не выбраться; кругом пропасти. Скорее всего, твой брат погиб карабкаясь вверх. Выше того места, в локтях двадцати, в расщелине скалы Хорсил заметил странный блеск. С помощью верёвок он вскарабкался и обнаружил сломанный конец лезвия ножа. Остриё мы вынуть не смогли. Вероятнее всего в том месте твой брат и сорвался в пропасть. — Тертей продолжал рассказ, а в это время к царю тихо подошёл главный вещун. Он незаметно переглянулся с Тертеем, а затем неожиданно для скифов сказал. — "Волосатый" разрывает сильного и здорового быка в мгновения. Ты, Тертее веришь вранью фатея? Я — нет.

— Кроне, — вмешался Хорсил — мы тоже не верим, но в глазах старейшины мы видели страх, когда он рассказывал.

Царь скифов поднял руку и все присутствующие умолкли. — Хорошо. Идите к своим близким и отдохните. В полдень к обеду я жду Тертея и Хорсила с подробным докладом о фатеях и вашем пребывании у царя Перисада… О ваших семьях я позаботился. Отдыхайте послы. Что ты хотел сказать ещё Тертее?