Контрактор. Книга 4 - Антон Романович Агафонов

— Гр-р-р-р, — Арай выбрался из-за стола и сердито зарычал.

Ферос, который ещё мгновение назад чувствовал себя хозяином положения, отступил на шаг и хмуро уставился на скалящегося зверя перед собой.

— Смотрю, ты все ещё таскаешь с собой эту тварь.

— Ты ему тоже очень не нравишься, — ухмыльнулся уже я.

Ферос смотрел Араю в глаза, и на лбу первого даже проступила пульсирующая от напряжения вена. Между ними прямо сейчас скорее всего проходила небольшая псионическая битва, и к моему несчастью, Арай из неё вышел проигравшим. Зверёк отпрыгнул назад, тряся мордой, а на лице Фероса появилась победная ухмылка. Мужчина тряхнул головой и пригладил длинные волосы.

— Тебе стоит научить его хорошим манерам, — раздраженно фыркнул он.

Великий князь все ещё пытался сделать хоть что-то со своими сросшимися губами и в конце концов просто выскочил из-за стола. Ферос раздраженно дернул щекой, посмотрел на мужчину, и тот просто упал.

— По-моему, это тебе нужно научиться хорошим манерам, Ферос. Ворвался на чужую встречу, напал на моего друга и… — я бросил короткий взгляд на великого князя. — Он хотя бы жив?

— Разумеется. Он мне ещё пригодится, я ведь правда пришел на деловую встречу, но твой питомец всё испортил.

Ферос — самый сильный псионик из всех, что я знаю, даже сильнее Арая, хоть и не намного, и прямо сейчас он это продемонстрировал. Пока что он не пытался лезть мне в голову, но я на всякий случай уже стал готовиться к этому. В другой ситуации без Арая мне было бы очень сложно противостоять кому-то вроде него, но… Теперь у меня был небольшой, но крайне существенный козырь — не до конца сформированная Искра созидания, а вместе с ней ещё и небольшое количество накопленного Света.

Светом я и воспользовался, заключив свой разум во что-то вроде брони. Правда, у такого действия обнаружились и недостатки, например, теперь я не ощущал Арая рядом с собой. Ментальная связь, которую он постоянно поддерживал, оборвалась.

Ферос пока ничего не почувствовал, слишком самоуверенный он. Сильный боец, ещё более сильный телепат и псионик, но когда в прошлом доходило до битвы, впереди всегда был я. И пока что мне непонятно, чего он добивается своим появлением. Захватить мой разум у него не выйдет, сколько бы не пытался, я прикончу его раньше, чем он сможет сломать мою защиту, да и Арай тут, что ставит его в крайне тяжелое положение.

— Он тут не один, — раздался голос рядом, и я едва заметно скосил взгляд.

В паре шагов от меня стоял Архитектор, вернее та его версия, что соединена с контрактом внутри меня. Он скрестил руки на груди и своим холодным, стеклянным взглядом рассматривал мужчину, для которого его просто не существовало.

Я едва не поморщился, осознавая, что даже без использования контракта Архитектор способен вот так просто являться передо мной. Видимо, щупальца его силы проникли в мою душу гораздо сильнее, чем я думал, но в этот момент меня больше интересуют его слова.

«Он тут не один».

Очень хотелось спросить, о чем тот говорит, но тогда Ферос увидит, что я с кем-то разговариваю. С кем-то, кого не видит он.

— Зачем тебе великий князь? — вспомнил я и о том, что говорил сам Ферос.

Добронравов ему зачем-то нужен, а это, в свою очередь, заставило вспомнить о том, что я видел его на другом конце мира, в Нью-Лондоне, во время схватки с Филином. А что было после той ситуации? Схватка с одним из избранных.

Внезапно всё стало складываться в одну единую картину, и она мне очень не нравится.

— Ты думаешь в верном направлении, Адриан, — согласился Архитектор, выйдя вперед и обойдя Фероса со спины. На его лице заиграла едва заметная усмешка.

— Неужто Королева ночи настолько жаждет моей головы, что решила предать этот мир глубинному искажению⁈ — сквозь зубы процедил я, стискивая кулаки.

— Всё совершенно не так, Адриан, — улыбнулся тот, кого я раньше называл своим другом. — Королева ночи тут не причем. Пока ты отдыхал, баланс сил в мироздании сильно изменился.

— О чем ты? — я напрягся.

— Ты прекрасно знаешь, о чем, — его улыбка стала ещё шире и гораздо более издевательской. — Мы думали, что выиграли войну, но на самом деле проиграли её и даже сами этого не заметили.

На этих словах Ферос невесело усмехнулся. Мне стало не по себе, такой обреченностью сквозили его слова.

— Что происходит, Ферос? — прямо спросил я, чувствуя неладное.

— Время старых богов прошло, приходит черед новых, — сказал он и неторопливо прошел к Добронравову, взял его за руку и закинул себе на плечо. Сделал это легко и буднично, словно тот ничего не весит.

— Ты же не думаешь, что я вот так просто позволю тебе уйти с ним?

— Конечно, нет, — Ферос улыбнулся. — Поэтому мне придется тебя кое-чем занять.

Он щелкнул пальцами, и рядом с нами засиял портал с ярко красным свечением на краях. S-ранговый портал по щелчку пальцев? Не понимаю, как это возможно.

— Я же говорил, он тут не один, — будничным тоном напомнил Архитектор, который словно и не собирался никуда уходить или пропадать. — И тебе стоит быть настороже, он дестабилизировал этот портал.

Что это значит, я понял сразу — портал прорвется в любую секунду. Осталось досадливо цокнуть языком и достать из хранилища контракт Солнечной кошки. Стоило поместить его в грудь, как по всему телу разлилось приятное тепло, и теперь оно было гораздо мягче, чем обычно. Сила богини резонировала с Искрой созидания, делая из меня сейчас полноценного бога без риска разрушения души.

Красное сияние потухло, до прорыва портала три… два…

Ферос, ну ты и сволочь.

* * *

Дмитрий Леопольдович Красов, глава Новгородского управления охотников, занимался составлением ежеквартального отчета. Долгая и кропотливая это работа, но в отличие от некоторых других глав отделений, он предпочитал финальные отчеты утверждать и перепроверять самостоятельно. Возможно, именно поэтому который год именно его отделение считается образцовым, и в качестве доказательства этому можно считать недавний прорыв гигантского портала, который губерния перенесла гораздо лучше, чем некоторые соседи, благодаря хорошей подготовке.

Отчет уже был практически закончен, оставалось поставить пару печатей, и можно отдавать секретарям для отправки в столицу. Но в момент, когда он уже полез в ящик стола, выискивая печать,