Игорь Алимов - Дракон. Книга 1. Наследники Желтого императора

l- Константин, – ответил на пожатие Чижиков и почувствовал, что пальцы у Алексея просто-таки стальные.

l- Осторожно! – воскликнул Борн, перепрыгнул через Во- вана и сильно дернул Котю за руку – так, что тот едва не упал: пришедший в себя Антоха снова попытался пустить в ход нож и на сей раз решил ударить в спину. Не получилось: вместо спины Чижикова лезвие встретило бок Алексея, но удивительным образом скользнуло в сторону, хотя глядевший во все глаза Котя готов был поклясться, что при любом раскладе нож Анто- хи должен был как минимум пропороть Борну бок, а в худшем случае и вовсе войти в тело по самую рукоять. Видимо, Антоха был потрясен не меньше, потому что удивленно уставился на нож – и тут Алексей одни мощным ударом его вырубил.

l- Все, что ли? – деловито спросил он, оглядывая подворотню. – Тогда пошли отсюда.

l- Жив? – спросил Борн, когда Котя подобрал куртку, ключи и чудом не пострадавшую кошечью переноску, и они, перешагивая через стонущие тела, покинули разоренную подворотню. – Ну и видок у тебя…

Чижиков машинально дотронулся до пострадавшего уха. В ухе звенело и слышимость была очень плохая. На прикосновение ухо отозвалось тупой горячей болью. Дела…

l- Могло быть хуже. У тебя платок есть? – быстро оглядев Котю, спросил Алексей. – Ну платок. Носовой. Или тряпка какая-нибудь. Руку перевяжи: кровь.

Тут только Чижиков спохватился. И правда: по располосованной гадским Антохой правой – и ведь не обманул же! действительно, чуть-чуть «попортил»! – стекала струйка крови. Котя захлопал по оставшимся в неприкосновенности карманам, нашел платок, наскоро обмотал.

l- Ну, пошли, – скомандовал Алексей. – Провожу.

Котя настороженно на него посмотрел, но потом все же двинулся следом. Его ощутимо трясло: слишком велик был выброс адреналина.

l- Ты занимался чем? – вдруг спросил Борн.

l- В смысле?

l- Ну, карате, кунфу. В таком смысле.

l- А-а-а… Было. Так, слегка. Все забыл уже. Не то что ты…

l- Перестань. Тебе просто тренироваться надо.

l- Да брось…

l- Ничего такого. Говорю тебе: у тебя талант.

Повисло молчание.

Чижиков не знал, что сказать, не знал, как себя вести, он уже ничего не понимал, потому что жизнь, до того годами текшая с привычной размеренностью и даже с ленцой, вдруг помчалась вскачь громадными, сумасшедшими, неконтролируемыми прыжками. А тут еще талант. К мордобою. И какой-то Борн на его голову. Словно чертик из табакерки.

l- Ну хорошо, хорошо, – наконец заговорил Борн, словно прочитав мысли Чижикова, и погладил бритую голову. – Я мог бы тебе наврать с три короба, мог бы обмануть и не поморщиться… Короче, я не случайно тут проходил.

l- В каком смысле?

l- В таком, что наблюдаю за тобой уже второй день. Вот в каком.

l- А-а-а… зачем? – осторожно спросил Чижиков.

l- Затем, что влип ты в самую гущу очень интересной и очень старой истории, – туманно пояснил Алексей. – И без посторонней помощи можешь влипнуть еще круче, понял? Как только что в подворотне. Представляешь, чем бы все это кончилось, если бы я не ходил за тобой?

l- Не-а, – помотал головой Котя, ничуть не кривя душой. Собственно, ему и представлять-то такое не хотелось.

l- Ну вот, – удовлетворенно кивнул Алексей. – Поэтому я тебе помог и я тебе еще помогу.

l- Э-э-э… А как например?

l- А так, что мы сейчас с тобой, друг ситный, пойдем к тебе домой, перевяжем, а если надо, то и зашьем твою боевую рану, приложим к уху лед и потом поговорим. Как тебе такое?

l- Нормально, – согласился Котя. – Только вот… – Замялся он.

l- Что? – резко остановился Борн.

l- Ну ты меня, конечно, спас и тебе спасибо, но… Вот это… Там, с ножом… Как это ты так покрутился, повертелся… – Чижиков жестами обозначил, как конкретно покрутился и даже повертелся Алексей. – Он же точно должен был тебя зарезать. Я видел: нож тебе прямо в бок шел. А ты… жив почему-то. Ни царапины. А?

l- Вот ты о чем! – Борн облегченно вздохнул. – Вижу, ты еще не со всем разобрался. Дело в том, что мы с тобой в некотором роде братья… Не понимаешь?

Котя снова помотал головой. Он внезапно очень захотел оказаться дома, за надежно запертой дверью, с «Илиадой» в руках. В тепле и покое.

– Да брось. Смотри,-Алексей неуловимым движением приблизился к Коте вплотную, тот даже непроизвольно отшатнулся, но Борн удержал за плечо. – Смотри внимательно. В глаза смотри.

Чижиков непонимающе уставился в глаза Алексею… И тут до него стало доходить: один глаз у его Борна спасителя был зеленый, а второй – голубой. Так вот в чем дело! Значит, у Алексея тоже есть такая вот волшебная вещица…

l- Совершенно верно, – улыбнувшись, кивнул Борн и отступил назад. Улыбался он хорошо, открыто. – Вот, гляди сюда.

На его ладони, небольшой, но квадратной и крепкой, невесть откуда появилась маленькая, размером с дракона, блестящая фигурка: распустивший хвост павлин.

Чижиков смотрел на таинственный предмет во все глаза.

l- А… что он делает?

l- Отводит колющее, режущее оружие, отклоняет заряды из лука, арбалета и тому подобного. Может и пулю отвести. Но на это очень много энергии уходит, – охотно ответил Алексей, пряча веер куда-то под футболку. – Ну теперь мы пойдем уже? Два шага до твоего дома осталось, а если скорее не приложить лед, то завтра будешь ходить с лопухом вместо уха.

l- Действительно, – согласился Чижиков.

Остаток недолгого пути прошел в молчании. Чижиков и Борн лишь время от времени перекидывались многозначительными – так, по крайней мере, казалось Коте – взглядами, но когда он попытался задать вопрос и уже открыл рот и начал: «а-а-а…», Борн лишь приложил к тонким губам палец и буркнул: «Потом, все потом». Почувствовавший сопричастность к великой тайне Чижиков понимающе кивнул и до самого дома больше уж не заговаривал.

На лестнице было гулко, пусто, прохладно и сумрачно. И все же, когда Котя ступил на площадку с окном, где повстречал девочку Нику, ему показалось, будто какая-то легкая тень неслышно метнулась вверх по лестнице.

l- Ты слышал? – шепнул он Алексею, останавливаясь.

l- Да, – почти беззвучно ответил он, сверля взглядом уходящий вверх лестничный пролет. – Погоди тут. Я мигом.

И действительно-удивительно быстро и бесшумно помчался вверх, перепрыгивая через три, а то и четыре ступеньки. На площадке, где располагалась Котина квартира, замер на мгновение, а потом исчез – рванул еще выше.

l Чижиков послушно стоял, где было сказано, напряженно вслушивался в обступившую его тишину и ждал. По Моховой промчалась машина. В глубине двора отчаянно заорал кот. Недалеко звучно хлопнула форточка. И – снова тихо. Котю опять затрясло. Все это было уже очень слишком.