Питтакус Лор - Сила шести

— Джон, я понимаю, что это будет трудно, — шепчет он. — Но через десять минут мы должны вернуться в лес. Я серьезно. Шестая рассчитывает на нас.

— Я постараюсь, — говорю я, в эту минуту даже не думая о грозящих последствиях. Сара здесь и так близко от меня, что я почти ощущаю запах ее шампуня.

Она крутит головой, высматривая меня. Наконец она садится на качели и крутится, натягивая веревки. Потом она медленно раскручивается, а я иду по краю площадки, скрываясь за деревьями, и любуюсь ей. Она такая красивая. Само совершенство.

Я дожидаюсь, пока она повернется ко мне спиной, и выхожу из тени. Она продолжает вращение и оказывается лицом к лицу со мной.

— Джон? — Носки ее кед скребут по бетону, чтобы остановить вращение.

— Привет, красотка, — говорю я. Я чувствую, что моя улыбка растягивается до самых ушей.

Сара всплескивает ладонями, закрывая рот и нос.

Я подхожу к ней, и она пытается слезть с качелей, но ей мешают туго перекрученные веревки.

Я хватаюсь за веревки, разворачиваю ее к себе и поднимаю ее вместе с сиденьем на уровень своего лица. Я целую ее, и, как только наши губы встречаются, мне кажется, что я никогда не покидал Парадайз.

— Сара, — шепчу я ей на ухо. — Я так скучал по тебе, так скучал.

— Не могу поверить, что ты здесь. Это нереально.

Я снова целую ее, не отрываясь, и мы вместе крутимся до тех пор, пока веревки над ней не распрямляются. Сара спрыгивает с сиденья прямо в мои объятия. Я целую ее щеки и шею, а она водит ладонями по моей голове, запуская пальцы в стриженые волосы.

Я отпускаю ее, и она говорит:

— Кое-кто подстригся.

— Да, это моя особая стрижка, называется крутой-парень-в-бегах. Как тебе? Нравится?

— Да, — говорит она, упираясь руками мне в грудь. — Я не против, даже если ты вообще будешь лысым.

Я отступаю на шаг, чтобы сохранить в памяти этот ее образ. Яркие звезды за ней, сдвинутая чуть набок шапочка. Ее нос и щеки раскраснелись от холода. Прикусив нижнюю губу, она смотрит на меня, и у нее изо рта вырывается маленькое облачко дыхания.

— Я думал о тебе каждый божий день, Сара Харт.

— Поверь, что я думала о тебе вдвое больше.

Я опускаю голову, и мы касаемся лбами. И мы какое-то время так стоим, глупо улыбаясь. Потом я спрашиваю:

— Как ты? Тебя сейчас не очень достают?

— Сейчас уже легче.

— Так трудно быть в разлуке с тобой, — говорю я, целуя ее холодные пальцы. — Я постоянно думаю о том, чтобы прикоснуться к тебе, услышать твой голос. Каждый вечер еле удерживаюсь, чтобы тебе не позвонить.

Сара берет в ладони мой подбородок и водит большими пальцами по моим губам.

— Я часто сижу в папиной машине и думаю, где ты. Если бы я только знала, то я бы сразу к тебе поехала.

— Я здесь. Прямо перед тобой, — шепчу я.

Она опускает руки.

— Я хочу уйти с тобой, Джон. Мне все равно куда. Я так больше не могу.

— Это слишком опасно. Мы только что закончили схватку с пятьюдесятью могадорцами около дома Сэма. Вот каково теперь быть со мной. Я не могу тебя в это втягивать.

У нее трясутся плечи, и на глазах наворачиваются слезы.

— Я не могу здесь оставаться, Джон. Когда тебя нет и я даже не знаю, жив ты или погиб.

— Сара, посмотри на меня, — говорю я. Она поднимает голову. — Я ни в коем случае не погибну. Я знаю, что ты меня ждешь, и это для меня как защитное силовое поле. Мы будем вместе. Скоро.

