Первый Предтеча (СИ) - Элиан Тарс
А может, есть возможность не только ослаблять врагов? На и как-то иначе помогать товарищам? Ведь если бы не это Проклятие, он мог бы дарить своим воинам благословения…
Игоша посмотрел на Петровича, который как раз перезаряжал «Слонобой». Дед двигался чуть медленнее, чем в начале боя, усталость брала своё.
Мальчик внимательно всмотрелся в него. На миг ему показалось, будто он чувствует эту самую усталость в теле Михаила Петровича.
Отдавшись потоку и действуя на одних инстинктах, Игоша направил своё заклинание на эту «усталость».
«Ослабить», — мысленно произнёс он.
Петрович вздрогнул, выпрямился и кувырком прыгнул вперёд, взбираясь на высокий пень.
— Ох ты ж! — выдохнул он, как будто удивляясь самому себе, потом ловко вскинул «Слонобой» и начал делать один выстрел за другим. Четыре твари последовательно рухнули где-то далеко — он попал в каждую.
Игоша захохотал. Всё работает! Пусть не так, как хотелось бы… Пусть его благословение теперь и не благословение вовсе, а «проклятие» для негативных эффектов…
Плевать! Главное — конечный результат!
Он развернулся к Антону Игоревичу, чтобы усилить и его, но…
Мир поплыл перед глазами, всё стало темнее, и ноги подкосились…
* * *
Игоша рухнул на стенку кузова и закатился под колёса. Я искоса глянул в его сторону.
Перенапрягся малой. Эх, а я ведь предупреждал!
Или не успел предупредить? Некогда было…
Последние несколько минут бой протекал заметно легче. Твари падали одна за другой, как будто их кто-то незаметно подрезал в воздухе — оставалось лишь быстро прикончить оказавшихся на земле подранков. Да и Петрович начал двигаться так, словно ему не шестьдесят с хвостиком, а лет сорок.
А главное — я чувствовал тонкие нити энергии Дара Игоши. Малой всё-таки смог его использовать. Пусть и не рассчитал силы.
— Прикрой! — крикнул я Петровичу и рванул к упавшему Игоше.
Дед кивнул и пробежал ниже по склону, открыв заградительный огонь.
Я вытащил тушку мальца из-под машины и положил ему ладонь на грудь. Каналы Игоши были выжаты досуха. Сердце билось сильно и неровно.
Активировав Руну Влияния, я начал направлять в него энергию. Напрямую, не жалея.
— Оживай, малой, — проворчал я. — Я не планировал тебя лечить таким способом.
Но признаю: бороться с Проклятием вот так, когда пациент полностью опустошён в энергетическом плане, очень эффективно.
Прямо сейчас мы где-то эдак на месяц ускорили восстановление парнишки.
Хоть мне опять и приходится превозмогать и тратить уйму своей энергии.
Игоша сонно застонал.
— Что?.. — прохрипел он.
— В порядке всё, — отозвался я, подняв его лёгкую тушку. Одной рукой я отворил дверь Егеря и положил туда ценную ношу. — Приходи в себя. Хорошо поработал.
Мальчик сразу вырубился. Я влил в него на прощанье ещё порцию Силы и почувствовал, что сердцебиение выровнялось.
И именно в этот момент Руна Ощущения дёрнулась, «показав» мне кое-что любопытное.
На окраине леса, в паре сотен метров от нас, притаился некий человек. Похоже, он наблюдал за боем через бинокль и что-то говорил в рацию — оба этих предмета я уже видел в книге про оружие в разделе «Вспомогательное оборудование».
И кто это у нас тут подглядывает, а? Очень хотелось бы узнать, но сейчас есть дела поважнее.
Задрав голову, я уставился на остатки стаи летающих монстров — твари как раз сейчас перегруппировывались. Их осталось совсем немного — можем и за несколько минут управиться.
Хотя…
Среди обычных особей выделялась одна особенная: крупнее других почти вдвое, с размахом крыльев метров в десять, а то и двенадцать. Оперение отливало не просто чёрным, а каким-то глубоким, маслянистым зелёным цветом. И от него исходила аура, которую я чувствовал даже без Руны.
Вожак, носитель Ядра второго ранга, жёлтый жетон… Полноценный Буревестник, необходимость его уничтожения прописана в контракте отдельным пунктом.
Смотрит на нас свысока во всех смыслах этого слова. И явно не собирается умирать просто так.
Вожак издал пронзительный визг. Оставшиеся твари тут же перестроились, формируя живой щит вокруг него. Они двинулись вперёд единым клином
— Как самолёт летят, — пробурчал старик, глядя на эту картину и прицеливаясь.
— Работаем, Петрович! — поторопил я деда и начал спешно распределять остатки энергии и творить заклинания.
Перед одними монстрами я возводил воздушные барьеры — так, чтобы твари, врезавшись в эти невидимые стены, теряли темп и траекторию. Других же я шинковал ветровыми лезвиями — старался убивать одним ударом, а если был плохой ракурс, то хотя бы подрезать крылья. Ну а третьих я ловил арканами и натужно тянул на себя. Делал всё, чтобы оставить Вожака без прикрытия и мощно вдарить по нему.
Буревестник завис в воздухе, глядя на меня своими зелёными глазами, в которых я видел отблеск недюжинного интеллекта.
Враг оценивал ситуацию…
Он внезапно схватил двух малых когтями и швырнул в мою сторону. Я защитился барьерами и прикончил их воздушными кулаками, но, когда поднял глаза, вожак уже летел прочь.
— Стой! — крикнул я, швырнув вслед воздушное копьё.
Тварюга оказалась невероятно быстрой для своего размера и успела увернуться. Ну а следом и хилые потрёпанные остатки стаи ринулись прочь и скрылись за верхушками деревьев.
Я стоял посреди усеянной трупами монстров полянки и смотрел вслед улепётывающему Вожаку.
— Ушёл, гнида, — прохрипел подошедший Петрович. — Прикрылся своими и свалил!
— Вижу.
Я сплюнул. Во рту стоял привкус пепла. Странно это… с чего бы?
— Ну и леший с ним! — воодушевлённо выдохнул Петрович и, тяжело дыша, подошёл ко мне. — Славная была битва! — Он встал рядом, глядя вдаль. — Как в былые времена прям, а! Я даже молодость вспомнил!
— А я говорил, что омоложу тебя, — хмыкнул я. — Считай, уже начали.
Он посмотрел на меня с ясной улыбкой.
— И я уже почти в этом не сомневаюсь, Антон Игоревич! Гляжу на вас я… После такого побоища вы даже не запыхались! Да вы прямо как из стали!
— Ага. Стальной, — отозвался я.
Говорить о том, что я тоже устал, я, разумеется, не стал.
Глава 18
Петрович расхаживал среди трупов монстров, размахивая «Слонобоем». Выискивая, кого добить, он то и дело возбуждённо выкрикивал:
— Вот это мы им дали! — Он пнул тушу ближайшего монстра — ту, которой ветровое лезвие снесло голову ровно по шестому шейному позвонку. — Видали, как разлетались⁈ А этот? Этот вообще! Один выстрел — и всё, нету башки! — Дулом Слонобоя он указал на ещё один обезглавленный труп.
Старика трясло от избытка чувств и адреналина. Он то и дело вскидывал ружьё, целясь в пустое небо, словно ожидая возвращения
