Анна Лин - Владычица Черной башни

У меня было скверное настроение. Прогулка по парку обернулась настоящим кошмаром. Вернее, сначала все было отлично. Я шла под ручку с Турисом, на которого заглядывались все встречные девушки, а вокруг раскинулся изумрудно-зеленый парк с журчащими фонтанами, изумительной красоты клумбами и мраморными статуями нимф и фавнов. Турис почти все время молчал, восторженно глядя на меня и заливаясь краской каждый раз, когда я смотрела на него. А стоило ему открыть рот, как он тут же начинал нести какие-то глупости. Но меня это только умиляло, и я мило улыбалась рыцарьку, который просто лопался от счастья, гуляя вместе со мной.

Однако позади нас плелся грустный и угрюмый Заваль, который критиковал все, что видел в саду. Досталось и погоде, и деревьям, и фонтанам, и нимфам с фавнами. Турис постоянно нервно оглядывался на ворчащего волшебника, а я старалась изо всех сил не обращать на Заваля никакого внимания. Но когда мы с Турисом присели на резную скамеечку, Заваль нагло уселся рядом с нами и продолжил брюзжать.

– Мэйведа, – не выдержал Турис. – А этот тип так и будет за нами ходить?

– Да, – выдавила я.

А когда Турис нарвал мне красивых бледно-лиловых цветов, невзирая на табличку «По газонам не ходить, цветы не обрывать!», Заваль критически осмотрел букет и заявил, что более тусклых цветов не видел. Турис весь покраснел от злости и обиды, а я сжала букет и прошипела:

– Жаль, что они не ядовитые, иначе я пихнула бы их прямо вам под нос!

– Ну зачем так сразу злиться? – насупился Заваль. – Я же просто сказал правду...

Долго Турис не смог его терпеть и предложил разойтись «по домам». Я отпустила рыцарька, который галантно поцеловал мне руку, и злобно посмотрела на скучающего Заваля.

– Вы испортили мне свидание!

– А это было свидание? – удивился волшебник. – Непохоже как-то...

– А это не ваше дело! – еще больше разозлилась я.

– Думаете, мне самому приятно за вами постоянно таскаться? – пробурчал Заваль. – Вот еще! Я бы лучше...

Я демонстративно зажала уши и направилась по тропинке. Меня поймал невысокий паж, который сообщил, что меня ждут на Совете. Я вздохнула и направилась во дворец. Заваль, ворча что-то неприятное о короле, его Совете и Верховных магах, плелся за мной.

На Совете мне тоже изрядно потрепали нервы. Во-первых, там был Герберт Баал, который делал вид, что меня вообще не существует. Я же одарила его самой своей любезной улыбкой и уселась специально напротив. Потом начались долгие споры и обсуждения насчет того, что первым делом нужно предпринять против Башни Аль-Сар. После двух часов обсуждений, от которых у меня уже голова стала болеть, было решено, что сначала нужно написать Черным магам письмо.

И все стали его сочинять. В письме говорилось о том, что Владычице Черной башни пришел конец, что ее планы разгадали, ее саму схватили и публично казнили. Я была согласна с содержанием письма, но не его формой. Потому что лорд Баал принялся диктовать секретарю полную чушь!

– ...И тогда эту мерзавку, эту черноволосую ведьму, полную всех грехов, схватили и принялись избивать ногами...

– Эй-эй, полегче! – не выдержала я.

– ...А когда эту чертовку, этот сосуд всяческого зла, тащили в тюрьму, она плакала и молила о пощаде...

– Это бред! Прошу откровенную ложь в письмо не помещать.

– ...На столе палача эта грешница, это извращенное и злое существо, выдало все, что знало, ибо ваша пустышка, ваша низменная Владычица, не обладает ни храбростью, ни выдержкой, ни...

– С меня хватит! – Я вырвала письмо у секретаря. – Как можно писать Черным магам такой бред? Они же вам никогда не поверят!

– Почему? – нахмурился король Альмарик. – А по-моему, весьма реалистично...

– Ну конечно! – ядовито бросила я. – Если вы хотите произвести на Черных магов впечатление, письмо должно быть сухим, лаконичным и жестким, полным внутренней силы. А не горячечный бред, который тут выкрикивал лорд Баал!

В итоге письмо написали так, как хотела я. В Черную башню его должна была доставить волшебная птица. А я, уставшая от этого дикого Совета, вместе с Завалем, постоянно бурчавшим во время обсуждений, отправилась в свои апартаменты. Но там ждали портнихи, которые должны были сшить мне новый гардероб.

Сначала я обрадовалась, довольно потирая руки. Но когда стала осматривать ткани для платьев, стараясь не обращать внимания на гнусавую критику Заваля, оказалось, что все ткани были исключительно черного цвета! Я любила этот цвет, но мне нравились и другие. Нельзя же все время ходить в черном! А швеи были как одна уверены, что Владычица Черной башни ходит исключительно в черном. Меня это очень обидело. Да, я в основном предпочитала темные оттенки вроде глубокого бордового, болотного или темно-синего, но... Например, у меня в комнате над кроватью висел огромный портрет, где я была в тонком и воздушном платье ослепительно-белого цвета с серебристой вышивкой. Моррандир всегда говорил, что на этом портрете я похожа на чертенка, играющего на маскараде ангела...

В общем, я выгнала швей и приказала принести мне разноцветные ткани. Испуганные швеи тут же кинулись исполнять приказание, и вскоре передо мной открылось многоцветье бархата, шелка, атласа и тонкого льна. В итоге я выбрала светло-зеленый и нежно-голубой шелк, темно-синий атлас и бархат фисташкового и персикового цвета. От изящных кружев я отказалась, потому что всегда их не переваривала.

Когда швеи ушли, я выставила за дверь Заваля и рухнула на кровать. Как же все сложно! Я ужасно устала за этот день и даже затосковала по былой жизни в Аль-Cape... Но потом усилием воли выкинула из головы эти мысли и улеглась наконец-то спать.

32

Прошло еще три дня. Нельзя сказать, что жизнь в королевском дворце Эфирии мне так уж не нравилась. Я ходила по коридорам и залам в дорогих и элегантных нарядах, благоухая изысканными духами, а все мужчины смотрели мне вслед. Даже то обстоятельство, что я была Владычицей Черной башни, не умеряло их пыл. Даже постоянно нудящий Заваль не мог отпугнуть моих многочисленных поклонников.

В мои апартаменты постоянно присылали охапки цветов, украшения, разные изысканные безделушки. Иногда даже попадались баллады, поэмы и стихи, написанные в мою честь. Когда ко мне приходили Диксерита и Энейн, мы торжественно зачитывали эти творения и смеялись до коликов. Грю и Турис, иногда посещавшие меня, не понимали и не одобряли этого. Про Заваля, который критиковал все в мире, я вообще молчу.

Во время вынужденного бездействия во дворце я развлекалась как могла, и даже гнусавящий маг не мог испортить мне настроение. Я уже стала потихоньку привыкать к его компании, хотя однажды я не выдержала и вылила на него воду из вазы, вперемежку с очередными цветами от поклонника. Заваль был шокирован и обижен до глубины души, а поэтому долго не разговаривал со мной, что-то бурча про себя и кидая на меня косые взгляды.