У нее дрожат губы.

— Мне так трудно. Все просто ужасно, Джон.

— Ужасно? Что ты имеешь в виду?

— Люди такие скверные. Все говорят о тебе отвратительные вещи. И обо мне тоже.

— Например?

— Что ты террорист, убийца и ненавидишь Соединенные Штаты. Парни в школе придумывают тебе клички, вроде Бомбист Смит. Мои родители говорят, что ты опасен и что мне больше ни в коем случае нельзя с тобой общаться. Ко всему прочему, за твою голову назначена награда, и люди постоянно разговаривают о том, как бы тебя убить.

Она опускает голову.

— Просто не представляю, как ты все это выносишь, Сара, — говорю я. — Но по крайней мере, ты знаешь правду.

— Я потеряла почти всех друзей. Кроме того, я сейчас хожу в новую школу, и там все считают меня просто какой-то ненормальной.

Я потрясен. В прежней школе Сара была самой популярной, самой красивой, самой любимой девушкой. А сейчас стала отверженной.

— Так будет не всегда, — шепчу я.

Она больше не может сдержать слез.

— Я так люблю тебя, Джон. Но я не представляю, как мы можем из всего этого выбраться. Может, тебе лучше сдаться властям?

— Я не сдамся, Сара. Не могу. Мы выберемся. Точно выберемся. Ты — моя единственная, моя любовь. Сара, я обещаю, жди меня, и все образуется.

Но слезы не останавливаются.

— Но сколько мне ждать? И что произойдет, если все станет налаживаться? Ты вернешься на Лориен?

— Не знаю, — в конце концов говорю я. — Сейчас Парадайз — это единственное место, где мне бы хотелось быть, а ты — единственный человек, с которым мне бы хотелось быть в будущем. Но если мы как-то сумеем победить могадорцев, то да, мне придется возвращаться на Лориен. Но я не знаю, когда это случится.

У Сары в кармане жужжит телефон, и она наполовину вынимает его, чтобы взглянуть на экран.

— Кто тебе так поздно пишет? — спрашиваю я.

— Да Эмили. Может, надо сдаться и сказать им, что ты не террорист? Я не хочу снова и снова тебя терять, Джон.

— Послушай меня, Сара. Я не могу сдаться. Я не могу сидеть в полицейском участке и пытаться объяснить, как была разрушена целая школа и убиты пять человек. Что я скажу о Генри? О документах, которые найдены в нашем доме? Нельзя, чтобы меня арестовали. Шестая меня просто убьет, когда узнает, что я был здесь и разговаривал с тобой.

Сара шмыгает носом и вытирает ладонями слезы.

— А почему это Шестая убьет тебя, когда узнает, что ты был здесь?

— Потому что я ей сейчас нужен и потому что мне опасно здесь находиться.

— Ты ей нужен? Ей? Ты нужен мне, Джон. Ты нужен мне здесь, чтобы сказать, что все будет в порядке, что все это было не зря.

Сара медленно идет к скамейке, на которой вырезаны инициалы. Я сажусь рядом и прислоняюсь плечом к ее плечу. Мы ушли со света, и мне не очень хорошо видно ее лицо.

Я не знаю, в чем тут дело, но Сара отстраняется от меня и говорит:

— Шестая красивая.

— Да, — соглашаюсь я. Зря, конечно, но у меня просто вырвалось. — Но не такая красивая, как ты. Ты самая красивая из всех девушек, каких я знаю. Самая красивая из всех девушек, каких я когда-нибудь видел.

— Но от нее тебе не надо уходить, как ты уходишь от меня.

— Мы должны скрываться, Сара! Мы не можем просто взяться за руки и прогуляться по улице. Мы должны ото всех прятаться. Когда я с ней, я прячусь точно так же, как если бы был с тобой.