Ирина Чернова - И аз воздам

Тем временем вилт закончил инспектировать содержимое мешка и поднялся на ноги, держа что-то в лапах, на которых по-прежнему поблескивали два железных кольца. В два прыжка он преодолел разделявшие нас метры, тяжело плюхнулся рядом на зад и схватил меня за плечо так сильно, что я почувствовала длинные острые когти.

- Пус-сти, - дернулась я от боли, но он схватил за второе плечо, подтащил меня и усадил спиной к себе, откинув волосы с шеи. На этом я приготовилась к окончанию моего иномирного путешествия и надеялась на то, что если и будет больно, то очень недолго...

Почему-то вилт не начинал меня есть или рвать, а вот порцию очередных царапин от его когтей я получила, когда он что-то делал у меня на шее. Закончил, отодвинулся и по-кошачьи фыркнул сзади.

- Вставай и пошли дальше, - раздался глухой лязгающий голос за спиной совершенно нечеловеческого тембра.

Я поднесла руку к шее, ощупывая что-то чужеродное на ней. Вроде бы под пальцами была полоска тонкой мягкой кожи, плотно прилегающая и не мешающая ни дышать, ни говорить, без единого шва со всех сторон. Попыталась поддеть ее ногтями, поскрести, отодрать, но она сидела плотно и не поддавалась ни на что. Горло еще болело после того, что столько времени было пережато цепью и вместо слов изо рта вылетали только хрипы и кашель. Поднявшись на ноги, я посмотрела на полузвериную морду с толстыми щеками и пятачкообразным носом, но вилт повернулся и пошел по дороге вперед, ведя за собой лошадь. Это что, он больше не держит меня и я могу уйти? Зачем он тогда тащил меня с собой все это время? Надоела? Решил, что я невкусная? Испугался преследователей? Эти вопросы вихрем пронеслись в голове, пока я медленно отступала назад маленькими шажками, трясясь от страха, что он вот сейчас обернется и кинется...

Почему-то было очень жарко. Жарко и плохо, а на десятом крошечном шажке я поняла, что с каждым шагом шею начинает жечь больше и больше, а еще одного шага я уже не смогу пережить. Проклятье, это жжет тот ошейник, который вилт нацепил мне и только сняв его я смогу освободиться от этого жжения! Я дергала полоску кожи, пытаясь оторвать ее от шеи, скребла и царапала изо всех сил, но проклятая ленточка не желала поддаваться, а получеловеческая фигура с лошадью на поводу застыла впереди, не делая ни одного шага. Проклиная себя, я шагнула вперед, за ним, и жуткое жжение немного уменьшилось, вилт пошел вперед и оно снова обожгло кожу. Не в силах больше переносить эту боль, я прибавила шаг.

Когда на землю уже ложились густые сумерки, мы шли через лес, стоявший вокруг темной стеной. Вилт шел по-прежнему впереди, ведя за собой лошадь с мешками, перевешенными через седло, я брела позади него рядом с лошадью, опасаясь отходить куда-нибудь дальше пяти метров. Один только раз я попыталась присесть около густого куста на краю дороги и немного подзадержалась, но горло обожгло, как огнем, и я моментально подскочила и помчалась следом, поддергивая на ходу штаны. Вилт ни разу не обернулся, не сказал ни слова за все это время, да и у меня пока не получалось произнести ни слова, как бы я не старалась. Ужасно хотелось пить, но пока что мы не пересекали ни одной речушки и оставалось только облизывать пересохшие губы. Маленький отряд из восьми всадников так и следовал за нами на приличном отдалении, не отставая и не приближаясь.

К концу дня ноги ужасно устали, но если не думать о них, то можно шагать, обдумывая произошедшие события. То, что понятие "заложник" знакомо издавна и не только на благословенной Земле, я уже убедилась на собственном опыте. Как вилту удалось так лихо разбросать стражников и вырваться, было непонятно. Впрочем, еще более непонятно было и поведение окружающих, вспоминая, как они себя вели, я совершенно четко видела одну и ту же картину - они ЖДАЛИ, вот только чего? Дайлерия была магом, она сама говорила мне об этом, может быть, они ждали, что я сама справлюсь и ничья помощь мне не нужна? Но оставался еще Деннель, он тоже маг и его бездействие смущало и настораживало. Почему он ничего не предпринимал? Хотел, чтобы вилт растерзал меня и тогда убить его? Но я же еще была им нужна, сухощавый об этом говорил. Одни догадки без возможности хоть с кем-то поговорить и посоветоваться. Хоть прямо начинай с вилтом говорить...а что, там, во дворе, он говорил вполне разумно!

Я вспомнила ту шумиху в инете, когда обсуждали захват заложников в Москве, кажется, в театре "Норд-Ост". После того, как все закончилось, было очень много выступлений психологов, которые разбирали по косточкам сложившуюся ситуацию и учили, как правильно себя вести в подобных случаях. Одной из первых заповедей было утверждение, что нельзя ни в коем случае злить похитителей, надо спокойно выполнять все их требования и по возможности начинать с ними наводить контакт, то есть разговаривать о чем угодно. М-да, разговаривать-то я сейчас совершенно не могу, хорошо, если горло пройдет к утру. Вокруг уже почти темно, но мы так и бредем по дороге, не останавливаясь. Может, вилт видит, как кошка, но я уже раз сто споткнулась и только чудом не свалилась посреди дороги. Да и отряд сзади поотстал в темноте...

Пока я шла за ним сзади, накатило странное спокойствие. Почему-то мое положение перестало казаться мне безвыходным. Причины этого были абсолютно неясны и я прокрутила еще раз все события назад. Или я чего-то не понимаю, или на меня нахлынула апатия, когда уже абсолютно безразлично, что и как с тобой происходит. За три дня в этом мире произошло не так много событий... Вот! Ура! Я поняла! Сегодня - третий день моего пребывания тут, а Дайлерия сказала, что через три дня мы вернемся с ней "по домам", значит завтра утром я проснусь у себя дома, а Дайлерия очнется тут, рядом с вилтом... и тогда я ему не завидую, потому что зла она на него будет, ох, как зла! И что она с ним сделает, даже представить не могу, но очень хочу знать! Поскольку вилты - существа из плоти и крови, но без магии, то сопротивляться ей он не сможет, тут ему и каюк. Ну и поделом, пусть еще она на себя посмотрит, плечо в царапинах, шею до сих пор саднит, не дотронуться, горло болит...пусть, пусть она ему устроит веселую жизнь!

От таких мыслей настроение взлетело вверх, я даже заулыбалась в предвкушении того, какой подарочек получит вилт наутро и чуть не улетела головой вперед, споткнувшись на очередном камне в темноте. Вилт с лошадью сошел с дороги и направился к маленькой полянке, заросшей высокой травой, где пристроил лошадь к дереву и бросил на траву большую тряпку из седельного мешка. Покрутился на месте, сел на нее и замер, шумно втягивая воздух. Подходить к нему ближе пяти метров я не стала, прилегла на траву, устраиваясь поудобне,е и провалилась в сон.