Макс Армай - Звезда и жернов

— Вы полагаете, что это был чародей из Дрангтума? — Ивдур поневоле понизил голос, и в глазах его, на миг, промелькнул затаённый страх. Инткулы же дружно и с любопытством вытянули шеи.

Дэдэн задумчиво пожевал губами и кашлянул:

— Половина россказней про Дрангтум — откровенные враки. Дрангтум ныне уже слишком стар, чтобы представлять для окружающих его государств сколь-либо серьёзную угрозу. Он устал и выдохся. Старинные его навыки безвозвратно утеряны, а ничего нового создать он не в силах… Именно поэтому Лингия, за которой, как всем известно, и стоит Дрангтум, за последние три сотни лет так ничего и не достигла… Если лже граф Иштуни — кто-то из чародеев Дрангтума, то меня во всей этой истории удивляет только то, что кто-то из них, вообще, решился вылезти из своей берлоги!.. — закончив говорить, Дэдэн внезапно отвернулся от Ивдура. — Однако здесь больше ничего интересного нет. Идём! Нам надо ещё успеть и по другим адресам… Господин нди’а Эрудда! Вы, я надеюсь, уже отобрали для церкви всё ей необходимое? — закричал Дэдэн и, протиснувшись мимо инткулов, вновь оказался в первой, большой комнате.

— Если Вы, Ваше Могущество, полагаете, что наша Всеблагая Церковь, по воле Господа нашего, вечно пребывающая в лучах Его славы, нуждается в чём-либо ещё, кроме Его всеблагой любви и милосердного прощения, то, позволю себе заметить, Вы, самым прискорбным образом, ошибаетесь! Мирское богатство совершенно чуждо её духу! Всё, что отходит к ней, согласно земному закону и небесной воле Всесущного, идёт исключительно на упрочение здания её и на дела богоугодные… — помощник квистола имел вид крайне оскорблённый, но, судя по потупленному взору, не хотел сейчас ссориться с придворным волшебником.

— Ну хорошо, господин нди’а Эрудда. Я вовсе и не помышлял задевать авторитет церкви! — примирительно улыбнулся Дэдэн. При этих его словах, стоящие позади него инктулы, сдержано хихикнули.

— Идёмте! — мрачно бросил помощник квистола и, никого не дожидаясь, устремился к двери, за которой начиналась лестница на первый этаж. Двое гвардейцев, тяжело засопев, оторвали от пола огромный тюк и потащили его следом за ним. Где-то внизу, под окнами, фыркнула лошадь, впряжённая в поджидавшую их подводу.

— Всем разойтись! Всем немедленно разойтись! — надрывался командир гвардейцев. — Бараны! А ну, пошли прочь, если вам дорога ваша никчёмная жизнь!

Однако любопытных почти не поубавилось. Командир выругался и зло сплюнул на мостовую. Один из солдат подбежал к двери и громко застучал.

— Именем герцога Индэрнского! Открывайте! — закричал он. Дверь почти тотчас же распахнулась, и на пороге появился испуганный хозяин.

— Что Вам угодно? — дрожащим голосом спросил он.

— Мне угодно арестовать некоего купца Эюрра Улога, прибывшего из Атранда и признанного виновным во взлоумышлении против нашего славного и богатого города, господина его герцога, короля и Господа нашего Игуна, — выступил вперёд командир гвардейцев. — А кроме того мне угодно арестовать и всех прибывших вместе с ним лиц. Насколько мне известно, они проживают у вас.

Меж тем, стоящие на улице горожане, могли видеть, как в окнах домов расположенных напротив и на их крышах быстро расположились лучники, и как ещё несколько человек устремились на задний двор.

— Да, мой господин! До сегодняшнего дня названный Вами купец Эюрр Улог из Атранда, действительно, проживал у меня, — поклонился хозяин. — Но утром, господин купец со мной рассчитались и уехали к Восточным воротам, вместе со всеми своими людьми и пожитками.

— Врёшь! — заорал на перепуганного хозяина командир. — Никто сегодня из города не выезжал. А ну, посторонись!

Хозяин поспешно отскочил в сторону, и в дом торопливо вбежали с десяток солдат, а вслед за ними трое священников. В то же мгновение на улицу в смятении высыпало семейство злосчастного домовладельца: жена, несколько детей, старуха, опирающаяся на палку и ещё несколько человек, то ли родственников, то ли прислуги. Все они растерянно остановились у входа, но командир гвардейцев решительно оттеснил их к соседнему дому:

— А ну, отойдите-ка отсюда! Давайте! Давайте! Нечего вам тут торчать.

— Но, великодушный мой господин! Как же это так? Я сам, моя жена, вот ещё Керси и Дол — все мы своими глазами видели, как господин купец со всеми своими людьми и пожитками уехал сегодня утром! — обескуражено ныл домовладелец. — Да вы и у соседей наших спросите! Они наверняка тоже это видели.

— Вот соседи-то ваши, как раз ничего такого и не видели, — усмехнулся командир гвардейцев.

— Да как же это возможно! Неужели Вы полагаете, что я Вас обманываю? — возмутился хозяин.

— Будешь мне надоедать, то я так и подумаю! — разозлился командир. — Пошёл прочь от меня, конийская бестолочь! — и отвернулся к дому.

— … иргу лода. Нгу Игуна адисто дари луота, карн ируна, биу отоновари. Нгу Игуна истига руно! Нгу Игуна истига руно! Нгу Игуна истига руно! Агис ду! — священники, стоявшие посреди комнаты лицом друг к другу, крепко взявшись за руки, закончили читать последний стих и сразу же, с готовностью обернулись. Раздался лёгкий протяжный вздох, и едва заметное дуновение пронеслось по комнате.

— Вот он! Смотрите, вот он! — что есть мочи завопил один из солдат, тесно стоящих вокруг священников.

— Стреляйте! Чего же вы медлите, дети мои? Стреляйте! Убейте это отродье Тёмного! Очистите наш добрый город от скверны Нечистого! — закричал прингид духа господня, который, судя по всему, и был среди священников главным.

Из стены, рядом с богатым комодом из таргового дерева, едва заметно проступили очертания жутковтого вида существа: рослого, с длинным, вытянутым лицом, с широким, крупным носом и сильно выдающимися надбровными дугами. Руки у него были угловатые и непропорционально длинные, а ноги — короткие и мощные. Существо это ещё раз глубоко вздохнуло и открыло глаза. В тот же миг оно подняло, ладонью к лицу, свою левую руку и слегка сжало её в кулак, от чего двое солдат, ближе всего стоящих к нему, выпучили глаза и, страшно задёргавшись, вдруг стали иссыхать прямо на глазах, словно какая-то неведомая и зловещая сила выдавила из их тел всю воду. Кожа их тут же сморщилась и покрылась множеством трещин, и не прошло и трёх секунд, как оба солдата, словно иссушенные временем мумии, рухнули на пол. Пронзительно-хлёстко зазвенела тетива, и одновременно несколько стрел воткнулись в стоящее у стены существо. Оно яростно взывыло и, выхватив из-за спины окованную железом булаву ринулось на противника. Вновь зазвенела тетива, и чудовище, сделав ещё один шаг и став теперь уже совсем видимым, рухнуло на пол, прямо под ноги прингиду.