Лиш МакБрайд - Некромант, держи меня ближе (ЛП)

Поездка на пароме в Бейнбридж короткая: всего лишь тридцать минут. Я провел все время на палубе, наблюдая, как паром врезается в воду. Люди толпились вокруг, и каждый раз, когда открывалась дверь, я слушал, как парень играет на акустической гитаре. Затем дверь снова закрывалась, и я слышал, лишь как паром шел по воде.

Я прожил здесь всю свою жизнь и не устал от Пьюджет-Саунда [36] или Каскадов. День был ясным и прохладным. Вряд ли, это продлится долго. Погода в Вашингтоне не постоянна, весенняя погода - вдвойне. К тому времени, как капитан дал предупреждающий гонг, я заледенел снаружи и стал свинцовым внутри. Мне совершенно не хотелось сходить с парома.

Прибытие на Остров Бейнбридж отличается от прибытия в Сиэтл. Когда вы садитесь в свою машину и ждете, пока разгрузят ваш багаж в Сиэтле, вы смотрите на Спейс-Нидл [37], машины и на насыпь городских сооружений. Как только вы выходите из паромного терминала в Бейнбридж, вокруг видны лишь деревья. Сосны везде, куда ни глянь. Ну, сосны, фейерверки, кафе и, в конечном счете, казино. Вы проезжаете мимо индейской резервации Порт Мэдисон, когда покидаете остров. Я не смог сдержать улыбки, когда проезжал мимо казино. Я никогда не играл в азартные игры, так как не имел много денег, но, пока я проезжал мимо живописной сельской местности, которая, я уверен, раньше принадлежала какому-то племени, я мысленно надеялся, что они обворовывали белых до нитки. Да, пожалуй,  не совсем политкорректно.

Я нашел резиденцию Хатфилдов довольно легко. Интернет-каталоги – замечательная штука. Дом Кевина был огромным. Окрашенное дерево, казалось, выросло прямо из леса. Чем бы он ни зарабатывал себе на жизнь, по-видимому, там хорошо платили.

Я постучал, прежде чем смог отговорить себя. Женщина, которая поприветствовала меня, должно быть, его жена, хотя она была и младше, чем я ожидал. Элейн Хатфилд, наверное, совсем недавно исполнилось тридцать. Черт, я мог бы встречаться с ней. И даже если бы от мысли об отношениях со своей теоретической мачехой мне не захотелось бы вырвать в кусты, я бы это сделал просто назло. Элейн была сексуальной в стиле мамочки футболиста: кучерявые светлые волосы, обтягивающий свитер, и улыбка такая белая, будто она только что вернулась с приема у дантиста. Миссис Ви была права. Мне нужно почаще зависать с друзьями, если уже жена Кевина мне кажется привлекательной. Обычно, я не замечаю трофейных жен.

— Могу я чем-то помочь?

Мне пришлось откашляться, чтобы ответить.

— Мистер Хатфилд дома?

— Сейчас его нет, — сказала она. Ее ответ прозвучал так, как будто он должен вернуться с минуты на минуту. Вероятно, в том случае, если я псих.

— Вообще-то, я могу поговорить и с Вами, — сказал я, как будто эта мысль только что посетила меня. Элейн была единственной, кого я хотел бы увидеть. Я думал, что смогу вести разговор, если она откроет дверь.

Она вскинула бровь, глядя на меня.

— Я ищу Ника Хатфилда, — сказал я. — Его брата.

Ее голубые глаза удивленно расширились, и она пригласила меня войти.

Внутри дом выглядел так же, как и снаружи: изысканно, естественно и дорого. Элейн предложила мне кофе, но я вежливо отказался. Я надеялся, что не задержусь здесь надолго. Но от домашних печенек я не смог отказаться. Я же не из камня сделан. Я вгрызся в печенье с шоколадной крошкой, сидя напротив нее в месте, которое она назвала уголком для завтрака, но я бы назвал это место столовой. Этот дом мог съесть мою квартиру, но все равно бы остался голодным.

— Вы когда-нибудь встречались с ним? — спросил я. Было бы намного проще, если бы она знала, что у Кевина есть брат.

— Я видела его лишь однажды, — сказала она, — практически сразу же после того, как родилась моя первая дочь, — она мимолетно улыбнулась. — Мой муж сильно не распространяется о своей семье. Я бы даже, наверное, не узнала о нем, если бы он не приехал, — она рассеянно перебирала печенье. — С тех пор я не видела его.

Этот разговор для нее был неприятным. Либо у нее был пунктик на счет перебирания печенья.

— Что-то в нем испугало вас?

— Нет, — сказала она быстро.

Я накрыл ее руки свой рукой.

— Вы можете рассказать мне, — сказал я. — Все в порядке.

Я хотел успокоить ее. Вместо этого я почувствовал, как часть меня подтолкнула ее. Не знаю, как еще объяснить это. Я не хотел делать этого. Я даже не знал, что могу так делать. Ее глаза немного смягчились, а тело немного расслабилась.

— Ник не напугал меня. Он казался милым. Печальным, но милым. Он лишь хотел подержать Лили. Но потом вернулся Кевин. Сказал, что забыл ключи. Кевин увидел Ника... и взбеленился.

Я сжал ее руку, поощряя ее продолжать.

— Что произошло потом?

— Они поругались. Кевин кричал, чтобы Ник не прикасался к ней. Не... — она нахмурилась, подбирая слова, — разрушал ее. Ник сказал, что ей, возможно, понадобится помощь.

— Помощь?

— Проводник. Он сказал, что она может быть опасной.

— И это расстроило вас.

— Она была такой крохой. Как она могла быть опасной? — она покачала головой. — Кевин замахнулся на него, и Ник ушел. С тех пор я не видела его.

Свет проник в окна, заставляя ее волосы мерцать.

— Я спросила Кевина, о том, что он имел в виду, но он сказал мне не обращать на это внимание. Сказал, что у Ника... проблемы.

— Понимаю, — она хотела сказать, что он сумасшедший, но была слишком вежливой для этого. Так бы запросто мог ответить Кевин.

— Вы не переживали? За свою дочь?

— Сначала – да, — она посмотрела на печенье, молча предлагая мне. Я взял еще. Можете меня осуждать, но оно были вкусным. Она улыбнулась, когда я откусил кусочек, радуясь, что я наслаждался чем-то, сделанным ею. Этот взгляд сделал свое дело. Элейн мне действительно понравилась. Я почувствовал себя ужасно, допрашивая ее, но она единственная могла мне помочь.

— Но Кевин сказал мне не беспокоиться. Сказал, что мои замечательные гены победят, — она смутилась, как только сказала это. — Банально, я знаю, но после этого я успокоилась.

Я улыбнулся в знак согласия, но внутри чувствовал себя паршиво. Кевин не бросил эту семью. Элейн была нормальной. Простой человек без наворотов. На каком-то уровне он, наверное, догадывался, кем была мама, и винил ее в этом. И он, должно быть, подумал, что в этот раз без моей мамы, способной все смешать, он уклонится от наследственной пули. Пока я наблюдал за тем, как оживилась Элейн во время разговора о семье, я понял, что она начинает нравиться мне все больше. Кевин может удавиться.

— Кевин не любит распространяться о своем прошлом, — сказала она. — Я, наверное, даже бы и не знала, что он был женат, если бы не наткнулась на бумаги о разводе.