Благословение Небожителей 1-5 тома - Мосян Тунсю
С огромным трудом Фэн Синь всё же устоял на ногах. Убедившись, что ему это всё не померещилось, он пробормотал:
— Что же… что с тобой случилось? Почему ты стал таким?
Подняв голову, Се Лянь переспросил:
— Каким?
— Я не собираюсь тебе объяснять! — в гневе выпалил Фэн Синь. — Сам посмотри, какой ты! О случае с ограблением я уж спрашивать не стану, но зачем ты пошёл ещё дальше?!
— Так и думал, — язвительно усмехнулся Се Лянь.
— Что ты «так и думал»?
Се Лянь поднялся с пола.
— Так и думал, что ты всё не можешь забыть о том случае. Хочешь меня расспросить, но не находишь слов, верно? Ты, должно быть, придумал себе сотни вариантов, как всё произошло. Нечего выдумывать. Я тебе скажу. — Он шаг за шагом приблизился к Фэн Синю. — Это правда. Я совершил грабёж.
Фэн Синь так же шаг за шагом отступал.
— Ты… — Но потом шагнул вперёд и тихо, но сердито высказался: — Мы ведём такую тяжёлую жизнь, но ради чего?! Если бы ты хотел заниматься подобным, мы бы давно уже пошли на это, ни к чему было страдать до сего дня! Но что теперь толку от этого?! Ты же просто сводишь на нет все прежние усилия! Ты всё ещё тот Его Высочество, каким был когда-то?!
— Да, к чему было страдать до сего дня?
Фэн Синь застыл в потрясении. Се Лянь же продолжил:
— Каким я был когда-то? Не отвечал на оскорбления? Не бил тех, кто меня ударил? Переоценивал свои силы? Хотел помогать всем, кто попал в беду? Что это такое вообще? Не совершеннейшая ли глупость? Считаешь, быть таким глупцом — хорошо? Думаешь, я должен быть таким «собой»? Ну а если я не буду таким, для тебя это станет страшным ударом, так?
— Ты с ума сошёл? — изумился Фэн Синь. — Зачем ты такое говоришь?
— Ошибаешься. Я не сошёл с ума. Просто вдруг прозрел. И понял, что именно тот, прежний «я» был безумцем.
Фэн Синь, запинаясь, проговорил:
— Как ты можешь так говорить? Когда ты стал таким? Я… я правда не понимаю… почему я… ради чего я следовал за тобой…
— Ну так перестань за мной следовать.
— Что? — Фэн Синь не сразу понял смысл его слов.
— Я сказал: перестань за мной следовать.
Договорив, принц хлопнул дверью своей комнаты.
Только спустя четыре часа он услышал снаружи какой-то шорох, а затем тихие голоса.
Похоже, Фэн Синь прощался с государем и государыней. Сам он говорил очень тихо, в голосе государыни слышались слёзы, а государь почти ничего не сказал, больше кашлял. Вскоре открылась и закрылась дверь дома, голос Фэн Синя стих, шаги исчезли вдалеке.
Он ушёл.
Запершись в комнате, Се Лянь долго сидел с непроницаемым лицом. Потом закрыл глаза.
Всё-таки ушёл.
С того самого дня, когда Му Цин покинул их, Се Лянь боялся этого: что однажды Фэн Синь тоже уйдёт.
Но страх был настолько велик, что сегодня Се Лянь не смог больше выдерживать этой пытки. И вместо того, чтобы тянуть и тянуть, словно ножом срезая по кусочку благодарность и дружеские чувства между ними, что в итоге приведёт к ненависти и полному отвращению… Лучше как можно раньше разорвать отношения, вот так — в один момент!
Прежде чем Фэн Синь ушёл, принц боялся. Но после страх исчез без остатка.
Вот только на смену страху пришла боль.
Сначала Се Лянь берёг в сердце надежду на то, что Фэн Синь останется, несмотря ни на что — даже зная, что принц совершил то, чего не должен был, даже видя, каким отвратительным человеком тот стал. Всё-таки с тех самых пор как принц в четырнадцать лет выбрал Фэн Синя своим личным слугой и телохранителем, они практически не разлучались, Фэн Синь следовал за Се Лянем словно тень. Да, они были хозяином и слугой, но в гораздо большей степени — друзьями. И кроме Се Ляня у Фэн Синя не было никого, о ком нужно заботиться. Разве что ещё родители принца заодно.
Но… Фэн Синь и правда ушёл.
Се Лянь догадывался, что так произойдёт. И прекрасно понимал, почему. Но всё-таки пока ещё не мог принять.
— Мой сын, прости! — вдруг послышался за дверью голос государыни.
Се Лянь поднялся с кровати, открыл дверь, вышел и утомлённо сказал:
— Вашей вины тут нет.
Отец и матушка сидели за старым покосившимся столом.
— Мы с твоим отцом стали тебе обузой, из-за нас ты пошёл на плохие поступки, и вы с Фэн Синем поссорились.
Се Лянь вымученно улыбнулся:
— Что в этом плохого? Разве народные легенды не пестрят сказаниями о благородных героях, что отбирают деньги у богатых и раздают бедным? Фэн Синь ушёл, ну и пусть. Замечательно. Без него даже легче. Нам обоим легче. Сначала вы должны поправиться, а потом уже думать об остальном. Завтра сможем купить лучшие снадобья.
Государь, гневно уставившись на сына, бросил:
— Мне не нужны эти деньги.
Государыня попыталась незаметно одёрнуть мужа.
— И что же ты предлагаешь? — спросил принц.
Откашлявшись, государь ответил:
— Ты… должен вернуть Фэн Синя. Мы не возьмём эти деньги.
Несмотря на то, что государыня пыталась утихомирить мужа, и она сказала:
— Да! Ты должен вернуть Фэн Синя. Он ведь твой самый преданный слуга и твой друг…
— Нет никаких преданных слуг. У нас есть деньги, и мы их потратим. Об остальном не спрашивайте. Я уже сказал, вы ничего не понимаете.
Воцарилось долгое молчание, но потом государыня повторила:
— Мой сын, прости! Мы с отцом видим, что тебе приходится тяжело, но мы лишь простые смертные и не способны тебе помочь. Это тебе приходится заботиться о нас.
У Се Ляня не было сил спорить с ними, он мимоходом бросил пару утешительных фраз и вернулся в комнату. Чтобы прийти немного в себя, он снял ленту и одежду и кое-как помылся в бочке, потом упал на кровать и сразу уснул. Проспав до утра, он подумал, ещё сонный: «Почему Фэн Синь не разбудил меня?»
Только спустя какое-то время он вспомнил, что Фэн Синь ушёл.
Се Лянь перевернулся и сел, посидел немного, глядя в никуда, и припомнил ещё кое-что.
Пускай Фэн Синь ушёл, но где же его родители? Почему они не вошли в комнату, чтобы разбудить его?
Обычно в это время уже слышался кашель отца, который не стихал до вечера. Но сегодня было непривычно
