Павел Мороз - Стальные небеса

Урод заревел от боли и ухватил занозу пастью. На несколько секунд установилось шаткое равновесие, а потом его окутало плотное чёрное облако, в котором вскоре проявились ещё более тёмные сгустки, начавшие увеличиваться, закручиваться и втягивать в себя окружающую их стальную пыль. Через несколько секунд процесс завершился и в мягкую, податливую плоть червя, вгрызлось несколько сотен разнообразных стальных насекомых-мутантов размером с два кулака, облепивших его как муравьи жирную гусеницу.

Демон жутко заревел и начал кататься по земле, пытаясь скинуть или раздавить големов, но было уже поздно. Всё его тело покрылось мелкими кровоточащими рытвинами-тоннелями — жучки упорно прогрызались к жизненно важным органам. Вот один из них добрался до второго сердца в груди существа, а ещё трое упорно превращают в пюре крохотный, по сравнения с размерами туши, мозг… Через несколько секунд демон, в агонии, вытянулся в струну на кончике белёсого хвоста, тоскливо взревел и тяжело рухнул на залитую слизью и кровью землю Великой пустыни.

Тёмные подземелья, сырость, крики сумасшедших и жуткая вонь. Всё это с детства ассоциировалось у Валерта с психбольницей, и он ожидал увидеть нечто подобное сейчас, но его постигло разочарование. Отделение для душевнобольных при гильдейском госпитале, разительно отличалось от представлений большей части людей о подобных заведениях. Приятный запах, успокаивающий глаза цвет стен, тишина, обходительный персонал — всё просто великолепно, если бы только не тяжёлая атмосфера.

— Где его палата? — поинтересовался Валерт у идущего рядом тщедушного мага-медика.

— Мы почти пришли, — сказал тот, открывая неприметную дверь слева и приглашая пройти внутрь.

Вопреки ожиданиям, за дверью оказалась не крохотная пустая комнатка, а довольно просторное помещение со множеством кресел, некоторые из которых были заняты высокими чинами из Гильдии и светилами магической и не очень, науки. Этот зал отделялся от комнаты, где находился Ивор силовым полем односторонней прозрачности.

Пристёгнутый к каменному, покрытому рунами щиту человек, мало походил на Гордого, да и на человека, честно говоря, тоже: бледный как труп, с окаменевшими буграми напряжённых до предела мышц, обтягивавших скелет, Ивор производил впечатление дикого яростного зверя, готового к прыжку. Это впечатление поддерживали также короткие двухдюймовые антрацитово-чёрные когти и длинные клыки. Голод превратил землянина в некое подобие твари из Бездны, что подтверждали и бездонные колодцы глаз, горящие запредельной злобой. Даже сидящие за силовым полем маги ощущали как мурашки страха бегут по спине от этого взгляда.

— Не очень приятное зрелище.

— Да уж, приятного мало, — согласился врач.

— И надолго он в таком… состоянии?

— Всё зависит от того, как скоро пациент «поест». По нашим прогнозам после поглощения души ему понадобится около суток, чтобы прийти в нормальное состояние, — маг провёл Валерта в первый ряд и жестом предложил располагаться.

— Но ведь не всегда рядом будет команда магов способная обуздать зверя! Это же сколько дел он успеет за сутки натворить, при его-то силе?

— О-о, не волнуйтесь уважаемый, такого тяжёлого случая более не повториться, — успокоил оборотня медик. — Его сознание адаптируется и впоследствии пациент сможет контролировать себя… более-менее. Насколько вы помните, та же ситуация была и с другой гранью его способностей. Вы же тогда его доставили?

— Да.

— Вот видите.

В полотне силового поля неожиданно появилась рваная дыра и внутрь клетки втолкнули человека. Оборванец был вооружён длинным добротным мечом, да и сам он был не самого хлипкого рода-племени. Характерные татуировки, покрывавшие большую часть тела, выдавали в нём матёрого уголовника. А судя по грязи и обноскам вместо нормальной одежды, он всего несколько минут назад ещё работал на каменоломне.

— Вовремя мы пришли, убийцу доставили. Сейчас начнётся, — обрадовано потёр руки доктор, а его глаза загорелись нездоровым научным интересом. Настоящий фанатик!

— Его выдернули прямо с каторги?

— Да, — кивнул врач. — Для такой важной цели власти Керсона разрешили взять какого-нибудь закоренелого преступника, приговорённого к смерти или пожизненному заключению. — Смотрите!

Дыра в силовом поле исчезла. Убийца, не теряя времени даром, прыгнул прямо к прикованному Ивору, попытавшись пронзить его мечом. В этот момент скобы удерживавшие Гордого дематериализовались и он получил свободу.

Первой звонко хрустнула сломанная в четырёх местах рука с мечом. Затем страшный удар ладонью впечатал каторжника в силовое поле… Следующим, что увидели зрители, была разорванная когтями грудь человека и залитые по локоть кровью руки Ивора, с рычанием пожиравшего сердце убитого. Заливавшая лицо и грудь кровь, сделала Гордого похожим на так нелюбимых им вампиров. Он торжествующе зарычал и обернулся прямо к якобы невидимым зрителям, тело напряглось и… его вырвало.

— …….. - прохрипел парень.

— Он пришёл в себя, — произнёс стоящий чуть в стороне медик, и взмахом руки отправил в клеть санитаров с носилками.

— Слава богам! Первая хорошая новость за последние два дня…

Если раньше, когда у Валерта спрашивали о худшем дне его жизни, принц затруднялся выбрать лишь один из длинной череды, то теперь он мог с полной уверенностью назвать худшими растянувшиеся на вечность минуты своего бегства…

Все его знания, умения и сила оказались настолько мизерны, что хотелось просто лечь и дождаться добивающего удара. Лишь бы пропало это противное, засевшее занозой в душе чувство апатии, не только бессмысленности сопротивления, но бессмысленности всей предыдущей жизни, посвящённой бесконечному самосовершенствованию и борьбе за каждую секунду существования. Ползти, волоча за собой кишки и заливая кровью землю, дракона заставляло только его упрямство и желание спасти беспомощного мальчишку, которого он так беззастенчиво втянул в свои игры за власть. Звуки битвы, по мере того как Валерт удалялся, становились всё громче — Ивор ещё продолжал сражаться.

Оборотень не заметил когда всё стихло. В ушах осталась лишь гудящая тишина, сознание померкло, принося забытьё, но он продолжал упорно куда-то ползти. Надежда ещё оставалась.

Валерт открыл глаза и увидел белоснежный потолок уже знакомой больничной палаты. Получилось!

— Я жив, — пробормотал принц.

— Благодарите за это врачей и своё железное здоровье, — неожиданно ответил кто-то смутно знакомым голосом.