Сергей Мусаниф - Темная сторона медали

– Хо.

– Что означал сей звук?

– «Хо» означает «хо», – сказала Илейн.

– Это не слишком информативно, – сказал я. – Кстати скажите мне, как картограф разведчику, вы знаете, в какой стороне тут выход?

– Да вы никак заблудились, виконт? – Она рассмеялась.

– Есть немного.

– Клянусь древними богами, я рада, что вы не на фронте и не от вас зависит судьба войны. – Улыбка смягчила жесткое высказывание. – Пойдемте, виконт, я выведу вас наружу.

И представляете себе, она таки вывела меня наружу.

По дороге мы очень мило побеседовали.

Она жила в маленьком городке неподалеку, у нее было трое братьев, двое из которых уже достигли призывного возраста и сейчас маршировали по направлению к моему родовому замку. Ее отец умер рано, и ей приходится много работать, чтобы помочь матери.

Она надеялась продать карту подземелий гномам, но я бы на ее месте не слишком рассчитывал на успех. Если бы данные подземные полости интересовали низкорослый народец, они бы уже давно были им заняты. А если гномы до сих пор не проявляли никакого интереса к этим подземельям, никакая карта не сможет его пробудить.

Я не стал ей этого рассказывать. Думаю, она и сама это знала.

Понимаю, что вел себя, как последний идиот. Армия союзников все ближе подходила к границам моих владений, а я, вместо того чтобы налаживать оборону и искать пути выхода из почти безнадежной ситуации, прогуливаюсь по склону горы черт знает на каком расстоянии от Цитадели, и… Флиртую с девушкой? Очень на это похоже.

В последнее время у меня были проблемы с женщинами. Точнее, у меня было столько других проблем, что на женщин просто не оставалось времени. И я должен признать, что ранее эта ситуация меня не слишком тяготила. Я слишком хорошо помнил о судьбе тех женщин, с которыми был знаком раньше. Их всех убили. Из-за меня.

Но тут я вдруг обнаружил, что я дико соскучился по ним. Мне было приятно идти рядом с девушкой, поддерживая легкую, ни к чему не обязывающую беседу. Обычный треп людей, которые только что познакомились и присматриваются друг к другу, стараясь понять, куда их заведет это знакомство.

– Кстати, виконт, что-то я не вижу ваших людей, – сказала она.

– В отличие от меня они – хорошие военные, – сказал я. – И их любимое времяпрепровождение – это сидеть в засаде так, чтобы их никто не видел. А я, между прочим, не вижу вашей лошади.

– Наверное, это потому, что у меня ее нет. Я пришла сюда пешком.

– Но город в нескольких милях отсюда.

– Вы – дворянин и военный, – сказала она. – Думаю, то вам этого просто не понять.

– Что именно?

– На свете существует такая очень неприятная штука, – сказала Илейн. – Она называется – бедность. Лошадь стоит денег. Лошадь нужно содержать в конюшне, а конюшня тоже стоит денег. И еще лошадь нужно кормить, и сено тоже стоит денег. У меня нет денщика, который бы заботился о моей лошади. У меня нет фуражира, который бы запасал для нее провизию. И у меня нет родителей, готовых все это оплатить.

– Простите, – сказал я. – Наверное, я был бестактен?

– Нет, – сказала она. – По крайней мере, не слишком.

– Как вы посмотрите на то, что я одолжу вам денег на покупку лошади?

– Сугубо отрицательно, – сказала она. – Я не принимаю денег от малознакомых людей.

А у хорошо знакомых ей людей денег просто нет, подумал я.

– Может быть, я сумею заставить вас переменить свою точку зрения за обедом? – спросил я.

– Нет, – сказала она. – Не сумеете.

– Тогда как насчет просто обеда? Без попыток убеждения?

– Сегодня я не могу, – сказала она. – У меня есть еще работа в городе.

– Я думал, вы картограф.

– Это мое хобби, – сказала она, – которое, я надеюсь принесет мне деньги. В будущем. А чтобы не умереть от голода сейчас, я работаю горничной в отеле. И мне надо поторопиться, чтобы не опоздать на работу.

– Тогда давайте встретимся завтра, – сказал я, – Когда вы заканчиваете?

– В восемь вечера, – сказала она. – Знаете паб «У Джорджа»?

– Нет.

– Тогда давайте встретимся на главной площади, – предложила она. – Мимо главной площади вы все равно не пройдете, даже если никогда раньше не бывали в городе. Она большая, находится в центре, и на ней стоит памятник.

– Памятник кому?

– Какому-то древнему королю, – сказала она. – Или герою. Боюсь, памятник находится не в таком хорошем состоянии, чтобы можно было внимательно рассмотреть черты лица или прочесть надпись на пьедестале.

– Так бывает, – согласился я. – Значит, в восемь вечера у постамента?

– Так и быть, – согласилась она. – А теперь извините, мне надо поторапливаться.

– А я пойду найду своих людей, – сказал я. – Отдам им приказы и все такое.

Свернув в небольшую рощицу, я спрятался за стволом дерева и долго смотрел ей вслед.

Идиот, подумал я. Что же я делаю?

На носу война, и ты ведешь себя очень глупо, Костя. Она симпатичная, я согласен. Но ты знаешь ее несколько минут, и у тебя с ней ничего не может получиться. Потому что она – девушка, а ты – Темный Лорд.

Портал в Цитадель я открыл только после того, как фигурка Илейн исчезла из моего поля зрения.

ГЛАВА 7

Челюсть Дракона пала на рассвете.

Челюсть Дракона – это довольно широкое ущелье, идущее сквозь, Горы Скорби в долину, на противоположном конце которой построена Черная Цитадель. От Челюсти Дракона до стен моего замка примерно два дня пути для обычного, не страдающего хромотой пешехода. Армия, вынужденная тащить обоз с продовольствием, осадные орудия и боевых слонов, такой скоростью похвастаться не может. Значит, армии понадобится около недели, чтобы взять замок в осаду.

Я мог бы сказать, что зомби, державшие оборонительный вал, перегораживающий ущелье, сражались мужественно, но это было не так. Зомби сражались, как обычно. Они на то и зомби, чтобы все время одинаково сражаться.

Самурай всегда выбирает путь, ведущий к смерти. Только считая, что ты уже мертв, ты можешь проявить настоящую доблесть в бою. Зомби – это доведенный до идеала самурай.

Зомби не чувствуют боли. Они дерутся с отрубленными руками, ногами, с рассеченной пополам головой. Если обычные солдаты встречаются с отрядом зомби в соотношении один к одному, девяносто пять процентов из ста, что победят зомби.

Жаль, что у меня нет двухсот тысяч зомби.

Армия союзников смела моих мертвецов с легкостью товарного поезда, повстречавшегося на неисправном переезде с легковушкой.

Рамблер транслировал картинку в режиме реального времени, и половина террасы превратилась в миниатюрное поле боя. Кроме меня, за зрелищем наблюдали все приближенные ко мне персоны.