Ольга Табоякова - Контрабандный прогресс

Алекс договаривался с Сандаваном о сотрудничестве, но Сандаван провернул все гораздо раньше, чем они собирались. И тому была причина - белокурая красотка. Все это поставило под угрозу осуществление их планов.

- Тогда надо дать сигнал, - Петр щелкнул ногтем по кольцу. На столе оказался телефон. Это была компактная модель межсвязи. Она была сделана по спецзаказу. В памяти было забито десять номеров.

Алекс равнодушно созерцал манипуляции Петра. По разработанным планам они собирались провести операцию не раньше, чем через два-три года. Они собирались организовать все так, чтобы было невозможно будущие события связать с ними, с их конторой. Но все пошло не так или так, пока они не дойдут до конца не узнают. Алекс также знал, что Петр частично против изменения планов. Петр наобщался с одним знакомым, который частично видит варианты развития будущих событий. По его прогнозам шансы 1 к 100 за то, что у них все получится./

Дело седьмое. "Канал"

Эпиграф:

Жизнь череда уникальных обстоятельств.

Проповедник.

В баре "Лирейд" заправлял Серхио. Этот склочный и хамоватый тип очаровал меня одной фразой:

- Ваше какао, - он поставил передо мной чашку с любимым напитком.

Я сидел за стойкой и смотрел по сторонам. Это, конечно черезчур, пить в баре какао, но кому какое дело до моих предпочтений. Алекс и Петр опаздывали минут на пятнадцать. Я подождал еще с полчаса, уговорив при этом вторую чашку. Телефоны, назначивших мне встречу здесь, были не доступны. Что ж пора домой. За время моего вынужденного ожидания в баре я увидел много знакомых лиц. Здесь отдыхали тамдировцы и временщики из "Эпохи времени". Я даже начал верить в возможность путешествия во времени, но думать об этом было страшновато. Видно те двери не для меня.

Домой я отправился уже в час ночи, ну, не сидеть же здесь до утра. Я вышел на улицу и застегнул куртку, а холодный ветер октября все норовил погреться за мой счет. Я пошел к машине. Стоянка была забита машинами посетителей бара. Для того чтобы пройти к своей машине пришлось обходить большую лужу. Я щелкнул брелком. Машина послушно визгнула, а меня за руку схватил неизвестный. Я пригнулся и стал заваливаться на схватившего меня человека. Своим весом я смог сбить нападавшего с ног, мы оба упали в лужу. При чем мне было лучше, я был сверху. В это самое время в том месте, где я до это был, что-то желтенько сверкнуло. Файербол.

Я перекатился в лужу и дернул за руку нападавшего. Мы поменяли позиции. Второй агрессор успел кинуть в нас вторым файерболом. Человек на мне закричал. Метающий огни потерял пару драгоценных секунд, за которые ему кто-то свернул шею. Я спихнул с себя вопящего типа и откатился в сторону. Кто-то выстрелил в несчастного полыхающего человека. Меня вытащили из лужи. На мрачном озабоченном лице Петра секунд десять я созерцал облегчение.

- Жека? - он слегка потряс меня, проверяя на целостность.

- Машина? - я хотел сесть в свою машину.

- Не надо, - остерег меня Алекс. - Кто его знает, какие там сюрпризы.

- Хорошо, - я стоял мокрый, грязный, но живой.

- А ты не так плох, юрист, - похвалил меня начальник.

- Я знаю, - я ответил больше не для себя, а для Алекса.

Петр растегнул на мне куртку, снял ее, отдал Алексу и повел меня за руку к их машине.

В машине они усадили меня на заднее сидение и сунули в руки фляжку с коньком. Я сделал пару глотков для их успокоения. Это нападение было неприятным, но не ввело меня в ступор. Я разительно менялся, сейчас это стало понятно. Уже не лох, но еще не воин. В час ночи неудержимо тянуло на философию.

Алекс гнал машину по ночному городу, а Петр периодически оглядывался на меня. Мне было неприятно в мокрых штанах. Я надеялся, что мы едем к кому-то из них домой. Здесь я ошибся. Алекс выехал на кольцевую, затем свернул на трассу, затем на проселок, который вывел машину к открытым воротам огромного амбара. Алекс загнал машину, достал пульт и ворота закрылись. Наша машина начала опускаться вместе с полом. Через пару минут мы уже ехали по подземной дороге. Я старательно смотрел в окно, но там было темно, а периодически мне казалось, что я вижу развилки. Машина следовала по подземной дороге минут тридцать. При скорости тридцать километров, мы проехали километров пятнадцать. Я был в шоке от подобной подземной трассы.

- Алекс, а мы когда приедем?

- Мы уже на месте, - машина остановилась, и Алекс разрешил выйти.

Это была стоянка. Подземная стоянка на полсотни машин. Сейчас был заполнен один сектор. Я посчитал, там стояло десять машин. Алекс поставил машину во второй сектор. Долго оглядываться мне не дали, Алекс скомандовал: "Вперед!".

Я шел за Алексом, Петр за мной. Мы миновали двойные двери, прошли по коридору, опять двери и подошли к эскалатору вниз. Спустившись еще ниже, я поежился. Я вышагивал по подземной мостовой с такой веселенькой оранжевой плиточкой. Алекс еще в машине велел не раскрывать рта без его разрешения. Я послушался, но так хотелось заговорить с людьми, шедшими по подземной улице. Мы подошли к дверям с цифрой "40". Алекс положил руку на ручку двери, та загудела, а потом открылась.

Я был в аппартаментах типа гостиничных.

- Ты здесь живешь? - я не удержался и спросил Алекса.

- Нет, - тот отрицательно мотнул головой. - Это место из моей прошлой жизни, Жека. Иди, там есть душ, в шкафу должна быть одежда всех размеров.

В встроенном шкафу нашлась и упаковка с моим размером: джинсы, рубашка, трусы женские и трусы мужские, носки, кроссовки.

Я помылся и переоделся. Алекс велел собрать одежду в пакет.

- Не оставляй здесь ничего, Жека, - предупредил он.

- Здесь можно говорить? - я обвел глазами помещение. Если бы не искусственный свет и отсутствие окон, то ощущение гостиницы.

- Затем и пришли, - Петр развалился в кресле-качалке. - Кто же это тебя так приголубил?

- Что? - я тряхнул мокрой головой. В ванной был фен, но я не смог им пользоваться, не нашел розетки, чтобы его включить.

Петр закатил глаза, в раздражении, что я не понимаю его сленг:

- Кто пытался тебя убить?

- Откуда я знаю, - я то был уверен, что они знают.

- Садись, - велел Алекс. - Это дело десятое, - он выразительно посмотрел на Петра.

Их обмен взглядами подсказал мне, что они сообразили, кто меня приголубил.

- Мы о деле? - Петр взял инициативу в свои руки.

- О деле, так о деле, - я снял с руки кольцо с изумрудом и протянул Петру. Тот извлек на свет божий шесть черных мешков от Сандавана.

Лица моих начальников озарились светом надежды и радости. Они принялись потрошить сокровища контрабанды. Сейчас все зависело от того, кто будет вскрывать мешки. Учитель мне сообщил, что, как правило, они настроены на конкретного человека. С одной стороны, это обеспечивает контроль. С другой - всегда можно доказать, кому предназначалась контрабанда.